Лев Котляров – Как достать архимага 6 (страница 12)

— Разве? — он отпустил бокал, и тот исчез. — А, по-моему, ерунда. Разве ты так не умеешь?

Он с любопытством на меня посмотрел, и я не придумал ничего лучше, чем создать огненный шарик из единой силы. Потом еще постарался и вокруг него появился воздушный, водяной и земляной.

Старик рассмеялся.

У меня мелькнула мысль, что он материализатор. То есть маг, который способен сделать предметы из магии. Хотя, возможно, я просто подгоняю факты под действительность.

Но так или иначе, в каждом проявлении его силы, я не видел ни одного плетения. Птицы, зелень и скамейки появлялись просто ниоткуда!

— А зачем вы создали лабиринт? — я решил зайти с другой стороны.

— Задание такое было. Выпускной работы.

— Простите за мой вопрос, — я на мгновение снова охренел от его ответа, — но когда… нет, сколько лет назад это было?

— Ты хоть один календарь здесь видишь? — он вдруг стал серьезным. — Нет! Ни единого камня с насечками, ни солнечных часов, ни таблички. Ничего. Поэтому мой ответ: не знаю! Да и зачем мне это знание? Лишние печали!

Не поспоришь.

— Выходит, ваша сила совершенно иная. Никогда такой не видел.

— И не увидишь. Я один такой, — рассмеялся старик.

— И все время проводите в лабиринте?

— Конечно, это же мое лучшее творение!

— И про атарангов знаете, — вспомнил я.

— Естественно! Что за глупые вопросы⁈ Для них я все это и делал!

— Если этот лабиринт создавался для того, чтобы молодые атаранги познавали единую силу, то тогда получается, вы… сами появились раньше, чем они⁈

Старик кивнул, довольно улыбаясь.

Слово «охренеть» капитально не подходило под мою фразу. В какие-то считаные минуты создатель лабиринта перевернул мой мир. Я чувствовал себя ребенком, которому впервые показали серьезное заклинание. А собственные достижения стали незначительными. Буквально то же самое я ощутил, когда смотрел на плетения в кабинете!

— Но как⁈ Значит, люди существовали до атарангов⁈

У меня будто пол из-под ног выдернули! А старик смотрел на меня и продолжал скалиться во все свои акульи зубы.

— Ты только им это не рассказывай, а то обидятся, — он на мгновение задумался, не давая мне времени прийти в себя. — На самом деле, они почти не ошибаются. Точнее, да, можно сказать, что именно после их вмешательства появились люди… Нет, не так. После их вмешательства появилась магия! Вот ближе к правде.

Он забрался на скамейку с невероятным проворством, будто ему не тысяча лет, а всего двадцать, и продолжил рассказывать.

— Атарангам не сильно нравилось, что люди умеют использовать магию так же, как и они. Считали, что нет ничего в мире лучше, чем их пушистые шубки, рога и магия. И никто, кроме них, не должен владеть таким.

— Боюсь спросить, откуда появились кошки… — пробормотал я.

— Не спрашивай, незачем тебе такую ерунду знать. Так вот, они решили разделить силу в людях, чтобы те забыли про единую магию, — он окинул меня взглядом. — И теперь мне интересно, с чего вдруг человек появился в лабиринте?

Задавая последний вопрос, он начал меняться: пропала седина, борода укоротилась, изменился халат на строгий костюм — будто создателя лабиринта пригласили на прием к королю, не меньше. Да и теперь его трудно было стариком назвать. Так, чуть старше меня. Единственное, что не поменялось — это его глаза.

Ни капли смешинок в старике не осталось, даже тон изменился, став серьезным.

— Магия угасает, — не изменившись в лице, ответил я. — Атаранги нашли меня, считая, что я могу спасти ее. Я восстановил два источника — небесной и стихийной силы. Теперь держу путь в сторону призрачного.

— Если первые две мне еще понятны, а вот последняя — откуда она?

Я не видел смысла скрывать от него правду, уж слишком древним был он, наверняка сразу раскусит. Поэтому и рассказал про запечатанные душами храмы.

Мой собеседник слушал очень внимательно, уточнял некоторые моменты — особенно его заинтересовало, что Вася смогла стать живой, не развоплотившись. А вот атаранги, наоборот. Иногда он даже дергал пальцами, требуя перескочить с их истории, рассказывать дальше.

Попутно и мне удалось у него узнать несколько важных деталей. Например, что источники действительно нужно восстанавливать. А легенда про спасение мира тем, у кого есть все — ерунда.

— Изначально считалось, что это приход некой сверх силы, божества. Или, если быть совсем точным, того, кто возьмет на себя ответственность за все. Решит, исправит и направит.

— Может, они имели в виду вас. Таких, как вы? — спросил я.

— Мы? Нет. Атаранги удавятся, если признают мое существование.

— А вы один остались?

— Этого тебе знать не положено. Что ж, — он поднялся и взмахом руки вернул пещере былой вид. — Все, что мне было нужно, я узнал. Восстанавливай источники, живи своей жизнью и так далее. Что там в таких случаях говорят?

— Подождите, но как мне скрыть силу? Она слишком непривычная для окружающих, а держать ее под контролем довольно трудно.

— А раньше-то как? Проснулся, умылся и весь хлещешь магией? Нет. Вот и здесь то же самое. Сейчас, — он окинул меня взглядом, — твоя сила отдельно от тебя. Она в теле, но отдельно. Как ты, вообще, до такого додумался⁈

— Летучих мышей проходил, — развел я руками. — Они бросались на любое проявление силы, я думал, как скрыть ее, и в итоге смог отделить тело от магии.

— Говорю же, ты слишком много думаешь. Сжег бы всех, и дело с концом.

— Да, такая мысль у меня была. Но после встречи с вашим Угольком решил, что не стоит уничтожать то, что создали другие.

— Тоже мне, ценитель нашелся.

Проворчал он слишком картинно, из чего я сделал вывод, что он рад моему решению.

— Только вот что теперь делать? Вот я, вот сила.

— Так, ты ее не вернул обратно! Такие фокусы с магией даром никогда не проходят. Это считай, что добровольно себе ногу отпилить. Вечно напридумывают… — он покачал головой. — Откройся силе. Прими ее. Тогда у тебя все получится.

— Спасибо, — я оглядел пещеру. — А могу я еще сюда вернуться?

— Да зачем тебе это? — удивленно спросил старик. — Патокой тебе тут намазано? Спал себе и спал, а тут на тебе — гость!

— Выходит, что я вас разбудил?

— Держи карман шире! — он на мгновение свел брови. — Атарангов же давно уже не было, а вот человек, вообще, впервые. Любопытно стало.

— Тогда еще раз спасибо за науку. Могу ли я побыть здесь немного, чтобы довести до конца единую силу? Очень уж неудобно, когда вместо дверного проема меня утягивает в другое место.

— Что? — лицо старика изменилось, заострилось и стало напоминать птичье. — Утягивает?

— Да, появляются порталы. Как у атарангов.

— Так, ты ключник! — обрадовался он, чуть ли не захлопав в ладоши. — Вот так удача!

— Кто, простите?

— Выросло поколение, — проворчал он. — Ключник! Открывающий двери в пространстве. Говоришь, тебя только по другим местам таскало? Знакомым, как я понимаю и важным?

Что-то в его тоне меня насторожило. И не только это. Пока он задавал вопросы, в пещере начали появляться разнообразные двери. То под потолком, то рядом со мной, то в середине стены. Резные, металлические, сейфовые и просто калитки. Каждое слово сопровождалось стуком и скрипом.

С трудом оторвав от них взгляд, я сосредоточился на разговоре.

— Да, все верно. Из лабиринта меня унесло на старую работу, потом в другой город.

— Но здесь ты оказался по своей воле, — усмехнулся он. — Тогда слушай внимательно. Первое, и то, что я не могу, к сожалению, изменить: в лабиринт ты можешь войти в любой момент. Это уже не моя приходить, а его. Второе — пока не совладаешь с силой, за каждой дверью может скрываться очередной портал.

— Но даже так, я смогу вернуться обратно, — кивнул я. — К тому же если речь идет только о знакомых местах, то мне не грозит открыть дверь и упасть в воду посреди океана.

Да, подумаешь, вошел в магазин, а вышел из здания архива! Следующая дверь по моему желанию приведет меня обратно. Не беда.

— Все верно, вернуться сможешь, но ты прервал меня, — недовольно сказал он. — Следующее: ты никому не должен рассказывать о том, что видел меня.

— Могу дать клятву.