Лев Котляров – Козырев. Путь мага (страница 32)

Удивленные такой реакцией, работники фермы притормозили, но двигаться в мою сторону не перестали — подпирали задние ряды.

— Где Баранов⁈ За спинами прячется⁈ — грохнул я, напрягая связки.

Вопрос про управляющего еще больше озадачил толпу. Кто-то начал оглядываться, пытаясь найти старшего.

— А где?

— Кто видел?

— Он же только что тут был!

— Чего вы его слушаете⁈ — крикнул кто-то. — Он же проклятый! Если не убьем его, он и нас проклянет!

Едва сдержавшись, чтобы не закатить глаза, я шагнул вперед. Это еще сильнее охладило пыл работяг, и они, наконец-то, остановились.

— И что вы тут устроили⁈ — зарычал я. — Я вас сейчас не просто прокляну, а уволю с волчьим билетом! Останетесь на улице без штанов! Кто затеял все это⁈

Ответом мне была тишина и непонимающие взгляды.

— Где Баранов⁈ — снова спросил я.

И тут внутри толпы началось движение, сопровождаемое отборными ругательствами. Я уже слышал недовольный голос управляющего и внутренне хохотал. Чует мое сердце, это он всех надоумил убить меня. А сам спрятался в безопасном месте.

Приличных слов у меня для него не было. Поэтому, когда его буквально вытолкнули мне под ноги, я просто на него посмотрел. Внимательно. И долго.

Не знаю, что он там себе напридумывал, но в ярком солнечном свете я четко уловил, как у него трясутся колени.

— И что тут происходит, Баранов? — самым ласковым тоном спросил я. — Почему твои люди не работают? Саботаж? Лень?

Он встал на четвереньки и хотел нырнуть обратно в безопасность, но ему не дали.

Я глянул на собравшихся.

— Факелы-то зачем, болезные? День на дворе, — громко сказал я.

И огонь сразу же потушили, глаза потупили. Но то и дело взгляды упирались с согнутую спину Баранова.

— Какое, к чертям собачьим, проклятье⁈ — рявкнул я. — Белены объелись? Живо за работу! Чтобы через пять минут все были на местах!

Толпа рассосалась моментально. Только следы от сапог на лужайке от них и остался. Не считая, конечно, Баранова, который сел на задницу и беспомощно оглядывался.

— Так, проклятье же… — бормотал он.

А потом перевел испуганный взгляд на меня. До чего же жалок этот человечишка.

Я подошел ближе, присел и сочувственно спросил:

— Все что угодно, лишь бы не работать? — я глянул на Вайсмана. — Поднимите его. Пойдем проверять всю ферму сверху донизу.

Благодаря отчету Степана, который все еще почему-то прятался за спиной моего помощника, я знал, на что нужно обратить внимание. Не дожидаясь, пока Баранова поставят на ноги, я подошел к воротам и с силой их толкнул. Створки с грохотом ударились о забор, заставив ближайшую собаку подскочить и с визгом спрятаться в будке.

Чуяло животное, что сейчас со мной лучше не связываться. Внутри пылал гнев. Хотя в глубине души мне было искренне весело. Сейчас под страхом проклятия, работнички живо придут в себя и выдадут недельную норму.

— Ваше сиятельство, — Баранов уже отошел от шока и подбежал ко мне. — Все знают, что на доме у вас темная магия. Все боятся!

— И кто же им сказал про эту самую темную магию?

— Дык слухами земля полнится, — неопределенно ответил управляющий.

— Раз у вас есть время обсуждать слухи, значит, у вас тут совсем нечего делать? Раздолье? Отпуск? Вы у меня забудете эти слова. Мигом.

Я подчеркнул голосом последнее слово, и Баранов сжался.

— Кончились хорошие деньки. Ферма в упадке, и все разваливается. Как вы это объясните?

— А что я-то… я человек маленький, — пробормотал он.

— Напомни, кто здесь управляющий? Пока еще?

— Я? — Баранов захлопал глазами, а потом расправил плечи. — То есть, я, ваше сиятельство.

— Тогда имей совесть ответить за все, что ты натворил, — резко сказал я. — За каждый рубль, что пошел в чужие карманы. За каждый колосок, забытый в поле. Я понятно объясняю?

— Да-да, я вас понял… — глаза у него забегали.

А потом он рухнул мне в ноги и запричитал.

— Ваше сиятельство! Батюшка, вы наш родной! Не губите!

— Прокляну, — процедил я и прошел мимо.

Завозившись в грязи, Баранов встал не сразу, а еще пытался ползти за мной, не вставая с колен. Потом чертыхнулся и поднялся.

— Подождите, куда вы⁈ — он с визгом бросился за мной.

С самой серьезной миной я обошел всю ферму, заглянул за каждую доску, а где не мог — просил Вайсмана. Степан бледной тенью ходил за нами, не сказав за все время ни слова. Баранов, впрочем, не отставал от него по цвету лица, но изображал бурную деятельность, виртуозно придумывая оправдания сгнившим бочкам и сломанному инвентарю.

Именно так я узнал, что дождевая вода умеет проникать под хорошую крышу и портить только определенные бочки. Под ними даже лужи. Их мне и предъявили, как причину дырявого дна! А инструменты с рынка уже привезли дрянные. Обманули, ироды, скромного управляющего. И таких сказок он мне рассказал не один десяток. Я только и успевал эту лапшу с ушей снимать.

В целом, картина совсем безрадостная выходила. Чтобы хоть как-то поднять ферму, нужно будет вложить в нее немало средств. Я уже решил, что предложенным Вайсманом ребятам придется изрядно попотеть, чтобы заставить эту мертвую лошадь шевелиться.

Сдаваться я не привык. И они пускай не привыкают. Сделаю я из этих оборванцев, по недоразумению названных работниками фермы, нормальных людей.

А если будут против — прокляну.

К концу проверки я все же решил спросить Степана, почему он так странно себя ведет. Оказалось все до глупости просто. Он знал, что на ферме Баранов подстрекает всех разобраться с молодым сиятельством, прикрывшись слухами про проклятье. Мол, при старом барине жили, не тужили, а этот нам неизвестен, надо извести.

Так управляющий надеялся, что я побегу прочь от его кормушки и не стану наводить здесь порядок.

Знал и не предупредил. Это мне очень не понравилось. А молчал, потому что было стыдно. За себя, за работников и в целом, что недоглядел за фермой.

Я молча выслушал его сбивчивую речь и не знал, что ему сказать. С одной стороны, он фактически подставил меня под вилы, с другой, он уже сам себя наказал за свое малодушие.

Нет. Такие люди мне не нужны. И в то же время он был единственным мне известным природным магом, который в силах повлиять на ситуацию на ферме.

Сложный выбор, сложный.

Неприятно оставлять за спиной такого человека. Мало ли что случиться в следующий раз? Степан и сам понимал, что серьезно ошибся, умолчав о планах Баранова, и теперь всеми силами старался доказать, что он чего-то стоит.

— Значит так, Степан, — я посмотрел на него в очередной раз. — Хоть ты лично во всем этом бунте не участвовал, но твоя вина тут все же есть. Сейчас ферма остро нуждается в природнике, и поэтому я даю тебе полгода, чтобы показать, на что ты способен.

— А потом? — испуганно спросил он.

— Суп с котом! — рявкнул я.

— Простите, ваше сиятельство, но я не совсем понимаю ход вашей мысли. Зачем вам суп с котом?

Я едва не застонал от смеха.

— Это выражение такое, — я с трудом нахмурил брови. — Значит, потом посмотрим. Справишься без серьезных нарушений, продлю контракт. Нет — свободен.

— Но здесь нужен маг, без природника тут все погибнет.

— Степан, мне в соратниках не нужен человек, которому я не доверяю. Что ты мне не расскажешь в следующий раз? А? Вот то-то и оно.

— А как же мои тренировки с Денисом Алексеевичем?

— Раз в неделю будешь приезжать. Все остальное время тренируйся на пшенице. Все, разговор окончен.