Лев Гиндилис – SETI: Поиск Внеземного Разума (страница 119)

В гл. 1 мы отмечали, что в поисках радиосигналов наметились два направления: попытка поймать сигналы, предназначенные для внутренних нужд ВЦ («подслушивание»), и поиск сигналов, специально предназначенных для установления связи с еще неизвестными цивилизациями. Имея в виду первую задачу, надо учитывать, что высокоразвитые ВЦ могут (и наверняка будут) использовать для своих внутренних коммуникаций такие средства и методы, которые не приводят к бесполезному рассеиванию мощности в космическое пространство. То есть могут использоваться что-то вроде наших радиорелейных линий, световодов и т. п. Это относится также и к взаимным коммуникациям между КЦ, входящим в одну Метацивилизацию.

Что касается сигналов, специально предназначенных для установления связи с другими цивилизациями, то здесь возникает проблема распознавания сигналов. Ведь недостаточно просто зарегистрировать какое-то излучение, надо убедиться в его искусственном происхождении (это справедливо и для сигнала «подслушивания», если его в принципе можно обнаружить). Предположим, что мы зарегистрировали какие-то мощные импульсные всплески радиоизлучения из Космоса. Как нам узнать, являются ли они долгожданными сигналами внеземных цивилизаций, или это «отблески» каких-то далеких гроз, бушующих в атмосферах неведомых нам планет? Чтобы установить искусственное происхождение сигнала, надо опираться на определенные критерии искусственности. В гл. 1 мы упоминали, что в первые годы становления проблемы SETI Кардашев сформулировал несколько астрофизических критериев: малые угловые размеры, характерное спектральное распределение мощности (с максимумом в сантиметровом диапазоне волн), переменность потока радиоизлучения во времени, наличие круговой поляризации. Ряд авторов (В. С. Троицкий и др.) предлагали в качестве критерия высокую степень монохроматичности. Все эти критерии строились по единому принципу: они включают признаки, которыми, согласно нашим представлениям, должен обладать искусственный источник и которыми не может (опять же согласно существовавшим в то время представлениям) обладать естественный источник радиоизлучения. Однако вскоре после формулировки этих критериев были открыты естественные источники радиоизлучения (пульсары и мазерные источники), которые, наряду с ранее открытыми квазарами, обладают всеми (или почти всеми) признаками искусственного источника. Так, квазары имеют малые угловые размеры, их поток радиоизлучения меняется со временем, а спектрально распределенные мощности соответствуют ожидаемому спектру искусственного источника. Мазерные источники также имеют очень малые угловые размеры, отличаются очень узкой полосой линии излучения и поток их также меняется со временем. Таким образом, оказалось, что астрофизические критерии, хотя и являются необходимыми, не могут рассматриваться как достаточные критерии искусственности. Они сохраняют свое значение как вспомогательное средство для отбора «подозреваемых» источников, но не могут иметь окончательной силы.

Одно время большие надежды связывались со статистическими критериями искусственности. Дело в том, что статистическая структура сигнала, вообще говоря, отличается от статистических свойств шума. А поскольку естественные источники радиоизлучения имеют шумовую природу, то здесь, казалось, открывается возможность отличить искусственный сигнал от естественного излучения по его статистическим свойствам. Такие критерии были предложены М. Голесм, В. И. Слышем, Л. И. Гудзенко и Б. Н. Пановкиным. Однако более детальное изучение показало, что и эти критерии не позволяют получить однозначное заключение о природе сигнала. Действительно, согласно теореме Шеннона, чем экономнее мы закодируем сигнал, тем меньше он будет отличаться по своим статистическим свойствам от шума, так что оптимально закодированный сигнал вообще не отличается по статистическим свойствам от белого шума. Следовательно, если ВЦ использует в своих передачах оптимальные коды, мы не сможем пользоваться статистическим критерием для выделения искусственного сигнала. «Поэтому не исключено, — отмечает С. Лем, — что уже сейчас наши радиотелескопы принимают в виде шумов фрагменты «межзвездных разговоров», которые ведут «сверхцивилизации»[320]. С другой стороны, существуют естественные источники когерентного излучения (межзвездные мазеры ОН и Н₂О), открытые после формулировки статистических критериев, которые, в принципе, могут отличаться от обычного шумового излучения естественных источников. Итак, статистические критерии также не дают однозначного решения.

Общая трудность, с которой мы сталкиваемся в проблеме распознавания сигналов, состоит в следующем. Генерируя электромагнитные волны, цивилизация использует естественный механизм излучения, поэтому любые физические характеристики сигнала, давая сведения о механизме излучения, не могут дать ответ на вопрос, был ли этот механизм «запущен» искусственно или естественно. Я полагаю, что единственным достаточно убедительным критерием искусственного сигнала могло бы быть наличие в нем смысловой содержательной информации. Выделение содержательной информации приводит к проблеме понимания смысла сообщения и возможности семантического контакта между цивилизациями (особенно между цивилизациями разного уровня).

Суть проблемы состоит в следующем. Можно ли считать, что любые цивилизации обладают обшей логикой и сходной системой понятий? Если это так, то тогда возможен обмен информацией с помощью языков, построенных на принципах математической логики[321]. Однако положительный ответ не столь очевиден, как это может показаться с первого взгляда. Еще в 1964 г. в докладе на 1-м Всесоюзном совещании по внеземным цивилизациям новосибирский математик А. В. Гладкий подчеркнул, что характер мышления и система понятий иных цивилизаций может существенно отличаться от наших. По его мнению, возможна математика, в которой, например, нет понятий «натурального ряда чисел» и т. д. С. Лем в романе «Голос Неба» иллюстрирует трудности понимания следующим остроумным примером. Сообщение «Бабушка умерла, похороны в среду» можно перевести на любой человеческий язык. «Однако существам однополым незнакомо различие между матерью и отцом, а у существ, способных делиться, как амебы, не может быть понятия родителя, даже однополого. Значит, они не поняли бы смысл слова «бабушка». Бессмертные существа (амебы, делясь, не умирают) не знали бы понятий «смерть», «похороны». Поэтому им пришлось бы сначала изучить анатомию, физиологию, эволюцию, историю, быт и нравы человека, прежде чем они смогли бы перевести эту столь ясную для нас телеграмму[322]». Трудности подобного рода можно преодолеть, объяснив неизвестный термин с помощью других понятий. Но они становятся непреодолимыми, когда имеется не просто различие в системе понятий, а когда между ними нет ничего общего.

Но возможна ли такая ситуация? Большинство естествоиспытателей считают ее маловероятной. При этом они исходят из представления, что поскольку цивилизации в своих понятиях отражают объективно существующий мир и его закономерности, понятия всех цивилизаций должны быть сопоставимы. Критики этой точки зрения указывают на то, что объективный мир по-разному преломляется, проходя через призму коллективного сознания различных цивилизаций. Здесь необходимо учитывать и строение воспринимающих аппаратов (рецепторов) у субъектов познания, и особенности всего филогенетического пути развития, в процессе которого происходит формирование понятий. Например, современное человечество благодаря особенностям воспринимающего аппарата людей «вычленяет» из всего многомерного Космоса трехмерный физический мир, который является полем деятельности человечества и предметом познания науки. Внутри этого поля действуют дополнительные «фильтры», различающиеся у различных «трехмерных» цивилизаций. Крайняя позиция в таких представлениях состоит в том, что у различных ВЦ полностью отсутствует какая бы то ни было общность понятий, откуда вытекает невозможность контакта между ними по каналам связи[323]. Более умеренная позиция, признавая наличие системы «фильтров», через которые осуществляется восприятие и познание объективного мира, тем не менее допускает возможность «пересечения» системы понятий — наличие общего компонента, на основе которого может строиться процесс обучения и понимания[324].

Мы не будем подробно останавливаться на этой проблеме, заинтересованный читатель может обратиться к монографии В. В. Рубцова и А. Д. Урсула[325], где этот вопрос рассмотрен весьма обстоятельно.

Перечисленные трудности обнаружения и идентификации радиосигналов показывают, что в рамках слабой формы АСП мы не можем считать «основной факт» (отсутствие сигналов) твердо установленным. Может быть, сигналы имеются, но мы просто не в состоянии их обнаружить. Прежде всего не ясно, на какую мощность сигнала мы можем рассчитывать. Помимо энергетических возможностей ВЦ, мощность, как отмечает Троицкий, может быть ограничена из экологических соображений. Далее, следует учитывать возможность существования каналов неэлектромагнитной природы. Мы подробно обсуждали этот вопрос в гл. 1. Наконец, на еще одну возможность указал Дж. Болл. Может быть, ВЦ знают о нас, но не интересуются нами, они просто игнорируют нас, не передают нам никаких сигналов. Почему? Выступая на симпозиуме в Таллине по поиску разумной жизни во Вселенной, американский ученый Д. Шварцмен отметил, что, возможно, требования для вступления в «Галактический клуб» могут быть очень велики. В нравственном отношении мы находимся пока на очень низком уровне, а социально-политические условия на Земле показывают, что мы еще не созрели для контакта. Необходимо отказаться от войн, от применения оружия, покончить с голодом и нищетой на нашей планете, тогда, по мнению Шварцмена, можно надеяться на установление контакта. Надо отметить, что близкие соображения высказывал К. Э. Циолковский. По мнению эстонского физика К. К. Ребане, отсутствие сигналов может быть следствием того, что передача информации иным мирам приносит больше вреда, чем пользы. Может быть, лучше не вмешиваться в чужие дела, — говорил он на Таллинском симпозиуме, — и предоставить чужие цивилизации естественному течению их эволюции. На основании этих соображений Ребане пришел к выводу, что, вероятно, существует много «молчаливых» цивилизаций, а «болтливых» и «разговорчивых» мало или нет совсем.