Леся Рысёнок – Не все ведьмы зло, или Белая ворона в академии магии (страница 24)
- Так, проходя испытание за испытанием, ученик полностью раскрывает свой потенциал. И вот смотрю я на тебя и думаю – что именно хочет раскрыть во мне лорд ректор, если решил испытывать тобой?
Боевик вперил в меня горящий взгляд с явным намерением убить, но сдержался.
- Ты хотела сказать, за что меня испытывать тобой?
- Ну, я же так и сказала, что меня испытывают тобой.
Боевик опять на секунду подвис, угрожающе сжимая кулаки, но сумел взять себя в руки и промолчал, негодующе сопя. Я чуть расслабила пальцы, держащие палочку. Я ее пристроила на манер шпаги на перевязь на поясе. Мне девочки помогли для нее кармашек специальный на форму наколдовать, а то постоянно в руках неудобно носить. И я в шляпе и со шпагой, тьфу ты, палочкой, сейчас себя совсем д’Артаньяном ощущала. И окончательно осмелела:
- Вот и получается, что чем перспективнее ученик, тем больше и сложнее задания, а какой смысл тратить время на того, кто способен только к одному какому-то действию?
- Ты о чем, ведьма? – спросил боевик, не сумев вникнуть в сложную фразу. Ну, я так и предполагала, впрочем.
- Вот скажи мне, какие у тебя преимущества?
- Я сильный!
-А еще?
- Могу управлять тремя стихиями.
- Ты один такой среди боевиков?
Он задумался.
– Нет.
- А чем ты отличаешься от своих товарищей? – Продолжала я атаковать боевика расспросами.
- Я сильнее, – ответил парень, немного подумав.
- Еще?
- Все…
- То есть у тебя только одна способность, – резюмировала я. – И если тебе встретится тот, кто будет тебя сильнее или умнее, или лучше оснащен, – я кивнула на его подвески на шее, то ты все равно проиграешь. Так?
Боевик подумал и кивнул.
- Ну и какой смысл в тебя вкладываться и развивать твой потенциал, если и так все предрешено?
Боевик насупился.
- А вы, ведьмы, вообще только для подзарядки годитесь, – с вызовом бросил он.
- Ты считаешь себя умнее его Высочества? Он-то, глупец, этого не знает, собирает ведьм по всему королевству, тратит казну на их обучение, просто для того, чтобы великим и могучим боевикам типа тебя батарейку предоставить? Сам-то в это веришь?
Парень принялся задумчиво жевать губу. Божечки, до чего же тугодум-то… И вроде этот одним из лучших считается? Или нет, из сильных? Сильный же не значит лучший.
- Ты все равно против меня никто! – наконец изрек он.
- Правда что ли?
Он важно кивнул.
- То-то ты амулетами обвешался. Да только у меня ума хватит в бой не лезть, но если ты хочешь войны, ты ее получишь. Поскольку такие, как ты, намеками не понимают, скажу прямо: не лезь к нам, а то пожалеешь, ясно?
Парень растянул губы в улыбке:
- И что ты сделаешь?
- Узнаешь, – пообещала я. – Но тебе это точно не понравится. И когда до тебя дойдет, что не все решает сила – приходи, обсудим сотрудничество.
- Что?
- Что слышал.
Я, злая на тупость адепта, поднялась, взяла под руки девчонок, за все время не проронивших ни слова, и ушла. Похоже, непробиваемое упрямство боевиков переломить будет не так-то просто.
А еще они злопамятные, да. И это мы вскоре прочувствовали на себе.
Ректор не задержал нас надолго. Велел рассказать, что мы сделали, как, потом изучал нас по отдельности и вместе и заявил, что с завтрашнего дня начнет лично тестировать наши возможности. Чего-то еще поколдовал с жетонами и браслетами и напомнил, что не разнесены по местам документы. Напоследок сообщил, что преподавателей в выходной беспокоить не надо, а вот архив ждет, когда папки обретут в нем свой постоянный дом. Девчонки понятливо кивнули и потащили меня вон из кабинета.
- Надо отнести эти бумаги а архив, – Дебра еще раз перечитала сообщение на моем браслете и отобрала несколько внушительных стопок с документами. – Пойдем, Варя, покажем тебе его, мне кажется, дорога туда станет для тебя частой.
- С чего ты взяла? – удивились мы с Рози.
- Допуски посмотрела, – неопределенно ответила некромантка.
Отправились мы втроем, разделив между собой папки с документами. Дебра по дороге хмурилась и недовольно оглядывалась по сторонам.
- Что случилось? – не выдержала я. – Что тебя беспокоит?
- Хайза нет и никого из его компании, – ответила некромантка. – Подозрительно это.
- Этот адепт, которого ректор приставил? Может, у них тренировка? – попыталась я развеять тревогу подруги. – Не все же ему вокруг нас крутиться.
Рози сморщилась:
- Так его лорд Вадос к тебе приставил? Досадно, он и так Деб проходу не дает.
- В смысле? – уточнила я. – Что ему от тебя нужно, Дебра?
- Хочет меня покровительством своим осчастливить, – сквозь зубы процедила некромантка. – Я против, а его это бесит.
- Расскажешь? – спросила я.
И пока мы шли через всю Академию куда-то на задворки, где должен был располагаться архив, девчонки поделились со мной историей Дебры.
Она была первой девушкой-некроманткой в ГАМБИТ. Не то, что этот дар не доставался представительницам слабого пола, просто родители девиц сюда не отпускали, предпочитая домашнее обучение и ограничение дара с помощью специальных артефактов-браслетов. Потому что все выпускники Академии должны были принести клятву верности монархам и отработать свое содержание, служа на границе. Откупиться или еще как то избежать отработки было нельзя – при зачислении сразу подписывался магический контракт на три или пять лет в зависимости от специализации, который потом еще и продлевался. Вспомним, что со всякими клятвами, магическими обещаниями и договорами у них тут, в Гиалоре, все серьезно было. В общем, какой родитель захочет, чтобы их чадушка в казармах с мужиками жила, с нежитью воевала или павших в эту самую нежить обращала. В общем, для девиц с подобным даром браслеты-ограничители были лучшим решением. Так дар и своего носителя не тревожил, и в семье сохранялся, что тоже важно, потому как некроманты на границе выгорали часто и потомством обзавестись не успевали.
Вот и в семье Дебры дар сохранился, накопился и преумножился, всей мощью на ребенка обрушился и в десять лет выплеснулся. И прошло бы все хорошо, магов в семьях с детства учат силу контролировать, да только Дебра ребенком была хилым и болезненным и никаких признаков того, что дар в ней проснется, не проявляла. Ее, конечно, учили тому, что надо знать потенциальному некроманту, но постольку поскольку. В общем, раскрытие дара имело последствия – случайно поднятое при инициации умертвие напало на ребенка и его близких.
С тех пор Дебра поднять никого не может, и сила у нее проявляется, только если она за кого-то переживает и волнуется, но хватает ее в лучшем случае только на то, чтобы щит поставить или какое-нибудь нейтральное заклинание сотворить. В общем, оказалось, что Дебра даром не владеет, и браслеты на нее не действуют. Что-то там в результате стресса поломалось в структуре ее потоков и родился неуправляемый некромант с большим потенциалом, который по факту разве что цыпленка поднять может. И потому стала девушка объектом насмешек и издевок адептов, потому как симпатичная, беззащитная и постоять за нее вроде как некому.
На самом деле, есть, конечно, родные, но некроманты они вообще со странностями, и родители Дебры сочли, что Академия и последующая служба на границе помогут дочери обуздать дар и на время учебы все права на дочь передали декану некромантов. Дескать, ему виднее, как научить ее с даром управляться. Но за два года Дебра освоила только теорию, а на практике так и не сдвинулась ни на шаг, хотя ее однокурсники с молчаливого попустительства декана пытались разбудить силу девушки весьма своеобразно – натравливая на нее все, что могли поднять – от скелетов мышей до лича.
Последнее, к счастью, произошло, когда в ГАМБИТ прибыл какой-то высокопоставленный дворцовый маг и зачем-то взялся вести у первокурсников практикум. Он то и прекратил все – упокоил лича и таких живописных люлей прописал адептам, что те чуть сами не упокоились. Но успокоились и теперь Дебру демонстративно не замечают. Зато вот боевик приметил и предложил ей свое «покровительство». Но это только пол беды, вторая грустная часть была в том, что Питер Хайз был, может, и не очень умен, но достаточно знатен и обеспечен.
И хотя официально в ГАМБИТ по титулам различий не делалось, даже преподавателей все называли без «тиров», «геров» и «фонов», (это такие приставки к титулам аристократов), но по факту различия были. И Питер фон Хайз считался не только перспективным магом, как и его связка – адепты Бероу и Сорг, но и завидным женихом. И магички-боевички и стихийницы дружно невзлюбили некромантку. А при том, что отпор она дать не могла… В общем, ситуация оказалась знакомой, и девушку мне было искренне жаль. Захотелось ее поддержать и ободрить, но она не позволила мне этого. Мы пришли к тяжелым кованным дверям, где некромантка остановилась и сказала:
- Теперь нам надо спуститься в подземелья. Здесь много коридоров и переходов, кроме того адепты любят здесь дурно пошутить, артефакторы особенно. Варя, попробуй призвать силу и держись за нами. Ничего опасного с тобой не случится, а гадкие пакости мы попробуем отбить.
И девчонки встали плечом к плечу, в руках Дебры появилось фиолетовое сияние, и Рози вооружилась стеклянными пузырьками. Мы, медленно и постоянно оглядываясь по сторонам и назад, двинулись вперед. Но стоило нам свернуть в очередной поворот, как в конце коридора вздыбилась, намереваясь подгрести нас под собой, и понеслась навстречу огромная волна воды.