Лев Белин – Травоядный. Том III (страница 16)
— Нет уж, милый… — шепнула она.
И он тут же оказался в лесу, тёмном, густом лесу. Где-то выли волки, звали его к себе. Но их зов был диким, первобытным. Между крон начал течь туман, густой и липкий. Он крутился, пытался увидеть опасность, но ничего не было. Но он совершенно отчётливо чувствовал угрозу.
А тем временем Санрея обошла вертящегося волкида и беснующегося тигра. Собакид широко раскрыл глаза и уже понимал, что его товарищи под её влиянием. Дрожащей рукой он пытался вытащить меч. Но не мог, её взгляд пронизывал её, заставлял сомневаться. Ему казалось, что стоит только вытащить меч, как он тоже окажется в иллюзорном мире. А ведь он хорошо знал, насколько опасен Дар иллюзии…
— Прошу, прости меня, — с поклоном молил он. — Я не знал, я не знал!
Он сразу же вспомнил об отце и странствующем самурае, зашедшем в его деревушку. Он тогда был мал. Но помнит их дуэль. Отец даже не двинулся. Самурай ушёл. А отец годами кричал, видя смерть всей его семьи и его самого. Вновь и вновь, до самой смерти. И даже сделав последний вздох, маска ужаса не сошла с его лица.
— Молю, я отдам всё, пожалуйста… Он рухнул на колени и опустил голову.
А Санрея простукала мимо в деревянных сандалиях. Провела пальцами по его густым волосам. И опустилась на корточки позади.
— Значит, ты уже видел этот Дар, да? — спросила она и схватила его за голову, и начала покачивать её из стороны в сторону.
— Да, госпожа, видел… Отпустите меня!
— Ну нет, вы же сами меня пригласили, — шепнула она ему на ухо. — Неужели ты так боишься оказаться в мире грёз? — спросила она.
Мир вокруг собакида тут же изменился. Он видел горы, рисовые поля и узкую тропинку, ведущую к его дому. Он был всего лишь мальчишкой.
— Я вернулся? Это же моя… деревня, — не веря, говаривал он. — Отец! Он же ещё!
Он сорвался с места! Кинулся вниз по тропе! Лишь бы успеть! Уговорить его! Ноги несли его вниз, он споткнулся и покатился кубарем! Встал и продолжил бежать!
— ОТЕЕ-ЕЕЦ!!! — кричал он. — НЕ НАДО! ПРОШУ!
Мечники уже обнажили оружие, стоя под вишнёвым деревом. Их окружали все жители деревни. Они молча ожидали начала. А воины исследовали друг друга.
— Нет, нет! — кричал запыхавшийся мальчишка, проталкиваясь сквозь толпу. — Не надо, отец…
Он вырвался из толпы и рухнул внутрь импровизированной арены. Мечники тут же посмотрели на него. А высокий собакид в полосатом кимоно попустил меч и опустился на колено.
— Ты чего, сынок? — спросил он.
— Ха… ха… — выдыхал мальчик, на его глаза навернулись слёзы, и он закричал: — Отеее-ец!!! Па-па! Па!!!
— Да чего ты! — с улыбкой ухватил его за плечи отец. — Заплакал аж! За папку боишься? Но так всё равно нельзя, у нас же бой.
— У него Дар! Дар! Без Дара! — выплёвывал мальчик, не в силах себя контролировать.
— Дар? — переспросил отец. — Ну и что?
— Без Дара, без Дара… Па-па!
— Да я и не против! — разлетелся голос неизвестного мечника, его лицо было скрыто за широкобортной соломенной шляпой. — Без Дара тоже могу!
— Сын, всё хорошо! Мы будем биться без Дара! — с утешающей улыбкой сказал собакид.
— Хорошо, — ответил мальчик, но всё ещё не хотел отпускать отца. — Па…
— Скоро всё закончится.
Он вырвал руку и встал в стойку. Кто-то подхватил мальчика и увёл в толпу. А он, не отрываясь, смотрел на бой.
Первым двинулся пришлый воин! Он рванул вперёд, опустив меч, а отец навстречу, занося свой сбоку! Мечи просвистели, и никто даже не увидел удара! Они просто мелькнули и всё, словно прошли насквозь!
— Насквозь… — проговорил мальчик.
Бух… На землю упала голова его отца. Она покатилась к нему и остановилась, а на лице застыла маска ужаса!
— АААА-ААА! — истошно завопил он, и мир вновь изменился.
Он снова стоял на коленях в том же самом переулке. Слышал за спиной дыхание проститутки. А её когти аккуратно касались его сонной артерии. Впереди лежали его товарищи. У одного была оторвана челюсть и вырван глаз, у другого зияла громадная дыра в животе, до такой степени, что кишки вывалились на землю.
Но собакиду было словно всё равно, он только и повторял:
— Отец, отец! Мой отец! Папа!
Санрея прижалась к его спине обнажённым телом и спросила сладким до отвращения голосом:
— Ты любишь своего отца?
— Да! Очень люблю!
И вдруг с её лица пропала улыбка. Вены выступили на руке и шее, губа слегка дёрнулась. И в следующий миг она резанула когтями! Кровь быстро хлынула из шеи самурая! Он рухнул на землю, пытаясь остановить кровь!
А она прошла мимо и оделась, аккуратно завязала юкату и отряхнула пыль. Простучала обратно к началу переулка. На горизонте виднелся большой корабль, заходящий в порт. Она пошла на пляж, только сказала напоследок:
— Марка я люблю больше, чем ты своего отца.
Но собакид уже её не слышал. На его лице застыла маска ужаса.
Глава 7
Ты еще слишком слаб
Я кинулся к пришельцу стремительно и неожиданно. Кинжал в моей руке ринулся к его шее. У меня не было желания разбираться, кто он и зачем ищет меня. Убить, и всё, нет забот! Но сталь не коснулась его, он ушёл, отклонился буквально на волосок.
«Повезло? — подумал я, — Не важно».
И тут же ударил вновь, с разворота, по широкой дуге. Такой удар было проще предугадать, но зато он захватывал больший радиус и был быстр. И в этот раз он уклонился, и вновь, казалось бы, едва ли. И следом я атаковал быстрым, резким уколом, он парировал рукой, буквально ладонью отвёл мою руку.
«Попался! — мелькнула мысль одновременно с тем, как в другой руке материализовался дымный клинок, — Теперь не уйдёшь!» — я пустил вихрь по каналам, усилил мышцы и связки. Мышцы тут же запульсировали ощущая силу и невероятное желание.
И дым рассёк пространство с небывалой скоростью! Так быстро я ещё не бил никогда! Послышался свист, я видел, как воздух огибает руку! Ему не прикрыть шеи, и не хватит времени уклониться!
Но он просто схватил меня за запястье, спокойно и беззаботно, словно останавливая ребёнка.
Немыслимо. Я встретился с ним взглядом и ощутил невероятную ауру, то, что по поспешности упустил или он сам не желал показывать. Она объяла меня, проникла в саму душу. Я тут же вырвал руку и отскочил на несколько метров! Нет! Он не тот соперник, с которым я мог бы сейчас соперничать! Маски даже близко к нему не стояли! Он… не слабее наместника! Не слабее отца!
Теперь перед глазами пронеслись сотни атак, и в каждой я проигрывал. Куда бы я ни взглянул, у него не было слабых мест. Казалось, словно, чтобы я ни делал, я умру.
«Черныш! Мне нужна вся доступная энергия!» — отдал я команду, но ответа не было, словно Черныш исчез.
И тут мои колени подогнулись. Я рухнул в пыль! Ноги отказали, затем и рука!
— Фу-уф! Фу-уф! — гулко дышал я, поднимая облачка пыли у губ, — Что… это?
Непомерный соперник. Невозможный. Существо иной ступени. Сила, не способная уложиться в понимании нормального рассудка. Он сейчас был таким же, как отец, когда я был ещё ребёнком. Великаном в мире коротышек. Пространство вокруг него искажалось, словно сама реальность отторгала его существование.
«Черныш! Где ты, чёрт возьми!» — кричал я мысленно, но ответа не было. И внутри похолодело, я не ощутил… — «Энергия… Я не чувствую её. Вообще ничего!»
— А ты неплох… Быстрый, стремительный. Немного безрассуден, хоть и пытаешься казаться рациональным, — заговорил он, медленно подходя ко мне.
Я же не мог даже пальцем шевельнуть! Нервная система была заблокирована практически во всём теле! Почему? Наркотики? Но я не чувствовал никаких посторонних ароматов. Нервно-паралитический яд? Инородных веществ точно нет в теле, я в этом разбираюсь. Какой-то особый Дар?
— Заяц, раб и беглец… Жаль, что у тебя такая судьба. У тебя явно есть потанцевал. Но сейчас ты слишком слаб, чтобы самому править собственной жизнью.
Никто больше не будет называть меня рабом! Я не Декс, мать твою! Я родился свободным, им же умер!
— Я больше не раб, — прошипел я.
— Раб единожды — раб всегда, — ответил он, — И дело не в стали, что была на твоих ногах. Мы куда большие рабы судьбы, слабости и обстоятельств. От этого не сбежишь, Марк, — его голос звучал тихо и размеренно, словно у учителя, и проникал в самую глубь сознания. — Я ведь тоже, в каком-то смысле раб.
— Что ты со мной сделал?
— А! Это! Пройдёт, не беспокойся. Твои энергетические каналы заблокированы, как и некоторые нервные узлы. Связь с ядром восстановится через минут пятнадцать, — объяснил он.
«Заблокированы? Не может быть. Наставник тоже практиковал подобное, но для этого требуется непосредственный контакт с телом. А я абсолютно точно ничего не чувствовал», — размышлял я, не сводя глаз с леопардида.