Лев Белин – Травоядный. Том II (страница 31)
— Эй! Рик! — крикнул с бака штурман Дук, весьма весёлый енотид, — Давай тащи свой зад вниз! Пора вываливать дерьмо!
— Дерьмо у тебя во рту, чёртова крыса! — задорно прокричал Рик, его лицо озарила задорная улыбка, — Давай тоже вниз, будешь батрачить наравне со всеми! Или долг вернёшь⁈
Штурман пробурчал что-то оскорбительное в сторону леопардида и махнул рукой, словно невероятно занят подзорной трубой.
«Приятный парень, жаль, он тоже умрёт» — подумал Рик.
И на самом деле ему было вовсе не жаль. Он лишь представлял это чувство, сопоставлял с взаимоотношениями, сложившимися на корабле, и воображал, что бы чувствовал Риконто Варис, узнав о смерти Дука. Нечего, и в то же время весьма много. Риконто простой торговец и совсем не в курсе его задания. Так что он бы и не подумал об таких вещах.
«Значит, и я не буду думать» — решил леопардид.
Причалила «Святая удача» спустя чуть более шести часов. Уже близился закат, а потому было принято решение заняться разгрузкой с утра. Так что, к сожалению работяг, им было приказано оставаться на корабле под угрозой лишения оплаты. А в это время большая часть корабля ринулась на остров в поисках шлюх, выпивки и драк. Всё это было под строгим запретом в море, но полностью дозволялось на суше. И с тем, как стоически они сопротивлялись всем порокам на борту, тем сильнее моряки предавались им на суше.
— Говорят, сюда завозят красоток со всего мира! Даже с самого востока, понимаешь? — тыкал в бок Дук леопардида.
— Тебе бы поменьше думать нижним мозгом, а то последние деньги оставишь у узкоглазых между ног! — бросил Рик, толкнув того в плечо, — Ты мне ещё должен.
— Что должен⁈ Ты жулил! — обиженно воскликнул Дук.
«Неправда, не мухлевал. Риконто очень хорошо играет в карты, он много времени провёл по игорным домам, будучи сыном известного крупье», — подумал леопардид.
— Научись играть! Не дай…
Дук резко закрыл пасть Рику.
— Ты это потише. Тут его упоминать ох как не стоит, если не хочешь быть вздёрнутым за мошонку, — посоветовал Дук.
«Да, Риконто иногда бывает неосторожен в выражениях, и как хорошо, что его вовремя останавливают», — подумал леопардид.
— Убери лапы! — фыркнул Рик. — Понял я, понял!
— В карты играть научился, а язык за зубами держать — нет. Считай, я долг вернул, ведь жизнь ценнее всякого золота! — бросил он и сорвался по улице, чтобы Рик не успел возразить.
«Жизнь ценнее золота… Слова счастливчика или глупца», — подумал леопардид.
Он направился примаком в постоялый дом, в отличие от весёлой гурьбы, разбегавшейся по тавернам, игорным домам и борделям. Скоро, когда выпивка начнёт контролировать их желания, начнутся стычки. Дело привычное, нечего тут не сделаешь. Но ему бы хотелось их избежать, ведь тогда придётся убивать, а возиться с насекомыми ему не хотелось. Скорее всего, на всём острове не нашлось бы равного ему в силе, но проверять это он желал. Желание господина должно быть выполнено.
«И тогда я вновь смогу с ним сразиться», — подумал он, и наконец его губы дрогнули в искренней улыбке.
Швырнув на стойку пару монет, он получил ключ и грубое пожелание хороших снов от раздражённого крысида. Поднялся на второй этаж деревянного, скрипучего дома, построенного из пальм и лиан. Дешевле этого на острове не было. А моряки, привыкшие швыряться деньгами в портах, сюда редко заглядывают.
Затворив за собой хлипкую дверь, он окинул бедную комнату с сырой, старой кроватью и столом без стула. Стянул с себя одежду, обнажая десятки шрамов, ожогов и прочих следов его бурной жизни. Посмотрел на некоторые и не сумел вызвать воспоминаний. Всё больше и больше шрамов казались ему незнакомыми, побелевшие от времени, они казались ему совершенно новыми.
Он рухнул на кровать и закрыл глаза. Снов, как всегда, не было.
Утром он быстро вернулся к кораблю и, руководя наёмными рабочими, разгрузил товар и доставил до пункта обеспечения. Рассчитался со своими работниками, и те тут же весело бросились пропивать заработанное, словно впитав за плавание традицию настоящих моряков. И быстро, без лишних разговоров уладил дела с местным интендантом с хитрыми глазками. Не досчитался десятка монет, но равнодушно последовал в порт.
«Дело сделано. Триста девяносто золотом. Получается, столько стоит несколько тысяч жизней? — подумал он, звеня монетами в небольшом ручном сундучке. — Вскоре они проверят товар и с удовлетворением не обнаружат ничего подозрительного. Воистину, коварство господина превосходит все мыслимые границы. Его идеи, методы… Они на совершенно ином уровне, будто он вовсе не из нашего мира…» — подумал леопардид и заметил троицу, следующую за ним от самого интенданта.
Удивлён он не был. Торговец, в одиночку несущий целое состояние по меркам многих — лакомый кусочек. Но и привлекать внимание вояк излишней стражей леопардид не хотел. Так что он свернул в сторону раскидистых джунглей, там, где знатная часть зелени и деревьев уже была вырублена. Но всё ещё высились высокие папоротники.
«Разберусь по-быстрому. Следующий корабль отходит через минут тридцать», — решил он, отойдя уже на приличное расстояние от города.
Он поставил сундучок на траву и повернулся лицом к грабителям. Трое: горилла, тигр и… белый медведь. Странная компания. Но он и не такое встречал в своих путешествиях. Все трое облачены в лёгкие, не стесняющие движения доспехи, защищающие плечи, ноги и руки. В остальном они верно предполагали, что достаточно их шкуры, жира и мышц.
— Золото отдавай и беги! — гаркнул гориллид со слепым глазом и раздвоенной нижней губой.
— И без глупостей, — вторил ему тигрид с ясными зелёными глазами. — Ты уже понял, что мы на короткой ноге с местными служивыми. Так что делай, что сказано, и останешься жив.
— Быстрее! — прогремел медведьид, обливаясь потом.
— Ха… — выдохнул леопардид. — Мне кажется, подобным вам стоит брать уроки риторики. Вы даже не представляете, как скучно и однообразно звучат ваши речи. Буквально слово в слово, в любом уголке мира, — проговорил спокойно леопардид.
Троица переглянулась недоумённо, и следом словно что-то щёлкнуло в их головёшках. Они выхватили тесаки с поясов и кинулись на леопардида. А он не двигался, лишь глаза на мгновение просияли бледным белым светом.
«Духовный дар. Первая сфера: Глаз бога» — послал он мысленный сигнал, и энергия потекла по телу.
Первый палаш просвистел у самого носа, он лишь сделал лёгкий шаг в сторону и повернул корпус. Другой просвистел над головой, почти коснулся ушей, но он слегка опустил её. А следующий чётким уколом, сработанным, отточенным, кинулся к его животу между двумя другими.
«Медленно. Скучно» — всплыло у него в голове.
Он перехватился за ребро палаша двумя пальцами в момент, когда он почти достиг груди, и просто, небрежно отвёл в сторону. И хлёстким ударом ноги переломил колено тигриду! Тот выпустил сталь, леопардид перехватился за рукоять, и до того, как тот успел заорать от боли, отсёк ему голову! Та упала на траву и покатилась по склону к морю.
— Мраа-ааазь!!! — взревел гориллид.
Он обрушил свой меч со всей силой и скоростью, вложил всю силу великого тела! Но леопардид, словно призрак, сделал шаг навстречу, и остриё отобранного палаша вонзилось в лоб гигантского зверлинга, пробило кость и, чавкнув, впилось в мозг! Его глаза закатились, руки тут же ослабли, и туша, пошатываясь, рухнула на землю!
— Нет! Нет! Не надо! — затараторил медведьид, пятясь назад.
Леопардид шагнул к нему так, словно прогуливается, но в миг оказался вплотную, а палаш пробил сердце медведя. Тот посмотрел с удивлением, и леопард для верности провернул лезвие. И отошёл назад. Последний грабитель рухнул, испустив дух.
«Можно идти, — подумал он, подхватывая сундук. — Эти три жизни тоже стоили триста девяносто золотых монет? Разве они были равны тысячам других?» — задал он себе вопрос, на который не планировал отвечать.
В порту, у другого корабля, носящего имя «Акулий сын», он быстро договорился с капитаном. И уже должен был подниматься на борт, как увидел знакомое лицо квартирмейстера, вечно недовольного Дуком.
— Данит! Где Дук? Я сваливаю с острова! — прокричал ему Рик.
Тот подошёл с понурым видом и знатным похмельем и сказал:
— Зарезали его ночью. Повздорил с какой-то шлюхой, — голос его был сух, но вовсе не бесчувственен. — Бл*ть! Хороший мужик был!
— Да, хороший.
Только и сказал напоследок Рик, и тут же поднялся по трапу на новое судно. Длинную бригантину, быструю и изящную. К нему тут же подошёл какой-то моряк с перевязанной головой и щербатым волчьим лицом, и спросил:
— Это ты направляешься в Большой архипелаг? — голос его был груб.
— Именно так, — ответил Рик.
— А звать как?
— Ульс Шанье…
Глава 13
Символ
Я дёрнул тело назад, выгнул спину, и у носа пронеслось три стальных лезвия в форме когтей! Тут же бросился вбок, но недалеко, мешали кандалы! Крутанулся, бросил взгляд через плечо: огромный чёрный кабанит уже разворачивался ко мне!
— Заяц! Дай мне тебя убить! Как ты убил мою мать! — ревел он на всю улицу.
«Тата!» — словно щелчок разнеслось в моём мозгу!
— Рраа-ааа! — взревел он.
Тело его тут же начало увеличиваться, мышцы росли, опасно растягивали шкуру! Желтоватые клыки стали похожи на небольшие бивни! А кулаки обратились в копыта, и он рухнул на мостовую, проломив камень!