Леся Северина – Гонка за мечтой (страница 5)

Но детские мечты остались в прошлом. В старших классах я наслушалась историй о родителях мамы. Бабушка была лучшим бухгалтером в городе, а дедушка – ведущим экономистом крупного предприятия. И я подумала: «А почему бы не продолжить династию? Это же у меня в крови!» Поэтому, даже не особо раздумывая, я подала документы на экономический. Как же я ошиблась…

Учёба давалась мне не сказать, чтобы сложно, но это было настолько скучно, что временами я ловила себя на мыслях: «А не бросить ли мне это всё нафиг?» Бесконечные цифры, формулы, анализ данных… Ничего из этого не вызывало у меня искреннего интереса. Но каждый раз, когда я всерьёз задумывалась о том, чтобы оставить учёбу, перед глазами вставало лицо мамы в тот момент, когда я сказала, что пойду по стопам её родителей. Она была так счастлива, так горда! Её дочь воплощала мечту её родителей, мечту, которую она сама не смогла осуществить.

Когда-то маме пророчили блестящее будущее в экономике. Ещё бы! Вся семья имела высшее экономическое образование, и естественно, ожидали того же от неё. Ей легко давались точные науки, она была усидчива, скрупулёзна и внимательна к мелочам. Закончила школу экстерном и, по настоянию родителей, подала документы в экономический институт. Казалось, её путь предрешён. Но никто не учёл одного – мама безумно любила историю.

В её комнате было полно книг об археологии, древних цивилизациях, тайнах прошлого. Она знала наизусть все фильмы «Индиана Джонс» и не пропускала ни одной выставки в музеях. Однако родители считали, что её увлечение историей – это просто хобби, временная прихоть, не более. Они были уверены: она всё равно пойдёт в экономику, потому что так «правильно».

Но у мамы было своё мнение. Втайне от родителей она подала документы в МГУ на кафедру палеографии. Она без проблем прошла вступительные экзамены и была зачислена на бюджет. А вот экзамены в экономический институт она сдавать не пошла…

Реакция семьи была предсказуемой. Отец целую неделю с ней не разговаривал, а мама не могла поверить, что их единственная дочь перечеркнула все их планы. Но что они могли сделать? Со временем они смирились, потому что любили её больше, чем любые ожидания и несбывшиеся мечты.

Я никогда не видела бабушку и дедушку. Они умерли, когда мне было всего два года. У меня не осталось о них никаких воспоминаний, только фотографии и мамины рассказы. Иногда мне становится грустно от мысли, что я так и не смогла с ними познакомиться, не услышала их голос, не почувствовала их заботу. Возможно, если бы они были рядом, я бы лучше понимала, что значит быть экономистом, и смогла бы заранее решить, подходит мне эта профессия или нет.

Теперь, размышляя обо всём этом, я думаю: возможно, именно этот выбор мамы и её борьба за своё будущее так сильно повлияли на меня. Хотя я не видела этого своими глазами, её история стала для меня чем-то большим, чем просто рассказ.

С самого детства мама учила меня, что нужно слушать себя, своё сердце, и, кто бы что ни говорил, идти своей дорогой, жить свою жизнь. И я верила в это. До ухода отца я действительно следовала этому принципу… Но потом что-то во мне сломалось.

С тех пор мне отчаянно хотелось радовать маму, даже если это шло вразрез с моими собственными желаниями. Она была так счастлива, когда я поступила в университет. При любом удобном случае с гордостью рассказывала всем, какая у неё замечательная дочь, как я ценю семейные традиции и продолжаю дело бабушки и дедушки. Глаза её сияли, голос звучал с особой теплотой, и каждый раз я чувствовала, как внутри меня зарождается чувство вины.

Как я могла всё это разрушить? Как могла сказать ей: «Мам, прости, но это не моя мечта»?

Да никак…

Закончив с подготовкой документов к поездке, я ещё раз всё проверила: паспорт, билеты, ваучеры на отель и все необходимые бумаги. Убедившись, что всё на месте, я с облегчением поставила ноутбук на стол и потянулась, разминая затёкшую спину. В голове ещё мелькали строки бронирований и подтверждений, но наконец-то можно было расслабиться. Я сделала себе кофе и направилась на балкон.

Вечерний воздух был тёплым, пропитанным ароматами лета: лёгкий запах асфальта, нагретого за день, смешивался с тонким ароматом цветов с соседских клумб. Ветерок нежно трепал мои волосы, солнце почти село, окрасив небо в нежно-розовый цвет, словно сахарная вата. Один за другим зажигались фонари, окрашивая улицы мягким золотистым светом. Я любила наблюдать за городом в этот час – он будто замедлялся, переставал суетиться, становился уютным, почти домашним.

Я сделала глоток кофе, прислонилась к прохладным перилам балкона и задумалась. После нашего разговора Ник так и не позвонил. Казалось бы, я сама решила не зацикливаться на этом, но что-то внутри всё равно не давало покоя. Поддавшись импульсу, я набрала его номер. Долгие гудки… Неужели он не возьмёт трубку?

– Привет, – наконец ответил он.

– Ник, привет, – облегчённо выдохнула я, но в голосе всё равно звучала лёгкая неловкость. – Мы закончили на не очень хорошей ноте вчера. Может, встретимся и поговорим?

– Оу, прости, сегодня никак, – в голосе чувствовалась странная небрежность. – Я завалил один экзамен. Теперь усердно готовлюсь. Давай в следующий раз?

Я нахмурилась.

– Да ладно, ты и не сдал? – попыталась я разрядить обстановку, улыбнувшись, хотя он этого не видел. – Может, помочь? Я могу приехать? Что завалил?

– Спасибо, не нужно. Я уже нашёл свой промах и уже его исправляю, – ответил он как-то слишком быстро, словно торопился закончить разговор.

Я задержала дыхание, колеблясь. Что-то было не так.

– Я просто завтра уезжаю… Думала, увидимся перед отъездом, – сказала я, пытаясь не выдать своего разочарования.

– Точно, Крис, я совсем забыл. Прости, но сегодня никак.

И тут я услышала чей-то голос.

– Никитос, ну ты идёшь? Сколько тебя можно ждать?!

Я замерла. Голос был мужской, но что-то в нём насторожило меня. Я хотела что-то сказать, но Ник меня опередил:

– Слушай, мне пора, ребята ждут конспекты. Удачно съездить, пока.

– Я думала, что ты завтра приедешь меня… – начала я, но он уже сбросил звонок. – …проводить, – закончила я шёпотом, глядя на экран, где высветилась надпись «Завершено».

Мне показалось, или в трубке послышался чей-то смешок? Чувство, что меня снова обманывают, накрыло меня с головой, но я постаралась отогнать эти мысли. Мало ли над чем могли смеяться его сокурсники… И всё-таки какой-то Никита странный в последнее время. Совсем его не узнаю.

Раньше мы могли не видеться каждый день, но были постоянно на связи. Ласковые смс с добрым утром, ненавязчивая переписка днём, обязательный вечерний созвон по WhatsApp. Я чувствовала, что он рядом, даже если нас разделяли километры. А теперь…

Теперь мы виделись, в лучшем случае, пару раз в неделю. Когда гуляли по городу, Никита почему-то всегда выбирал отдалённые маршруты, избегая центра, и постоянно оглядывался, будто за ним кто-то следил. Раньше мне казалось, что я просто накручиваю себя, но теперь, вспоминая его тон в разговоре, его резкость…

Возможно, я чего-то не замечала. Или не хотела замечать.

Если он пожелал удачно съездить, значит, завтра в аэропорту его тоже не будет. Даже не попытается проводить. Меня снова накрыло чувство растерянности. Что же всё-таки происходит? Ник никогда не казался мне безразличным или ветреным. Наоборот, в начале наших отношений он был внимательным, заботливым, интересовался моими увлечениями… Этим он меня и зацепил.

Да, он был слегка самовлюблённым. Но у него были на то основания. Парень действительно был красавчиком: высокий, с выразительными голубыми глазами, копной густых каштановых волос, аккуратно зачёсанных вверх. Острый подбородок придавал лицу выразительности, а лёгкая небрежность в стиле одежды только добавляла ему харизмы. Когда мы только начали встречаться, я частенько задумывалась, почему такой парень вообще обратил на меня внимание?

Я не была популярной, да и красоткой себя назвать тоже не могла. Обычная. Большие серо-зелёные глаза, за которые меня в детстве постоянно дразнили, тёмно-каштановые волосы до середины спины, обычная фигура. Не полная, не худая – где-то посередине. Хотя… пару килограммов скинуть точно не помешало бы.

Одевалась я просто. Джинсы, кеды и толстовки – вот и весь мой гардероб. Платья и каблуки терпеть не могла, но, как у любой порядочной девушки, в шкафу висело парочка «на особый случай». Вот только этих случаев за всю жизнь так и не случилось. Да и вряд ли случится – я даже не представляла себя в них. В платье я чувствовала себя так же комфортно, как кошка в воде – чуждо, нелепо, неудобно.

Я сделала глубокий вдох и провела пальцами по крышке телефона. Решено. Как только я вернусь, мы с Ником обязательно поговорим. У всего есть объяснение. Должно быть. Потому что иначе… иначе мне придётся признать, что я в нём ошиблась.

Отбросив грустные мысли, я решила ещё раз проверить чемодан.

Он был небольшим, аккуратным, в тёмно-синем жёстком корпусе с парой лёгких потертостей, напоминавших о прошлых поездках. Не самый вместительный, но зато удобный – я давно научилась собираться компактно. Я никогда не брала с собой кучу вещей, считая, что лучше меньше, но удобнее. Мне не нужны были десятки нарядов, обуви на все случаи жизни или бесконечные аксессуары. Только самое необходимое. Внутри чемодана всё лежало идеально разложенным: одежда аккуратно сложена в рулоны, в боковом кармане спрятаны документы и билет, а в отдельном отсеке – косметичка и аптечка. Всё было на своих местах.