Лев Котляров – Как достать архимага 2 (страница 9)
— Какой сейчас год? — робко спросил Новиков.
Мы действительно им ничего не сказали. Да я и не знал, как они это воспримут. Во мне разразилась мимолетная борьба. Я вспомнил слова Марьяны о том, что их родные и любимые уже могли умереть и что никто не ждет их за границей петли. И в то же время я понимал, что должен быть честен с пленниками.
Так должны знать правду? Или постараться аккуратно обойти этот вопрос?
Глава 5
— Господин Мишель, — вздохнув, сказал я, — Вы пробыли в слоях купола больше ста лет. Два дня назад за пределами временной петли был тысяча восемьсот девяносто третий год. Знаю, звучит совершенно невероятно, но прошу заметить, вы все остались прежними, ни на минуту не постарели.
— А число? Число какое⁈ — вдруг распереживался Новиков.
— Как я полагаю, тридцатое июня.
— Так у меня через три дня юбилей! Триста лет! — он подскочил со стула и заходил по комнате, нервно теребя рукава. — А я-то думал, что и до двухсот не доживу! Радость-то какая!
— Почему не доживете? Вы же архимаг! — и тут у меня в памяти всплыл один интересный факт. — Постойте, а не тот ли вы Новиков, за которым гонялась вся империя?
На лице Мишеля тут же расцвела улыбка, и он отвесил нам шутовской поклон.
— Приятно, что в будущем меня будут помнить! Все так, Мишель Павлович Новиков, самый известный столичный любовник, обесчестивший дочь самого императора. Прошу любить и жаловать.
— Неожиданный поворот, — усмехнулся я. — Я читал хроники прошлых лет и встречал вашу фамилию. Вы весьма известная личность.
Я снова посмотрел на него, сравнивая с виденными мной портретами. Разницы почти никакой: короткие кудри, смеющиеся глаза, острый подбородок, невысокий рост и худощавое телосложение. Обычный, ничем не примечательный мужчина. Чем же он привлекал женщин? Или он может облизнуть бровь языком?
— О да, сколько рогатых мужей за мной охотились! — с восторгом произнес Новиков. — За мою голову обещали несколько тысяч! Но, я устал скрываться. Да и возраст уже не позволял прыгать с балконов. Вот, решил уехать. Хотя это было больше похоже на побег. Успел взять только один приличный костюм. К слову, у кого-нибудь здесь есть зубная щетка? Сотню лет зубы не чистил.
Его слова про побег натолкнули меня на новую мысль, и я оглядел остальных.
— А вы почему хотели сбежать? — спросил я Зельду и Антона Шипова.
— С чего вы взяли, что мы хотели? — Антон подался вперед. — Мы и сбежали!
Совсем молодой парень, явно из богатой семьи, если судить по манерам. Одет дорого, смотрит с вызовом, как полагается аристократу, воспитанного элитными гувернерами.
— Мой отец, — Зельда взяла своего спутника за руку, — он был против, что я встречаюсь с Антошей. Да и его родственники тоже.
Зельда Шутинская сильно отличалась от своего возлюбленного. Держалась скромно, взгляд уставший, одета просто. Впрочем, это совсем не портило впечатление. К таким девушкам невольно испытываешь симпатию, когда видишь впервые.
— Я сын графа, а Зельда — четвертая баронская дочь, — добавил Шипов. — Сами понимаете, порядки строгие. Отец чуть не убил меня за желание взять Зельду замуж. Мол, бароны нам не ровня. Он уже год как искал мне перспективную невесту. Брак по расчету и все такое. Никакой любви, только выгода.
— Должен вам сказать, что за все пропущенные вами года, — я мягко улыбнулся, — в мире почти ничего не поменялось.
Следующей свою историю рассказала госпожа Нина Иварская, которая сбежала от мужа-тирана. Крепкая женщина, по ней сразу было заметно, что она многое пережила, но точно знала, чего хочет от жизни: прямой взгляд, спокойная речь, сдержанные эмоции. Я заметил, что Нина странно держит левую руку, и сделал выводы, что ее муж еще и поколачивал ее.
А Илья Карелин, полноватый, лысеющий мужчина, с красным носом и сбивчивой речью, поведал нам, что пытался построить свою торговую империю, рассказал, что спасался от кредиторов, потому что набрал долгов больше, чем мог заработать.
Последний из пленников — Андрей Сидорчук скрывался от закона за финансовые махинации с лотерейными билетами. Подтянутый, с сильной аурой, улыбчивый мужчина, но с холодными глазами.
Всех присутствующих, кроме, пожалуй, только Григория, объединяло одно: острое желание скрыться от мира. Знакомое, почти родное желание.
Я внимательно посмотрел на своего помощника.
— Григорий, а ты от кого бежал?
— Алексей Николаевич, да вроде как ни от кого… — немного неуверенно ответил он. — Вы же сами знаете, жизнь у меня спокойная. Ничего не происходило.
— А как же желание вашей матушки женить вас? — усмехнулся я.
— Ох, точно! Забыл, хотя… Сижу, значит, на козлах, квас холодный пью, а сам думаю о том, что ничего бы этого не было, если бы я женился.
Григорий заулыбался, довольный тем, что тоже здесь оказался не просто так. Ведь в ином случае, он оставался обычным работягой без титула, земель и связей.
— Вернемся к началу беседы, — я решил подвести итог всему, что узнал сегодня. — Мы все искренне желали уехать, почти у всех способности уровня архимага. И все ехали по одной дороге.
— Получается, это и есть причины того, что мы оказались здесь? — спросил Карелин. — Разве так работает магия?
— Почему бы и нет? — приподнял я брови. — Вы хотели, вы получили.
— А можно перезагадать желание? — ухмыльнулся Новиков.
— А что бы вы хотели?
— Вернуться в столицу! Я еще о-го-го!
— Не рассыпетесь? — прищурившись, спросил Сидорчук. — Я бы тоже с превеликим удовольствием покинул это место. Вдруг меня уже забыли?
— А мы возвращаться не хотим! — юные голубки все стояли, держась за руки. — Мой отец славился отменным здоровьем и за сто пятьдесят лет вряд ли передумал насчет моего брака.
— Не думали, что он горевал после вашей пропажи? — удивился я.
— Отец? — Шипов покачал головой. — Проклял, наверное. Я же старший сын, главный наследник. Думаю, что если даже через двести лет я появился бы в городе, первый же стражник поймал бы и отвел к родовому поместью.
— Вы думаете, у нас получится? — вдруг спросила Иварская. — Выбраться отсюда? Здесь вроде бы даже неплохо.
— Иметь возможность выйти из временной петли или остаться — тоже выбор, — заметил я. — И у каждого он должен быть. Иначе мы все так и остались заперты. Здесь всегда одно и то же время. Вы не постареете, можете продолжать любить, строить планы, жить в конце концов.
— Но тут же нечего делать! — Новиков внимательно оглядел дам, и ни одна на него взгляд не ответила. — Я хочу обратно в мир, где есть выпивка, женщины и карты!
— Предлагаю пока не делать скоропалительных решений, — сказал я. — Вопрос выхода так сразу не решить. Наберитесь терпения, обживайтесь, помогайте друг другу.
Все недоверчиво переглянулись, но кивнули. Все равно делать было больше нечего.
До самого вечера женщины, объединив усилия с Григорием, высчитывали насколько нужно увеличить огород. Остальные, кто имел хоть какое-то представление о магии пространства и времени, заперлись в лаборатории для мозгового штурма. К слову, Новиков отказался участвовать, ссылаясь на то, что он хоть и архимаг, но совершенно далек от изучения магического искусства. Я отправил его работать по специальности. И сейчас он искал воду.
А вот Эммануила Карловича пришлось чуть ли не силком оттаскивать от лошадей. Я ему напомнил про возможность внезапно убиться о копыта, об обух топора и просто поскользнувшись на мокрой траве. В этот момент у меня на ладони появился водный шарик.
Архимаг впечатлился и бодро последовал за мной в лабораторию.
Но это не стало гарантией его хорошего настроения. Он бурно возмущался, отказывался давать информацию и всячески делал вид, что не желает даже обсуждать «план побега из рая», как он это назвал.
Я смотрел на него и думал, что у меня и не такие раскалывались на допросах. Аккуратно и не торопясь, хитростью и где-то даже грубой лестью, я вытаскивал из Эммануила Карловича факт за фактом.
Постепенно он втянулся и даже смог связно и без лишней похвальбы поведать нам о своих попытках пробраться за границу временной петли.
Впрочем, особо ценной это информация не оказалась. Да, подходил к краю леса, воздействовал на него — и все без результата.
— Но как вы тогда ножом разрезали купол? — спросил я. — Это же обычный металл.
— Ничего вы не понимаете! Мы сюда пришли с обычными вещами, которые привыкли использовать дома. Но, сами подумайте, какой предмет выдержит хотя бы сто лет использования? — в этот момент в его руке появился нож. — А этот сделан магией! Моя гордость. Чтобы вы знали, тут очень многое приходилось так создавать.
— Я видел тот сарай на окраине, — кивнул я. — Только почему он сгнил?
— Это не гниль! Я бы попросил! — возмущенно ответил архимаг и сразу же поморщился как от лимона. — Это излишки магии. Когда ее очень много, она накапливается, появляются наросты… иногда такое бывает.
Последнее ему было неприятно признавать.
— То есть, внутри купола, в котором все буквально залито заклинаниями, магия ведет себя вот так?
— Да, получается, что так.
— И вы ничего с этим не делали?
— Руки как-то не доходили… — он опустил взгляд.
Я посмотрел на потолок, расслабил плечи, разжал пальцы и шумно выдохнул. Идиот! Этот архимаг — просто идиот.
— Думаю, первое, что нужно сделать, это привести основную часть заклинаний в порядок, — жестко сказал я. — Иначе с таким количеством могущественных людей, все может рвануть в любую секунду. И хорошо, если рвануть, а не схлопнуться вместе с нами между пространствами реальности.