Лев Пучков – Дикая степь (страница 52)
“Дадим” следовало понимать как приглашение участвовать в оплате на паях. За последнюю пятилетку меня приучили взвешивать каждый бакс, прежде чем вложить его в дело: это вранье, что наши предприниматели бездумно швыряются деньгами направо и налево. Если уж швыряются, то предварительно все обдумав и просчитав. Чего стоит этот контактант, я пока что не знал: Бо сказал, что его здорово обидел хан и обиженный этот может оказаться для нас весьма полезным.
— Сначала узнаем, что за информашка, — уклончиво ответил я. — Потом дадим. Вдруг он нам попытается всучить карту родимых пятен хана? Нам такая карта нужна?
— Ха! — одобрил юмор Бо и, зажав трубку ладонью, понизил голос: — Если не дадим — не придет. Ну?
— Он будет только слова говорить? — озаботился я — не люблю, знаете ли, когда торопят в таких делах.
— У тебя, помимо слов, есть чего? — тут же продублировал Бо в трубку. — Типа, пленки там, бумажки… Есть? Хоп, договорились. Мы тебя ждем в двадцать два тридцать. Смотри там — насчет “хвостов”…
Вызвав такси, мы прихватили с собой фонарик, диктофон и отправились куда-то на окраину города.
— Зачем фонарик? — поинтересовался я, когда мы вышли из такси, не доехав двух кварталов до пункта встречи. — Освещение присутствует…
— В полночь свет вырубят, — пояснил Бо, резво сворачивая в какую-то подворотню. — Окраины вырубают до утра — по графику.
Прогулявшись по дворам, мы проверились на предмет гипотетического “хвоста” и вырулили к небольшому двухэтажному ресторанчику, в котором предварительно ничего не заказывали — для пущей конспирации. Из имевшихся в наличии четырех кабинетов все оказались свободными: немногочисленная публика в полном составе сосредоточилась на крытой террасе, оплетенной камышом. В отличие от душного помещения там было уютно и прохладно — сам бы с удовольствием посидел в хорошей компании.
— Заказывай — пойду встречу, — буркнул Бо, оставив меня наедине с круглой от хронического перееда юной официанткой, которая напряженно морщила лобик, пытаясь по нашему виду определить, перспективные мы клиенты в плане оказания ненормативных услуг или просто так — поужинать заехали.
— Два поллитровых “Кирсана”. Остальное — всего по три, — кратко ознакомившись с меню, распорядился я. — Шашлык, закуски: балык, буженина, салат из овощей, минералка, апельсиновый сок. Еще — зелень и черные маслины.
— Еще что-нибудь? — с надеждой уточнила пухлая подавальщица, записав заказ. — Ваш друг такой… такой большой…
— Да, кстати — насчет большого друга, — вспомнил я. — Принесите ананас. Порезанный кружочками. Ему худеть надо.
— Ананас? — удивилась девица.
— А что — нету? — ответно удивился я.
— Не знаю, — смутилась девица. — Никто не спрашивает… Я посмотрю. Эм-м… Худеть?
— Худеть, худеть, красавица. Ананас — замечательное средство для сжигания жира. Если натурального нет, на худой конец сгодится и консервированный.
— А сколько надо есть, чтобы похудеть? — не на шутку заинтересовалась пампушка.
— Полкило в сутки, — не моргнув глазом, брякнул я. — Пять раз по сто. Через две недели можешь писать заявку на”Мисс Калмыкия” — место в первой тройке гарантирую.
— Скажете тоже! — смутилась пампушка. — Какая из меня мисс…
Ананас подали баночный, натурального не нашлось. Накрыли быстро и эстетично — я даже удивился, что в таком заштатном уголке столь качественный сервис.
Минут через десять большой друг привел контактанта. Это был местный мужичок лет под пятьдесят, невысокий, коренастый, в меру испитой и пытавшийся казаться гордым и неприступным. Получалось это из рук вон: глянув на водку с закуской и нюхнув многообещающий аромат шашлыка, заползавший в кабинет с улицы, мужичок дернул кадыком, суетливо метнулся глазенками по столу и, судорожно вздохнув, поспешил представиться:
— Валера. Эм-м… Эрдниевич.
— Наливай, — с порога распорядился Бо. — Что — шашлык?
— Сказали — минут через пятнадцать, — сообщил я. — А мы пока разгонимся — чего сидеть сложа руки…
Разгонялись мы ударными темпами: за пятнадцать минут подняли пять раз, себе — на донышке, гостю — по стопочке, благо против такой диспропорции он не возражал. С делами не торопили — давали гостю созреть.
К тому моменту, когда притащили безразмерный (по российским стандартам) шашлык, клиент, что называется, дошел до кондиции и был готов к сотрудничеству. Даже насчет штуки баксов не уточнил.
— Только не писать! — потребовал он, ткнув пальцем в мою сторону. — Ни-ни…
— Обижаешь, начальник. — Я в притворном возмущении развел руками и, приподнявшись со стула, охлопал себя по карманам, демонстрируя полное наличие отсутствия диктофона.
Диктофона на мне и в самом деле не было — я заблаговременно пристроил его за неработающую по летнему времени батарею центрального отопления и установил режим автоактивации.
— Смотрите, ребята, — погрозил пальчиком гость. — Если даже пишете — очень осторожно. Не дай бог что — мне хана…
— Ты сказал — “хвостов” за тобой не было, — уточнил Бо. — Я правильно понял?
— За мной не было — отвечаю, — гордо приосанился гость. — А вот за вами…
— За нами — тем более, — успокоил Бо. — Это я тебе гарантирую.
— Место выбрали случайно, в самый последний момент, — подхватил я. — Общались по моему мобильному. Подсесть на мой мобильный они не могли, у меня — спецзаказ. Так что можешь быть на сто процентов уверен: здесь мы в полной безопасности.
— Ну слушайте…
Валера Эрдниевич большую часть своей жизни прожил в Сибири: окончил военное училище, попал в дальний гарнизон, а потом в одной области просидел двадцать два года, дослужившись, худо-бедно, до подполковника.
В девяносто третьем родственники позвали: бросай все, приезжай. У нас тут молодой хан новый Кувейт возводит — этакий степной Эльдорадо на евроманер, с большущими претензиями да перспективами фантастическими. В общем, толковые руководители да организаторы нужны позарез.
Бросил, приехал — но не сразу, а почти два года спустя. Ждал, когда контракт закончится. Уволился по окончании контракта, продал квартиру в Новосибирске, купил в Элисте, добился приема в ханской резиденции, заручился протекторатом: какая-то там дальняя родственная связь отыскалась — в девятом колене.
А-а-а! Так ты сын Эрдни, который двоюродный брат Санала?
Точно так — сын двоюродного брата.
А Санал — племянник Гари, который троюродный брат Савра?
Вот именно! Того самого Савра.
А Савр — двоюродный брат…
Короче — родственник я, родственник! Кадры нужны?
Обязательно! Кадры всегда нужны. Тем более — родственник…
Так вот же — нате вам. Красавчик, умница, опытнейший руковод. А ну, где тут у вас руководить да организовывать?
А вот — пожалуйте в… МВД.
Почему в МВД?!
А местов уже нету в нормальных учреждениях — пока раздумывал да выжидал, заняли все. А потом — какая разница? МВД — тоже полувоенная организация. Подполковник?
Подполковник. В отставке.
Ну вот — давай сразу в штаб. У них там четыре вакансии, будет тебе где подполковничать…
В штабе МВД Валере Эрдниевичу понравилось. Правильно сказали — полувоенная организация, работать приходилось втрое меньше, получка такая же, как и на старом месте, начальство и младшие чины относятся уважительно: из-за взяток. Начальство уважает потому, что в штаб идти никто не хочет, — там взятки брать не получается. Младшие чины знают, что штабные офицеры сидят без взяток, и в причины такого сидения шибко не вдаются — не по рангу им. Но на всякий случай благоразумно опасаются: если не берет, значит, маньяк. Или такой весь из себя “крытый” да “мохнатый”, что взятки ему ни к чему.
Четыре месяца длилась штабная пастораль для отставного вояки. Прелесть, не жизнь: служебная машина — к подъезду, на совещании посидел десять минут, полдня неспешно с документами поработал, под кофеек перемигиваясь с аппетитными делопроизводителыпами, пообедал бесплатно в эмвэдэшной столовой, часок подремал и — в ФОК (физкультурно-оздоровительный комплекс): волейбол, футбол, сауна, пиво.
Служебная нагрузка — два раза в месяц дежурным по управлению (два часа тратишь на проверку дежурной службы, остальное время — на просмотр видеофильмов, прослушивание музыки, десятичасовой сон и три приема пищи). Красота!
Но правильно гласит народная мудрость: не все подполковнику штабизм…
Как-то ночером выехал наш подпол проверять службу и остановился на посту ГАИ, что на Ставропольском выезде. По случаю усиления пост прикрывало отделение недавно сформированного республиканского ОМОНа: парни молодые, крепкие, все бывшие вояки, побывавшие в разных интересных местах. Валера Эрдниевич пост проверил да и задержался немного, с омоновцами поболтать — обнаружились общие знакомые по прежней службе.
На ту беду лиса близехонько бежала. В виде некоторого джипа без номеров да со зверской скоростью. Вдруг “Волги” зад служебный лису остановил: джип не вписался в полотно и со всего маху въехал в оставленную на обочине штабную машину, смяв ее гармошкой до середины салона. Благо водила тоже вышел с гаишниками словечком перекинуться — убили бы парня! Компания из джипера выходит, вертит, очком, глаз с “подпола” не сводит (три рожи пьяные — двое местных, один — чело кавказской национальности). И говорит так сладко, чуть дыша:
— Какого фуя ты свою колымагу на дороге поставил, удод ты недоделанный?! Ты ж, падла, теперь попал до самой задницы! Ты ж теперь хату продашь, чтоб нам тачку ремонтировать!!!