Летта Стивенс – Сон потерянной души (страница 6)

— Никто никуда не пойдет, — твердо сказал Финник. — Мы приехали играть в PlayStation, а не в сталкеров. Так что все страхи оставим в коробке с приставкой.

Слова Финника повисли в воздухе, и на несколько минут в машине воцарилась та особая тишина предвкушения, когда каждый думает о своем, но мысли всех кружат вокруг одного: о предстоящих выходных, о теплом доме, о мистической игре, которая ждёт своего часа.

Дорога вильнула в последний раз, и перед нами открылась картина, от которой у меня перехватило дыхание.

Дом возвышался на пригорке, окруженный вековыми соснами. Он был из темно-серого кирпича, с узкими стрельчатыми окнами. Крыльцо, массивное, с чугунными перилами, напоминало вход в средневековую цитадель, а над дверью висел старый кованый фонарь, в котором, казалось, до сих пор могла гореть свеча. Дом действительно походил на маленький замок.

— Ничего себе, — выдохнул Тедди, прижавшись носом к стеклу. — Твоя бабушка, Луи, часом не графиня была?

— Хуже, — усмехнулся Луи, выбираясь из машины. — Библиотекарь. Она просто любила, чтобы всё было надёжно.

Мы вышли под холодный ветер, и я невольно поежилась, запахнув куртку. Финник открыл багажник, и мы принялись выгружать сумки. Тедди, несмотря на мои протесты, схватил самый тяжелый пакет с продуктами и бодро зашагал к крыльцу, где Луи уже возился с тяжелым замком.

— С первого раза не открывается, — пробормотал он, дергая ключ. — Надо найти правильный угол.

Внутри дом оказался не таким мрачным, как снаружи. Просторная прихожая переходила в большую гостиную с высокими потолками и массивной каминной полкой из тёмного камня. Полы были деревянные, темные, но на удивление теплые. В углу стоял старый диван, накрытый клетчатым пледом, рядом кресло-качалка и огромный дубовый стол, способный вместить человек десять. На стенах висели черно-белые фотографии в рамках, кажется, старые снимки леса и какие-то архитектурные чертежи.

— Ух ты, — прошептал Тедди, оглядываясь. — Здесь как в фильме.

— Вот именно, — Луи потёр руки. — Поэтому мы здесь и играем в самое атмосферное, что можно придумать. Но сначала — еда. Я умираю с голоду.

— Ты всегда умираешь с голоду, — заметил Финник, ставя пакеты на стол. — Венди, ты у нас главная по готовке? Показывай, что взяла.

Я начала выкладывать продукты: овощи для рагу, курицу, сыр, зелень. Тедди вызвался нарезать хлеб, и я с удивлением обнаружила, что он делает это вполне умело. Финник занялся картошкой, Луи — курицей.

Мы готовили в четыре руки, то и дело сталкиваясь локтями, перешучиваясь и посмеиваясь. Я поймала себя на мысли, что давно не чувствовала себя так легко. Работа, забота о брате, бесконечные дедлайны — всё это осталось в городе, за тридцать километров от этого странного серого дома. Здесь, в полумраке кухни, под потрескивание старых половиц, мы были просто компанией друзей, которые собрались ради хороших выходных.

Когда рагу было готово, мы уселись за дубовый стол. Луи открыл бутылку темного рома, янтарная жидкость выплеснулась в граненые стаканы, которые нашлись в буфете.

— Тедди, — Луи подмигнул, — Тебе сок. Яблочный или томатный?

— Яблочный, — вздохнул брат.

— За нас, — Финник поднял стакан. — За то, чтобы игра не разочаровала, чтобы ром был вкусным, а страхи — только в экране.

— За это! — чокнулись мы.

Ром оказался тягучим, с нотками ванили и карамели, он приятно обжег горло и разлился по телу теплом. Тедди с важным видом отпил яблочного сока и принялся наворачивать рагу с такой скоростью, что я едва успевала подкладывать ему добавку.

— У тебя аппетит как у акулы, — заметил Луи, наблюдая за ним.

— Спортсменам нужно много есть, — с набитым ртом пробурчал Тедди.

— И пить только сок, — назидательно добавил Финник.

Мы ели, болтали о всякой ерунде — о новостях, о странных снах, о том, как в городе открыли новый кинотеатр. Луи рассказывал о своей работе, Финник тоже жаловался на рутинную офисную работу, которая так сильно надоела ему. Я делилась забавными историями сценариста, как мы переписывали сцену с призраком уже в седьмой раз, потому что режиссёру всё казалось недостаточно эмоционально.

— А ты, Тедди, — Луи повернулся к моему брату, — Как там твой бассейн? Доплывешь до олимпийских медалей?

— Доплыву, — серьёзно ответил Тедди, отодвигая пустую тарелку. — Вот увидите. Я рекорд по стометровке в этом году уже обновил.

— Серьёзно? — я удивлённо посмотрела на брата. Он никогда не хвастался достижениями.

— Ага, — он слегка смутился. — Просто тренер сказал пока не афишировать.

— Ну, это мы умеем хранить тайны, — Финник подмигнул. — Правильно, Венди?

Я кивнула, чувствуя гордость за брата.

— Ладно, — Луи хлопнул ладонью по столу, поднимаясь. — Хватит разговоров. Все сыты? Тогда время играть.

Он подошёл к рюкзаку, который мы оставили у входа, и достал оттуда приставку. Следом пошли геймпады, а потом, бережно, двумя руками, он достал пластиковую коробку с выцветшей обложкой. На ней был изображён туманный город, фигура в потрепанной куртке и смутные очертания чего-то, что лучше было не разглядывать.

— “Mirror Hill”, — прочитал Тедди. — Оригинал.

— Оригинал, — подтвердил Луи, проводя пальцем по краю коробки.

— Подключай, — скомандовал Финник, допивая ром. — Я закрою шторы.

Гостиная погрузилась в полумрак, лишь огоньки от лампы на столе и тусклый свет от старого торшера в углу создавали уютную, но тревожную атмосферу.

Луи ловко подсоединил приставку к старому телевизору, который стоял на низкой тумбе. Телевизор — пузатый, кинескопный, включился с характерным гудением, и на экране засветилась серая рябь.

Мы расселись на диване и вокруг него: я посередине, слева от меня Финник, справа Тедди, а Луи устроился в кресле-качалке, держа геймпад наготове.

— Так, — Луи понизил голос почти до шёпота. — Кто первый?

— Ты, — сказали мы хором.

— Ну и трусы же вы, — он хмыкнул, но в его глазах тоже горел азарт.

На экране появилось меню, и Луи нажал «Новая игра». Зазвучала музыка. По экрану поплыли титры, а за ними первые кадры: туман, машина на проселочной дороге, фигура девочки на обочине.

Луи двинул джойстиком, и герой на экране сделал первый шаг в туман. Дверь в мир, откуда не возвращаются, открылась.

***

Мы прошли уже достаточно далеко по туманным улицам.

На экране мелькнула очередная комнатушка — больничная палата с облупившейся краской на стенах. Луи, привыкший к ритму игры, толкнул героя вперёд, и в этот момент с противным металлическим скрежетом камера резко дёрнулась, на экране возникла чья-то искаженная морда с разинутой пастью, и динамики телевизора пронзил такой душераздирающий вопль, что я подскочила на месте, едва не выронив стакан.

— О, боже! — вырвалось у меня.

Тедди, сидевший рядом, дернулся так, что чуть не свалился с дивана, и вцепился мне в руку. Финник, обычно невозмутимый, уронил свой стакан, Луи же, застыв с геймпадом в руках, смотрел на экран круглыми глазами, где теперь красовалась надпись “YOU DIED”.

— …Кто сказал, что в старых играх не бывает скримеров? — выдохнул он спустя несколько секунд.

— Ты, — хором ответили мы с Финником.

Я прижала руку к груди, чувствуя, как бешено колотится сердце. Ром резко ударил в голову, смешиваясь с выбросом адреналина. Тедди, поняв, что вцепился в меня мёртвой хваткой, смущённо отпустил руку и отодвинулся, делая вид, что ничего не случилось.

— Ладно, — Финник поднялся, потянувшись. — Мне нужен перерыв. И сигарета. Кто со мной?

— Я, — сказала я. — Надо проветриться.

— Я чай пойду сделаю, — поднялся Тедди, с готовностью направляясь в сторону кухни. — Вам всем принести? Или вы с ромом?

— Не откажусь, — кивнул Луи, ставя геймпад на стол. — Зелёный, если есть.

Мы вышли на крыльцо, и холодный воздух ударил в лицо, отрезвляя лучше любого кофе. За те пару часов, что мы провели внутри, вечер успел окончательно стемнеть.

Финник щелкнул зажигалкой. Он затянулся и протянул пачку мне.

— Не откажусь, — я взяла сигарету, хотя курила редко, в основном в такие моменты.

Луи прислонился к перилам, с наслаждением вдыхая холодный воздух.

— Ну и игра, — сказал он, глядя в темноту.

Над головой, сквозь редкие облака, проглядывали звезды.

Мы молчали несколько секунд, каждый думая о своём. Потом Финник, стряхнув пепел, заговорил негромко, будто размышляя вслух:

— Он повзрослел.

Я не сразу поняла, о ком он.

— Тедди, — пояснил Финник, кивнув в сторону дома, где за освещенным окном кухни маячила фигура брата.