Лев Орлов – Как вести диалог с человеком в тяжелой депрессии и поддержать его (страница 2)

Поддержка как тихая гавань

Поддержка выглядит совершенно иначе. Представьте себе не спасателя на лодке, а маяк на берегу. Маяк не плывет к кораблю, не пытается взять штурвал в свои руки и не говорит капитану, куда ему плыть. Он просто стоит на своем месте и излучает свет, чтобы корабль видел, где находится безопасный берег и куда можно держать путь. Поддержка – это именно про это: быть устойчивым и освещать путь, но не грести вместо другого человека.

Когда вы поддерживаете, вы признаете: “Это его путь, его болезнь и его борьба. Я могу быть рядом, но прожить это за него я не могу”. Вы не берете на себя ответственность за его выздоровление, но вы берете на себя ответственность за то, как вы ведете себя рядом с ним. Вы не бросаетесь решать его проблемы, но вы спрашиваете: “Чем я могу помочь тебе прямо сейчас, чтобы тебе было легче решать их самому?”. Разница колоссальная.

Представьте себе ситуацию. Человек в депрессии неделями не моет посуду, и раковина завалена горами грязных тарелок. Спасатель, чувствуя, что не может больше на это смотреть, и испытывая жалость, идет и моет всю посуду сам. Он чувствует себя героем и хорошим человеком. Но на следующий день раковина снова полна. Спасатель снова ее моет. И так по кругу. Что происходит в этот момент с человеком в депрессии? Он может испытывать стыд и чувствовать себя еще более никчемным, потому что даже с посудой не может справиться. Или он может привыкнуть, что за него все делают, и его пассивность только закрепится. Он становится беспомощным, а спасатель – вечно занятым и уставшим.

Поддержка же будет выглядеть иначе. Вы не будете молча мыть посуду за него. Вы можете подойти и сказать: “Я вижу, что тебе сейчас очень тяжело и даже простая домашняя рутина кажется неподъемной. Я не могу сделать это вместо тебя, но я могу посидеть с тобой на кухне, пока ты будешь мыть одну тарелку. Или я могу принести перчатки и включить музыку, чтобы было не так тоскливо”. Суть в том, что действие совершает он, а вы лишь создаете для этого действия чуть более безопасные и менее пугающие условия.

Три угла треугольника Карпмана

Чтобы окончательно разобраться в разнице, полезно знать про так называемый треугольник Карпмана. Это психологическая модель, описывающая игру, в которую часто скатываются люди в сложных отношениях. В этом треугольнике три роли: Спасатель, Жертва и Преследователь. И главная хитрость в том, что они постоянно меняются местами.

Когда вы начинаете спасать близкого (Спасатель), вы неосознанно ставите его в позицию Жертвы: слабой, беспомощной, неспособной. Вы как бы говорите: “Я сильный, а ты слабый, я знаю, как надо, а ты нет”. И в какой-то момент Жертве это надоедает. Она может начать злиться на вас за вашу навязчивую помощь, обвинять вас в том, что вы ее не понимаете или делаете все не так. И в этот момент вы из Спасателя мгновенно превращаетесь в Преследователя для нее, а она становится Преследователем для вас. Или, если ваше спасательство не приносит результатов и вы выдыхаетесь, вы сами можете скатиться в Жертву: “Я столько для тебя делаю, я себя не жалею, а ты не ценишь и ничего не меняешь!”. Круг замкнулся.

Поддержка же выводит нас из этого треугольника. Она не предполагает ролей. Вы не Спасатель, вы просто друг, родственник, партнер. Близкий вам человек – не Жертва, а человек, который попал в трудную ситуацию, но остается дееспособным взрослым. И нет никакого Преследователя, есть просто обстоятельства, с которыми вы вместе пытаетесь справиться.

Как проверить себя на берегу

Как же на практике понять, где вы сейчас находитесь – в поддержке или уже в спасательстве? Попробуйте честно задать себе несколько вопросов, когда вы в очередной раз хотите что-то сделать для близкого.

Спросите себя: “Я делаю это потому, что он просил о помощи, или потому, что мне самому невыносимо видеть эту проблему?” Если он не просил, а вы уже лезете – это красный флаг.

Спросите: “Поможет ли мое действие ему стать сильнее или, наоборот, сделает его более зависимым?” Поддержка должна укреплять, а не расслаблять.

Спросите: “Готов ли я принять отказ? Могу ли я спокойно отреагировать, если он скажет”нет” моей помощи?” Если отказ вызывает у вас обиду, злость или чувство, что вас обесценили, значит, вы слишком сильно вложились в роль Спасателя, которому нужен результат для самоутверждения.

И самый главный вопрос: “Готов ли я нести полную ответственность за последствия своего вмешательства?” Когда вы спасаете, вы берете на себя ответственность за жизнь другого человека. А это ноша, которую ни один человек нести не в силах. Это верный путь к выгоранию и разочарованию. Поддержка же оставляет ответственность там, где она и должна быть – на том, кто проживает свою жизнь.

Оглянитесь на свои отношения. Бывало ли так, что ваша помощь не приводила ни к чему, кроме усталости с вашей стороны и раздражения со стороны того, кому вы помогали? Возможно, именно в эти моменты вы были не маяком, а тем самым спасателем, который пытался грести вместо уставшего гребца. И это нормально – ошибаться и путаться. Важно вовремя это заметить и сделать шаг назад, к той самой тихой гавани, где вы просто есть, а не “спасаете мир”.

Почему слова «возьми себя в руки» работают как яд

Мы уже выяснили, что депрессия – это не просто плохое настроение и чем поддержка отличается от спасательства. Казалось бы, вооружившись этими знаниями, мы точно не скажем ничего лишнего. Но есть одна фраза, которая так и просится на язык, особенно когда мы видим, что наш близкий человек «раскисает» и не предпринимает никаких попыток выбраться из этого состояния. Фраза-убийца, фраза-яд: «Возьми себя в руки».

На первый взгляд, в ней нет ничего криминального. Наоборот, нам кажется, что мы подбадриваем человека, призываем его мобилизоваться, включить волю. Мы же сами иногда так делаем: устали, но собрались и пошли работать. Расстроились, но вытерли слезы и пошли улыбаться. Почему бы и ему не сделать так же? Вся проблема в том, что мы сравниваем несравнимое. Мы применяем свой «бытовой» инструмент к поломке, которая требует совсем другого подхода.

Представьте себе человека, который сломал ногу. Он лежит на диване и не может встать. Вы, полный благих намерений, подходите к нему и говорите: «Слушай, хватит лежать, возьми себя в руки и пойди, прогуляйся, разомни ногу. Тебе сразу станет легче!» Звучит дико, правда? Но именно так и звучит фраза «возьми себя в руки» для человека в депрессии. Только у него сломана не нога, а та самая «воля», о которой вы говорите. Та часть психики, которая отвечает за мобилизацию, за желание что-то делать, за мотивацию, просто отсутствует. Ее нет. Она не работает. Это как просить человека с параличом пошевелить пальцами ног. Он бы и рад, но сигнал из мозга просто не доходит.

Анатомия яда: что происходит на самом деле

Давайте разберем по косточкам, почему этот, казалось бы, безобидный призыв превращается в чистый яд для отношений с близким.

Во-первых, эта фраза мгновенно обесценивает все его состояние. Для него депрессия – это тяжелейшая борьба, где каждый день – подвиг. Иногда подвиг – просто открыть глаза, почистить зубы или выпить стакан воды. А вы говорите ему, что он просто ленится и недостаточно старается. Это все равно что сказать ветерану войны, потерявшему ногу на поле боя: «Что ты ноешь? Вон Петрович без обеих рук живет и не жалуется». Сравнения здесь неуместны, а боль – реальна. Человек слышит не призыв к действию, а приговор: «Твоя боль – ерунда, ты просто слабак».

Во-вторых, вы возлагаете на него ответственность, которую он в данный момент нести не в силах. Он и сам бы с радостью взял себя в руки. Он помнит то время, когда это работало. Он помнит себя прежнего – сильного, активного, способного свернуть горы. И сейчас, глядя на себя из ямы, он испытывает колоссальное чувство вины и стыда за то, что не может быть таким. А ваша фраза только подливает масла в огонь этого самоедства. Она становится доказательством его никчемности: «Даже близкий человек говорит, что я могу, но не хочу. Значит, я просто урод и бездельник». Чувство вины, и без того огромное, становится просто неподъемным.

Откуда берется желание сказать именно это

Мы же не со зла это говорим. Чаще всего за этим стоит наше собственное бессилие и тревога. Нам очень больно видеть, как страдает наш любимый человек. Мы хотим, чтобы ему стало хорошо, и хотим этого прямо сейчас. Фраза «возьми себя в руки» – это наша попытка вернуть контроль над ситуацией, нажать на какую-то волшебную кнопку, чтобы он снова стал «нормальным». Мы не выдерживаем собственного бессилия и пытаемся переложить ответственность за наши чувства на него.

Вспомните ситуацию, когда вы сами очень хотели, чтобы кто-то другой изменился, потому что вам было некомфортно. Например, вы едете в машине с нервным водителем. Вам страшно, и вы говорите: «Сбавь скорость!» или «Смотри на дорогу!». Вы пытаетесь контролировать его, чтобы успокоить себя. Так и здесь: «Возьми себя в руки» – это наша попытка справиться с собственной тревогой за его счет.

Что скрывается за этими словами

Давайте честно признаемся сами себе, что мы на самом деле хотим сказать, когда произносим эту фразу. Часто за ней стоит: «Мне страшно и больно видеть тебя таким, верни мне моего прежнего друга/мужа/сына». Или: «Я не знаю, как тебе помочь, и это меня бесит, сделай что-нибудь сам». Или самое обидное: «Ты портишь мне жизнь/настроение/планы своим состоянием, прекрати это». Мы никогда не говорим это вслух, но именно такой подтекст считывает человек в депрессии.