Лев Лопуховский – Прохоровка. Без грифа секретности (страница 23)

Между тем 10-й и 2-й танковые корпуса, прибывшие на усиление Воронежского фронта, запаздывали с переходом в наступление. В 14.20 командующий войсками фронта подписал приказ командирам 10-го и 2-го танковых, 2-го и 5-го гвардейских танковых корпусов:

«1. Категорически требую самых решительных и смелых действий и полного выполнения поставленных задач. Топтание на месте прекратить и стремительно наступать.

Главная группировка до 300 танков противника против Катукова из района Гремячего на Верхопенье. Стремительно выходите в тыл этой группировки.

2. О принятых мерах радируйте»^{114}.

Однако грозные приказы делу мало помогали. Части 10-го тк и 183-й сд в наступление так и не перешли. 285-й сп 183-й сд в 5.00 отразил атаку 9 танков противника в направлении свх. Комсомолец. С 14.30 полк совместно с 183-й тбр 10-го танкового корпуса продолжал отбивать атаки противника, одновременно стремясь улучшить свое положение на рубеже выс. 258.2, х. Тетеревино.

Трудно объяснить пассивные действия 10-го тк генерала Буркова, который вышел в район Прохоровки к 19.00 7 июля и имел время для подготовки к наступлению. Он представлял собой внушительную силу. В строю насчитывалось: 9612 солдат и офицеров, танков — 164 (99 Т-34, 64 Т-70 и 1 КВ), САУ -21 (12 СУ-122 и 9 Су-76), орудий — 77 (17 37-мм, 32 45-мм, 28 7б-мм), 123 миномета, мотоциклов — 70, бронетранспортеров — 52, бронеавтомобилей — 44^{115}.

Правый фланг корпуса у Кр. Октября обеспечивали части 52-й гв. сд, левый — части 183-й сд. Его положение относительно основных сил тд СС «АГ», которые наступали в северо-западном направлении, было очень выгодным. Основные силы двух других дивизий корпуса СС «ДР» и «МГ» были скованы атаками 5-го и 2-го гв. тк с востока. Смена частей тд «МГ» 167-й пехотной дивизией задержалась. Между дивизиями «АГ» и «ДР» сплошного фронта не было, их смежные фланги были весьма уязвимы. Поэтому наступление от Васильевки в южном направлении имело серьезную перспективу. Но решительного удара не получилось. Противник упредил корпус в переходе к наступлению. А тут еще неожиданный обстрел танковой и мотострелковой бригад корпуса с тыла, со стороны Васильевки. Как оказалось, это атаковали подразделения 99-й тбр 2-го танкового корпуса. Но об этом ниже.

2-й тк генерал-майора А.Ф. Попова оказался в наиболее сложном положении. Корпус вышел в исходный район без 58-й мсбр, имея в боевом составе 155 танков (87 — Т-34, 57 — Т-70, 11 — МК-4 «Черчилль»)^{116}. Остальные танки вышли из строя по техническим причинам на марше и отстали. Корпусу предстояло перейти в наступление с ходу после 200-км марша. Командование корпуса и бригад на организацию боя имело менее двух часов. Они не имели данных о противнике, положении своих войск и начертании переднего края обороны, не говоря уж о минных полях перед ним. Взаимодействие с пехотой и артиллерией не было организовано. К тому же командиры батальонов и рот не были обеспечены картами.

169-я тбр, имея в своем составе 30 танков Т-34 и 18 Т-70 (на марше отстало 15 танков), в 13.50 перешла в наступление в направлении свх. Комсомолец, выс. 258.2, Озеровский. Встретив упорное сопротивление противника, бригада закрепилась на достигнутом рубеже северные скаты выс. 258.2, лес 200 м. западнее совхоза. За день боя бригада потеряла танков Т-34 — 3, Т-70 — 3, личного состава: убито — 6 чел., ранено — 11^{117}.

15-й гв. ттп (11 танков «Черчилль») корпуса к 14.40 вышел на рубеж 2 км западнее Сторожевое. Уже при выходе с исходных позиций полк подвергся массированному налету авиации противника. Два танка «Черчилль» сгорели от прямых попаданий авиабомб и два танка были подбиты. Было ранено 5 человек, в том числе командир полка гвардии подполковник Туренков. Командование полком принял начальник штаба гвардии подполковник Фраков.

26-я тбр (34 Т-34, 19 Т-70), в 16.30 овладев Тетеревино, продолжала наступать в направлении высоты 255.0, где вступила в бой с танками противника, продвигавшимися из Мал. Маячки (до 60 танков). «<…> Атака захлебнулась, было потеряно танков Т-34 = 21, Т-70 = 1, убиты командир 282 тб капитан Райгордский, командиры рот 270 тб ст. лейтенант Погарский, ст. лейтенант Запорин, 282 тб — ст. лейтенант Логачев. К исходу дня все части бригады в результате интенсивной бомбежки авиации противника отошли обратно в северном направлении и заняли оборону»^{118}.

По другим данным, потери 26-й тбр за день боя составили: «убито — 26 человек, ранено — 35, без вести пропало — 150. Потери в технике: сгорело танков Т-34 — 12, подбито — 5, сгорело Т-70 — 9, не установлено местонахождение танков Т-34 — 12, Т-70 — 10, которые разыскиваются»^{119}.

К чему может привести спешка при подготовке к наступлению и пренебрежение элементарными мерами разведки и охранения, можно проследить на примере действий 99-й тбр этого корпуса. Вот как описывается в отчете бригады ее участие в контрударе 8 июля:

«Эта наступательная операция имела ряд особенностей, определивших исход боя:

1. Отсутствие времени на подготовку.

2. Отсутствие сведений о противнике и о расположении переднего края обороны наших частей, действующих впереди.

3. Получение схемы-приказа на наступление в 12.00 8.07.43 г., в которой было указано только направление и фактическое [время] наступление в 10.00 8.07.43 г. — все это не позволило организовать наступательный бой так, как это должно быть.

Предупредив по телефону части начать «вытягивание», командование бригады и штаб выехали в части для доведения задачи',' контроля и помощи по вытягиванию колонны.

В 12.35 бригада головной колонны прошла исходный пункт — северо-восточная окраина Призначное, в порядке совершила марш по маршруту: Призначное, Мордовка, Грушки и далее по балке сосредоточилась на вост. опушке рощи свх. Сталинское отделение.

<…> Была проведена рекогносцировка маршрута, исходного пункта для наступления и рубежа развертывания для атаки (ж.д. переезд, 600 метров сев. Ивановский Выселок). Одновременно танки разгружались от запаса боеприпасов, бочек с горючим, снимались запасные бачки с кормовой части танков.

Вся эта работа проводилась наспех, под давлением вышестоящего начальства, обвинявшего бригаду в медлительности.

Наступление вместо 10.00 началось в 14.00 8 июля 1943 года. 99-я танковая бригада наступала во втором эшелоне за 169-й и 26-й тбр, имея боевой порядок также в два эшелона: в первом танки Т-34, во втором — танки Т-70, мспб и рота ПТР — десантом на танках. Таким образом, по существу без всякой подготовки, не имея представления о противнике и своих войсках, действующих впереди и на флангах, бригада вступила в бой в направлении отм. 258.2, Тетеревино, Лучки.

При достижении действующей впереди 169 тбр рубежа свх. Комсомолец, противник, обстреливая танки артиллерией, тяжелыми минометами и закопанными в землю танками T-VI, начал производить массированные налеты самолетами Ю-88 и противотанковыми Ю-87, вооруженными тремя 37-мм автоматическими пушками (самолет имел две пушки. — Л.Л.). Налет авиации усиливался по мере продвижения бригад вперед, и примерно к 18.00 8 июля 1943 года эти налеты превратились в беспрерывную атаку с воздуха. <…> Как правило, самолеты Ю-87 атаковали наши танки с кормовой части, поражая огнем моторную часть. В период с 14.00 до 19.00 8.07.43 г. зарегистрировано около 425 самолетовылетов. Наша авиация активности не проявляла. (Далее в документе описывается, как командиры батальонов и других подразделений блуждали по незнакомой местности, при этом некоторые из них потеряли управление подчиненными подразделениями. — Л.Л.)

<…> На подступах к выс. 258.2 1-й тб встретил огонь двух танков противника T-VI. Завязалась перестрелка, и 1 тб, понеся потери в танках, откатился на западную опушку леса свх. Комсомолец и вел огонь с места.

2 тб, двигаясь за 169 тбр, вышел на северо-западные скаты выс. 258.2 и, встретив сильный огонь с высот 224.5 и 258.2, спустился в восточную часть Яр Заслонный, потеряв при этом 2 танка Т-70, занял удобные позиции вместе с 10 танками 169 тбр и 15 гв. тпп (остальные частью были подбиты и сожжены, частью заблудились).

<…> огневой бой наших танков и артиллерии с танками и артиллерией противника в условиях ожесточенных налетов авиации противника продолжался до поздней ночи.

К этому времени усилиями командования батальонов и штабрига (штаба бригады. — Л.Л.) удалось собрать пехоту.

За ночь с 8 на 9.07.43 г. по приказу штакора (штаба корпуса. — Л.Л.) бригада заняла жесткую оборону на северо-восточных скатах выс. 258.2 в готовности с утра 9.07.43 г. выполнять задачу дня 8.07.43 г. <…> В этом жестоком бою 99-я танковая бригада потеряла танков Т-34 — 21 шт. подбитыми и сожженными, танков Т-70 — 2 шт. Убито бойцов и командиров — 21 человек, ранено — 53.

Потери противника составили: средних танков — 13, орудий ПТО — 8, пулеметов — 6. Убито солдат и офицеров около 300 человек»^{120}.

По другим данным — 99-я тбр в ходе боя потеряла: сгорело 7 Т-34, подбито 12 танков, из них 7 — эвакуировано. К 6.00 9.7.43 на ходу осталось Т-34 — 15, Т-70 — 16^{121}.

99-я тбр, наступая во втором эшелоне корпуса, имела время для организации разведки и боевого охранения. Это тем более надо было сделать в связи с тем, что боевая задача бригаде была поставлена в виде схемы, на которой указывалось лишь направление наступления. Однако в отчете сказано далеко не все, многие важные моменты сознательно опущены (так формировались архивные фонды частей и соединений). Например, не сказано, что пять танков подорвались на своем минном поле. В результате плохой организации взаимодействия с впереди действующими войсками и непринятием командованием бригады мер по разведке противника и местности произошел бой 99-й тбр с подразделениями 285-го сп 183-й сд.