Лев Пучков – Наша личная война (страница 5)
Как я уже говорила, на буровой работают трое. Двое обычных бойцов и один особый. Это наш шахид – Муслим.
За Муслима я не беспокоюсь, Аллах миловал, не попал мальчишка в одну компанию с головорезом Аюбом. Этот пункт нашей подготовки можно смело считать одним из самых надёжных, потому что я занималась им лично сама.
В честь нашего прибытия бойцы заглушили мотор работающего «ЗИЛа» и вытащили канистру с водой – сполоснуть руки. По-хорошему, надо бы нормальное омовение сделать да на молитву присесть – они не просто так болтаются, шахид с ними! Но тут условия не позволяют, поэтому придётся обойтись без этого.
– Проверяли? – интересуется Аюб.
– Нет, сегодня не проверяли. Недосуг, видимо.
– Надо же! – удивляется Аюб. – Какие добрые! Ну-ну…
Федералы с КПП каждый день проверяют, чем тут наши занимаются. В первый день вообще три раза приходили. А сегодня не удостоили вниманием. Буровая стала обыденностью. Хороший знак.
– Как ты? – ласково обращаюсь я к шахиду.
– Нормально. Я готов…
Мальчишка бледноват, но держится молодцом. Он одет во всё чистое, только спецовку скинуть. Парень три дня постился, отсюда бледность.
Из уважения к шахиду бойцы выливают суп в яму. Вчера и позавчера тоже так делали. Они едят серый лаваш с зеленью и сыром и то отходят в сторонку, чтобы не смущать нашего героя.
Пока бойцы перекусывают, Аюб занимается делом. Он удаляется в глубь пустыря на тридцать шагов, снимает штаны и присаживается – вроде бы по большой нужде. Аюб плохо «замаскировался» – я его вижу, но делаю вид, что не замечаю, смотрю в другую сторону. Если сейчас федералы с КПП смотрят в бинокль, им, наверно, очень смешно. Живописная такая картинка: нохчо-богатырь, обделавшийся в панораме серого пустыря…
Аюб между тем привязывает к ноге капроновый шнур, натягивает штаны и идёт обратно. Сегодня ночью он доставил сюда закладку и замаскировал её. Колоссальная работа, под силу только такому здоровяку: пришлось с километр идти с черепашьей скоростью, волоча тяжёлый груз, а последние несколько сот метров вообще ползти.
«ЗИЛ» стоит задними габаритами к КПП. Это дополнительная гарантия спокойствия для федералов. Машина громоздкая, в «расшпиленном» состоянии, да ещё и задом к объекту. Никому и невдомёк, что накануне с машиной поработали наши мастера, и теперь достаточно трёх секунд, чтобы она отделилась от буровой установки.
Аюб, поравнявшись с передним бампером, ловко цепляет конец шнура к лебёдке – всего на три секунды задержался. Затем он выходит из-за мотора и призывно машет рукой. Типа, прекращайте чревоугодием заниматься, пора работать.
Бойцы быстренько завершают свой «обед» и запускают двигатель. Спустя несколько секунд к машине «приезжает» заготовка – резиновая камера с тротилом. Общий вес – пятьдесят кг. Вот так всё просто, проверяйте хоть каждый день…
Один из бойцов хлопает ладонью по капоту и огорчённо разводит руками. Мол, упрямится железный конь, неполадки какие-то. Это перестраховка – моторная часть с КПП не видна, но каждый играет свою роль в соответствии с расписанным сценарием.
Аюб «помогает» – забирается на бампер и принимается ковыряться в моторе. На размещение и подготовку взрывчатки у него уходит четыре минуты. Молодец, Аюб, он хоть и сын барана, но мастер своего дела. Приятно с таким работать.
Вот капот захлопнулся, Аюб спрыгнул на землю. Всё, можно ехать.
– Сегодня твой день, – говорю я на прощание шахиду. – Вот я стою рядом с тобой… и уже сейчас начинаю ощущать запах мускуса[4]! У тебя всё получится. Весь народ с замиранием …сердца следит за твоим подвигом.
– Я готов, – недрогнувшим голосом отвечает Муслим. – Я всё сделаю как надо…
Мы возвращаемся. На КПП нас не досматривают, машут ручкой – проезжайте. Спасибо. Хорошее дело – привычка.
Метрах в трёхстах от КПП, по дороге в город, расположена чайхана. Здесь начинается жилой квартал – в домах, меньше других пострадавших от бомбёжки, ютятся люди.
Аюб загоняет «Ниву» на небольшую стоянку и глушит мотор. Здесь нас ждёт Шапи, он приехал на грязной старенькой «шестёрке» бежевого окраса и привёз мне портативную видеокамеру.
Мужчины заходят в чайхану. Мне очень хотелось бы выпить стакан горячего сладкого чая, но я остаюсь в машине – дела в первую очередь. Да и женщина я, негоже мне с мужиками.
Чайхана вполне безопасное место. Сюда часто заходят федералы, КПП рядом, они чувствуют себя здесь как дома. И поэтому не проявляют особой бдительности.
Примерно через полчаса мне на мобильный звонит наш разведчик Ахмед:
– Едут к вам. Будут минут через пятнадцать.
Всё, фаза подготовки завершена. Настало время действовать. Я звоню Лечи и спрашиваю:
– Вы готовы?
Это вторая группа, они работают на Северном КПП.
– Давно готовы, – сообщает Лечи. – Можно?
– Как Заур?
– Нормально. Только бледный немного.
– Бледный?
– Ну, конечно, бледный! Если человек не жрёт ничего трое суток…
– Выбирай слова, Лечи. Наверно, ты хотел сказать – «постится»?
– Ммм… Да, именно это я и хотел сказать. Короче, в порядке он, всё нормально.
– Хорошо. Минут через десять можете начинать…
Вот в чайхану вошла очередная федеральная троица. Двое здоровенных мужиков, один из них совсем юный – он как-то странно посмотрел на меня, как бы оценивая. Может, я ему мать напомнила? Даже у такого должна быть мать… Третья у них… женщина. Худенькая, бледненькая, аристократического типа личико, беретка надета набекрень, кокетливо так… Странно, что делает с этими зверюгами такая дамочка? Впрочем, это не так важно – пора работать.
Я подхожу к окну и зову мужчин. Аюб определяет место, где его подобрать, садится в «шестёрку» и едет по улице прочь от КПП – разогнаться. Минут через пять мы с Шапи на «Ниве» выезжаем по узкому переулку к окраине. Отсюда хоть и далековато, но хорошо просматривается КПП и наша буровая установка. Это место я выбрала заранее, сейчас я стою под прямым углом к основной трассе, КПП и буровая от меня примерно на одинаковом расстоянии. Хороший ракурс для съёмки.
– Вот они, – нервно бормочет Шапи.
К КПП приближается кавалькада: два «Ниссана Патрола» и микроавтобус «Форд».
Вот она, основная цель, ради которой и затевалось всё мероприятие. Это межведомственная комиссия по проверке работы контрольно-пропускных пунктов и блокпостов, приуроченная к приезду Грызлова. Состав внушительный: первый зам Кадырбекова, замминистра внутренних дел ЧР, замкоменданта Грозного и замкомандующего группировкой. Большие люди. В микроавтобусе охрана – кадырбековские гвардейцы.
Вся наша кропотливая работа, разумеется, – это большое и важное дело. Но без своевременно добытой информации она превратилась бы в хаотичные, безадресные акции (примеров таких глупых самопожертвований – несть числа!).
Информацию о работе комиссии мы получили от своего человека в администрации. Товарищи хотят показать всем, что являются здесь хозяевами: раскатывают в таком составе, без военной охраны и бронированной техники, рассчитывая, что неожиданность обеспечит их безопасность. В общем, обычная пиаровская акция, в свете рекламной кампании грядущего мартовского референдума. Людей останавливают, спрашивают: не обижают ли вас вояки на КПП? Ха-ха три раза…
Наша акция – ответ на вашу акцию. Сейчас мы вам покажем, где мы видели ваше усиление и кто вообще в доме хозяин…
Из «внедорожников» выходят большие люди. Вся охрана из микроавтобуса не вываливает, вышли только двое мордоворотов, встали по обеим сторонам дороги и активно крутят головами.
Я включаю запись и навожу объектив на КПП. Время начала акции мы конкретно не определяли: все ориентируются на Аюба.
«Вв-вуууу!!!» – а вот и Аюб. На улице, что пролегает мимо чайханы, появляется затрапезная «шестёрка» и, быстро разгоняясь, несётся к КПП. Машины подобного типа у федералов на особом счету: именно на таких вот были совершены несколько последних акций.
– Аллах Акбар… Аллах Акбар… – в смятении шепчет Шапи – переживает, бедолага.
Надо отметить, что особой паники на КПП я не наблюдаю. Напротив, все действуют слаженно, как будто неделю готовились к этому! Пушки БМП разворачиваются в сторону чайханы, из «Форда» выметается охрана, волокут больших людей за машины… И в несколько секунд все сосредоточиваются на той стороне дороги, задницами как раз к нашей буровой.
«ЗИЛ» отделяется от буровой установки, делает вираж и начинает движение к КПП. Мне кажется, что всё это происходит с чудовищной медлительностью. Если бы он сделал это в обычном режиме, его бы десять раз расстреляли из БМП. Но сейчас наводчикам не до «ЗИЛа», в ту сторону вообще никто не смотрит, есть забота поважнее…
Сразу за чайханой Аюб вываливается из «шестёрки», делает пару кульбитов не хуже профессионального каскадёра и юркает за бетонный забор. «Шестёрка» продолжает самостоятельно мчаться к КПП. Что он там положил на газ и как укрепил руль, я не вдавалась, это его дела. Но машина идёт ровно – здесь прямой отрезок шоссе – и может долететь до самых «рогаток».
«Та-та-та!!! Та-та-та!!» – самые быстрые у КПП успели изготовиться и лупят из автоматов.
«Бух!!!» – наводчик не смог как следует прицелиться, снаряд улетает в один из жилых домов. Так вы полгорода перебьёте, убогие! У вас ещё есть право на один выстрел, потом будет поздно – для своих же небезопасно.