Лев Пучков – Операция «Моджахед» (страница 23)

— С вами, — как о чём-то решённом заявил Рашид. — Теперь я буду с вами работать.

— Гхм-кхм... — Иванов в растерянности посмотрел на нас и начал без надобности поправлять клапана на кармашках «разгрузки». — Эмм... Ну, спасибо за доверие, конечно... Мы в курсе — ты отличный воин, иначе просто не выжил бы на двух войнах... Но, понимаешь... В общем, специфика работы нашей команды несколько отличается от тех мероприятий, которыми тебе в своё время приходилось...

— Я не псих, сразу стрелять навскидку не буду, — правильно понял замешательство нашего шефа Рашид. — Я даже оружие не возьму. Ну, разве что кинжал... И работать с вами так, как ты думаешь, я не собираюсь. Я просто вам помогу маленько. Завтра поеду с вами, потому что вы по фото её не узнаете, даже если где-то и заметите.

— Изменилась? — деловито уточнил Костя.

— Всего-то делов — кинжал... — намекающе посмотрел на Иванова Петрушин. Не забывай, мол, что этим кинжалом наш абрек за считаные секунды уложил троих вооружённых товарищей, также выживших в двух войнах.

— Да, она сильно изменилась, — Рашид на намёки Петрушина — ноль внимания, у него голова другим была занята. — Она...

— Постарела? — подсказал Костя. — Стала суровой, угрюмой, неразговорчивой. Совсем не шутит, думает о чём-то всё время. Черты лица заострились, пропала юношеская округлость щёк...

— Вот шайтан... — удивился Рашид. — Откуда знаешь? Видел её?

— Не видел, — отмахнулся Костя. — Просто работа такая, за это и держат... Да, полковник, думаю, это будет целесообразно.

— А ещё надо в одно место заехать, — заторопился Рашид, опасаясь, что полковнику мало приведённых им доводов. — Спросить там...

— Так... И что это за место? — насторожился Иванов.

— Нормальное место, это не то, что ты думаешь, — успокоил Рашид. — Это в городе, там всё тихо, совсем мирные люди. Просто там могут знать, где сейчас можно поискать этих. Могут, конечно, и не знать... Но проверить не помешает. А с вами там говорить не будут.

— Хорошо, — решился, наконец, Иванов. — Поедем, посмотрим...

Выехали мы даже не с рассветом, а гораздо до — едва засерело окрест и стали различимы детали окружающего ландшафта. Рашид показывал дорогу, ехали практически по прямой, но всё равно к окрестностям Моздока добрались лишь к семи с копейками, когда над миром царствовал во всей красе летний погожий денёк. Далековато забрался абрек, скрываясь от своих соплеменников.

На трассе и в самом деле не было лишних постов — усиление кончилось, сняли за ненадобностью. И вообще, ничего такого в воздухе не витало, как это принято говорить в случае, когда должна произойти какая-то неприятность. Тихо было. Мирно. Люди ехали по своим делам, деловито гудели гружёные фуры, куцые облака лениво ползли по ослепительно голубому небу...

Товарищи, к которым хотел заехать Рашид, — старики, его дальние родственники.

— Насколько дальние? — уточнил Костя.

— Родители жены двоюродного брата жены моего старшего брата, — Рашид немного подумал и добавил: — Он погиб, мой старший брат. Двоюродный брат тоже погиб. А жена пропала без вести. Это всё ещё на первой войне...

Спасибо, не сказал: их убили русские, такие, как вы. Мы провели ночь под его крышей, теперь вроде как не совсем враги. А где-то даже и товарищи по оружию. По крайней мере, пока наши интересы пересекаются.

Эти очень дальние старики удрали сюда ещё в первую войну. Рашид с семьёй некоторое время жил у них, пока не приобрёл «точку». Вчера утром, когда эти с Земфирой от него уезжали, спросили, нет ли кого знакомых в городе. Нужно, типа, сначала разведку сделать, прежде чем дальше ехать (они конкретно не определились, то ли во Владик, то ли в Назрань к кому-то собирались), договориться с какими-нибудь дальнобойшиками, поэтому, возможно, придётся в городе ночевать. Рашид, как и полагается широкодушевному нохче, моментально сдал адрес этих дальних родственников. Берите, пользуйтесь, примут вас, как братьев...

— То есть не исключён вариант, что они и сейчас могут быть там?! — мгновенно подобрался Иванов.

— Нет, это вряд ли, — покачал головой Рашид. — Это же совсем чужие люди. Они не станут их стеснять. Может быть, они туда и не заезжали. Но надо проверить. Если они всё-таки ночевали там, может, говорили что-то промеж себя, куда конкретно собираются ехать...

Улица, на которой располагалась усадьба родственников Рашида, находилась в юго-западном секторе городской окраины, практически у самого Терека.

— А неплохо поселились, — отметил Вася Крюков, подозрительно осматриваясь вокруг. — Если вдруг что — через огород и к речке. Пять минут — и на той стороне...

Рашид предложил самый простой вариант: подъезжаем к усадьбе, он зайдёт, переговорит с родственниками, а мы останемся на улице. Иванов, не раздумывая ни секунды, отказался. Если Рашид прав и гам сейчас никого уже нет, наше присутствие не повредит. А если не прав? Не совладает с чувствами, начнёт с ходу кромсать супостатов, те приведут в действие пояс — и всем полный привет. Даже если и успеет всех укокошить, нас такой результат тоже не устраивал. Нам нужен хотя бы кто-нибудь из них живьём. Мёртвый враг, это, конечно, хорошо... но только не в нашей ситуации. Хватит с нас, мы и в Галюгаевской славненько порезвились.

Поэтому мы быстренько провели разведку на подступах, разобрались с обстановкой во дворе и в усадьбу пошли как положено: Рашид — через калитку в гордом одиночестве (Иванов и Глебыч в «Ниве» страховали), Петрушин, Вася и ваш покорный слуга — через огород, со стороны Терека, а Лиза и Костя засели на чердаке дома, отстоящего от объекта на три усадьбы на противоположной стороне улице и приготовились в случае чего поработать в качестве снайперской пары.

И нигде они там на брюхе не ползали, не душили стропой хозяйских собак. Просто подошли пешочком к калитке, постучали и поинтересовались, какой национальности здесь товарищи проживают.

— Чеченов мочить будете? — с ходу выдвинула версию морщинистая бабуся — ровесница октябрьского переворота.

— Пока только посмотреть хотим, — не стал зря обнадёживать бабусю Костя. — А там — как получится, по обстановке...

— Давно пора! — Бабуся с готовностью распахнула калитку. — Заходите, располагайтесь, я вас молоком напою.

Вот такая, мать, светлая музыка. Такая, блин, вечная молодость. Повторюсь: я не шовинист и ничего тут не придумывал из ряда вон. Просто передал без купюр умонастроение проживающего в тех местах населения. Не верите — поезжайте, сами с ними пообщайтесь...

На рекогносцировку и выдвижение к стартовым позициям у нас ушло минут двадцать. В итоге, когда Рашид постучал в калитку, на моих часах было ровно семь тридцать.

— Хреновое время, — буркнул засевший рядом в кустах Петрушин, наблюдавший за двором в бинокль. — Не к добру....

Петрушин терпеть не может «ровно» и «ровно половина». Ему почему-то кажется, что в этих «ровно» присутствует какая-то роковая предрасположенность. Какая-то нарочитость. Он считает, например, что семь тридцать одна пятнадцать секунд — не в пример лучше, чем просто «ровно».

— «Ниву» из окон видно, — прошептал Вася Крюков. — Если эти в доме, кто-нибудь выйдет проверить...

Рашид в калитку ломился, наверное, с минуту, не меньше. От нашей позиции до ворот — метров пятьдесят, стук мы слышали. Открывать никто не торопился.

— Может, вообще в доме никого нет, и мы зря здесь торчим? — высказал предположение Вася.

— А может, там одни трупы, — мрачно пробурчал Петрушин. — И тогда... Внимание — движение!

Из дома, наконец, вышел дед в тюбетейке и заковылял к калитке.

— Цель вижу, — тихонько пискнула рация голосом Лизы.

— Это ты деда видишь? — подозрительно уточнил Петрушин.

— Нет, на крыльце — объект, — доложила Лиза.

Вот незадача! Крыльцо скрыто от нас декоративным кустарником, вьющимся по специально натянутым проволокам — забыл название. Это мы правильно сделали, что разместили снайперскую пару на чердаке той усадьбы — в противном случае сидели бы сейчас, как те дурни на ярмарке и торговали лицом...

Дед впустил Рашида и стал о чём-то говорить с ним. Я припал к прицелу «ВАЛа», пытаясь рассмотреть выражение его лица, — ветки кустов мешали, не давая сосредоточиться...

Озабоченное лицо Рашида вдруг окаменело. Спустя секунду я увидел причину такой реакции: с крыльца во двор шагнул гот самый «объект», которого до сего момента мы не видели по техническим причинам.

«Объект» был вовсе не курчав, коротко пострижен и без бороды. Четырёхкратный прицел — не бог весть какая оптика, но и её хватило, чтобы рассмотреть: за спиной «объект» прячет пистолет с глушителем.

— Шестой — объект твой, — торопливо пробормотал Петрушин. — Мы — никак...

Мы — вне параметров боевой задачи, потому что дед и Рашид у нас на линии огня. Можно, конечно, попробовать, но имеется риск, что кто-нибудь из них пострадает.

— Принято, — ответила Лиза. — Может, и не надо будет...

Рашид вдруг оттолкнул деда и бросился к тому, кто сошёл с крыльца. «Объект» мгновенно вытащил руку с пистолетом из-за спины и направил ствол в сторону Рашида.

Тюк! — негромко шлёпнуло с чердака, где засели Лиза с Костей. «Объект» плеснул кровяным фонтанчиком из правого виска и рухнул наземь.

— Вот же непруха! — горестно взрыднул Петрушин, вскакивая и устремляясь вперёд. — На хера его вообще с собой взяли?!