Лев Поэтический – Там, где остался дом (страница 13)

Это было не похоже на Илью.

Обычно он либо говорил прямо, либо не говорил вообще.

Максим почувствовал тревогу.

Неясную.

Неприятную.

Словно что-то уже произошло.

Через три дня Илья вышел на связь.

Поздно ночью.

Максим не спал.

Смотрел какой-то старый фильм, когда телефон неожиданно зазвонил.

— Не разбудил?

— Нет.

Голос друга звучал хрипло.

Уставше.

— Ты хотел рассказать.

Несколько секунд Илья молчал.

— Помнишь Пашку?

Максим задумался.

— Рыжего?

— Да.

— Конечно.

Они познакомились ещё прошлой зимой.

Во время отпуска Илья показывал фотографии ребят из своего подразделения.

Пашка постоянно улыбался на снимках.

Даже там.

Даже в форме.

Даже под серым небом.

— Его больше нет.

В комнате стало тихо.

Настолько тихо, что Максим услышал собственное дыхание.

— Как?

— Миномёт.

И снова молчание.

Долгое.

Тяжёлое.

— Прости.

Илья усмехнулся.

Грустно.

Без радости.

— За что?

— Не знаю.

Просто…

Он не смог закончить мысль.

Потому что действительно не знал, что сказать.

Иногда никаких слов недостаточно.

После разговора Максим долго сидел на кухне.

Без света.

С чашкой давно остывшего чая.

Он думал о человеке, которого никогда не видел вживую.

О человеке, которого знал только по нескольким фотографиям.

И всё равно было тяжело.

Потому что за каждой фотографией стояла настоящая жизнь.

Настоящий человек.

Не новость.

Не цифра.

Не строка в сводке.

Человек.

На следующий день пошёл снег.

Первый настоящий снег той зимы.

Крупный.

Медленный.

Он падал на крыши домов.

На машины.

На пустые скамейки во дворах.

Город постепенно становился белым.