Лев Колодный – Кто написал «Тихий Дон»? Хроника литературного расследования (страница 3)

В книгу впервые вошла глава, описывающая встречу в 1930 году в станице Шолохова и прокурора Курской области Л.А.Сидоренко, который провел частное расследование проблемы авторства. Тогда расплодились версии о плагиате.

Впервые публикую в книге заключение Института судебных экспертиз Министерства юстиции СССР, который провел в 1989 году по моей инициативе графологический анализ рукописи «Тихого Дона». Оригинал документа передан мною музею М. А. Шолохова. В книге помещены снимки, документы, дающие представление о том, как была найдена рукопись, а также письма профессора Германа Ермолаева из Принстонского университета и профессора Брайана Мэрфи, переводчика «Тихого Дона» в Англии, в мой адрес. Они раньше филологов ИМЛИ нашли слова, чтобы признать мой приоритет.

Второе издание, как и первое, стало возможно благодаря П.Ф. Алешкину, руководителю издательства «Голос». Помог В. И. Ресин, первый заместитель мэра Москвы в правительстве города.

Хочу особо поблагодарить семью Маргариты Константиновны Клейменовой, вдовы Героя Советского Союза Ивана Клейменова, друга Михаила Шолохова, и его дочь Ларису Ивановну Клейменову. Семья предоставила в мое распоряжение архив, подробно описанный в этой книге.

Я принадлежу к тем, кто убежден: правду нужно искать не на небесах, а на земле. История черновиков «Тихого Дона» подтверждает другую истину – рукописи не горят. Их рано или поздно находят.

Предисловие к третьему изданию 2005 года

В год столетия со дня рождения Михаила Шолохова третий раз выходит эта книга. Прошло десять лет со дня ее появления. Но их не хватило, чтобы Александр Солженицын покаялся перед народом.

Первым из иностранных ученых, кто откликнулся на мою публикацию о рукописях, был Герман Ермолаев, крупнейший шолоховед на Западе. Из США на бланке Принстонского университета, факультета славянского языкознания и литературы, он прислал в Москву письмо на русском языке, датированное 8 декабря 1991 года со словами: «Большое спасибо за «Рукопись «Тихого Дона». Это очень ценная и интересная публикация, веское доказательство авторства Шолохова». Ему попала на глаза статья в журнале «Москва» под названием «Рукопись «Тихого Дона»». То была первая публикация в толстом журнале. Но первое сообщение о НАЙДЕННЫХ рукописях появилось в «Московской Правде» 20 мая 1990 года под названием «Исток «Тихого Дона»». Газета напечатала две неизвестные главы первого варианта «Тихого Дона», начатого в 1925 году.

В Большом театре в день рождения писателя с участием правительства СССР состоялось торжественное собрание, посвященное М. А. Шолохову. Тогда я получил из Института мировой литературы пригласительный билет с местом в верхнем ярусе театра. В тот день можно было представить собравшимся ксерокопии рукописи романа и опровергнуть клевету с высокой трибуны. Но дирекция института не предложила мне это сделать публично.

В 1991 году по приглашению ИМЛИ я подробно рассказал сотрудникам института о найденных рукописях, что подтверждает информация в «Московской правде» от 27 февраля «Лекцию читает журналист». 25 мая в той же газете вышла большая статья «Вот она, рукопись «Тихого Дона»». В ней дано заключение института судебных экспертиз министерства юстиции СССР с выводом, что рукопись принадлежит М.А. Шолохову. В июле в «Пушкинском доме», ИРЛИ, в Ленинграде, выступил на встрече учителей русской литературы. Заведующая отделом советской литературы ИРЛИ доктор филологических наук Наталья Грознова заявила ТАСС: «Эта находка – событие огромного масштаба, его трудно переоценить. Тихий Дон написан рукой Шолохова, для специалистов этот вопрос решен бесповоротно». Это заявление напечатали многие газеты СССР. Подобной оценки со стороны ИМЛИ не последовало.

Иную позицию, чем ИМЛИ, занял в Англии профессор Брайан Мэрфи, переводчик «Тихого Дона» на английский язык. В «Славянском журнале» («New Slavonic Jornal») в 1992 году он опубликовал статью, начинавшуюся словами: «В Москве Л. Е. Колодный, кажется, окончательно положил конец постоянным заявлениям, что лауреат Нобелевской премии Шолохов – плагиатор». Его статью перепечатала «Московская правда» 27 марта 1993 года. В послесловии редакции отмечалось: «Печально, но мы можем вновь констатировать, что статьей, напечатанной в «Славянском журнале», Брайан Мэрфи опередил наших специалистов, которые до сих пор не высказались в печати своего мнения относительно исследования Льва Колодного». После выхода первого издания этой книги Брайан Мэрфи напечатал в лондонском журнале «Slavonic and East European Review» развернутую рецензию на книгу.

В январе 1995 года по инициативе доктора филологических наук В. В. Петелина, руководителя Шолоховской группы ИМЛИ, я сделал сообщение на текстологической комиссии института мировой литературы под председательством профессора Л. Громовой-Опульской, что подтверждает информация в «МК» от 1 февраля «Рукописи не горят». Как сказано в ней, «филологи подивились, что Колодный представил ксерокопии шолоховских рукописей»

На торжественном заседании в ИМЛИ, посвященном 90-летию писателя, при большом стечении публики я подарил институту ксерокопию первого варианта «Тихого Дона». Тогда же выступил в Союзе писателей России на подобном заседании. Его вел председатель союза Валерий Ганичев.

Почему так подробно вспоминаю эти события и факты? Потому, что когда ИМЛИ в 1999 году выкупил рукописи «Тихого Дона» от имени директора института Ф. Кузнецова и профессора А. Ушакова, прокатилась волна публикаций, где белое называлось черным, история с рукописями преподносилась в извращенном виде.

«До недавнего времени никто не видел рукописи, не знал, где они находятся, не держал их в руках. И лишь в конце 1999 года Институт мировой литературы им. А. М. Горького РАН смог не только обнаружить, но и ксерокопировать эти рукописи, после чего обратился в правительство Российской Федерации с письмом: «После многолетних поисков Институту мировой литературы им. А. М. Горького РАН удалось разыскать считавшиеся утерянными рукописи 1-й и 2-й книг «Тихого Дона»». Так утверждал в журнале «Современник» (N 6, 2000 год) директор ИМЛИ Феликс Кузнецова.

Спрашивается, какие рукописи видел и держал я в руках в 1983 году, задолго до его заявления? О чем докладывал ИМЛИ неоднократно с 1991 года? О чем писал в газетах и журналах, в том числе дважды в «Вопросах литературы»? На что откликнулись филологи США и Англии? О чем сообщалось в научных журналах Новой Зеландии и Англии? Чьи ксерокопии подарил институту? О чем докладывал на текстологической комиссии ИМЛИ?

На Х Съезде писателей России директор ИМЛИ с пафосом заявил:

«Хочу проинформировать вас о событии мирового значения, произошедшем буквально в эти дни и совпавшем с нашим съездом. Я имею в виду, что рукописи первого и второго томов «Тихого Дона» – самой великой книги ХХ века – живы! Они ксерокопированы в полном объеме и завершаются переговоры о их приобретении». На заседании Всероссийского общественного комитета по празднованию 95-летия Шолохова директор ИМЛИ заявил, что «найдена рукопись знаменитого шолоховского романа»

Спрашивается, что ксерокопировал я задолго до Х Съезда писателей России? На том съезде директор ИМЛИ обвинил меня в попытках продать рукописи, утверждая, что якобы я «поднимал ставку, сначала 50 тысяч долларов, потом 500 тысяч», что иначе, как злобной клеветой, я назвать не могу.

Директору ИМЛИ поверил директор «Пушкинского дома», сообщивший прессе, что «пять лет назад на рукопись вышел один из журналистов, запросивший с литераторов 500 тысяч долларов за указание ее местонахождения. Но недавно исследователи творчества Шолохова сами нашли рукопись». Хочу спросить директора ИРЛИ Николая Скатова, на что «вышел» я, о чем докладывал ИРЛИ в 1991 году?

ИМЛИ до последнего времени возглавлял Феликс Кузнецов, сыгравший в ХХ веке роль, которую в XIX веке исполнял в русской литературе Фаддей Булгарин, тесно связанный с тайной полицией, 111 отделением. Пусть читатель не подумает, что, вынося столь строгий приговор, я руководствуюсь слухами. В мемуарах «Волчий паспорт», изданных в 1998 году, Евгений Евтушенко пишет: «Одному сравнительно молодому, считавшемуся тогда прогрессивным критику Феликсу Кузнецову предложили руководящий пост в Московской писательской организации. Он приехал ко мне на дачу, чтобы уговорить меня сотрудничать с ним в будущем руководстве. Помявшись, добавил: «Только вот что, Женя, мне надо твердо знать, будешь ли голосовать за исключение диссидентов?» – «Каких именно? – спросил я. – Ведь все зависит от каждого конкретного случая». – «Ну, какие будут», – опуская глаза, сказал он. «Но ведь кто-то может быть ни в чем не виноват», – возразил я. «Есть люди, которые лучше нас знают, кто виноват, кто нет», – торопливо ответил этот современный Клим Самгин».

С «людьми, которые лучше нас знают, кто виноват, кто нет», тесно общался господин Кузнецов, будучи секретарем Московской писательской организации. Он травил писателей, выпустивших «Метрополь», вкупе с «литературоведами в штатском», которые лучше его знали, кто виноват, кто нет.

Выступив с сенсационным заявлением о «найденных рукописях» Кузнецов поставил не только себя, но и уважаемый институт в ложное положение. Десятки раз в СМИ (ТАСС, ИТАР-ТАСС, «Правда», «Известия», «Московская Правда», «Аргументы и факты», «Вечерняя Москва», «МК», «Молот», «Рабочая трибуна», журналы «Москва», «Вопросы литературы», Первый канал, Второй канал, Московское радио) я рассказывал о найденных рукописях, защищал авторство Шолохова, боролся с клеветниками. В 1995 году вышла книга «Кто написал «Тихий Дон»», хорошо известная директору ИМЛИ. В ней проанализирован текст рукописей. После выхода книги Ф. Ф. Кузнецов в своем кабинете в присутствии В. В. Петелина предложил мне штатную должность научного сотрудника и высказал мнение, что работа заслуживает присуждения без защиты диссертации Honoris causa – за заслуги – научной степени. Но с условием, что я сообщу, у кого хранится рукопись и передам ее институту, что тогда по причинам, о которых речь идет в книге, я при всем моем желании не мог сделать.