Леся Рысёнок – Ищу няню для папы, или Как согреть Стража Севера (страница 5)

Не найдя нужного, Иванна полезла к себе в сумочку, достала оттуда пузырек, приложилась к нему, потом подышала в платочек и чинно сложила руки на коленях.

— Тетушка? — поторопила я женщину, стараясь избавиться от смятения, охватившего меня, пока я тихонько гладила по головке спящего брата.

— Эти Стражи Севера просто невыносимы. Один из князей пожелал устроить отбор невест. Разумеется, наш король не смог ему отказать. Ты же помнишь, насколько мы уязвимы перед всеми их проделками.

Она уставилась на меня, и я на всякий случай согласно кивнула, одновременно пытаясь вытащить из головы, что Айна знала о князьях и стражах.

С погодой, как я уже вспомнила, здесь творилось черт-те-что. Баронство отца Айны находилось севернее столицы и больше других страдало от замораживающих ветров и внезапных поземок. Сообразила, что это как-то связано с наступлением ледникового периода, и в голове наконец-то прояснилось.

На севере есть семь независимых княжеств. Их правители каким-то образом сдерживают глобальное обледенение и не дают ему продвигаться вглубь континента. Но время от времени оттуда приходят ветра, и они страшное бедствие для местных аграриев, поскольку вызывают внезапные заморозки и губят урожай.

Также при недосмотре Стражей Севера, как зовут тут князей, среди лета может выпасть град или случиться еще какая-нибудь шляпа. Все понимают, что работа мужиков важна, но при этом проклинают их, уверенные, что они специально творят эти гадости.

— Стражи хоть и варвары, но князья же, считаются равными нам, аристократам, — продолжала тетушка. — И жен им нужно не простых. Жребий пал в том числе на нашу семью. Но ты же понимаешь, что Ванга не может отправиться на север? Моя девочка не приспособлена для этого!

Снова пришлось напрягать память, и от этого сотрясенный мозг тихо взвыл к пощаде. Но что делать, надо, значит надо.

Кузину Вангу я помнила еще хуже, чем тетю. Она была тут как-то раз. Очень капризная девочка, которая больше кривилась, плакала и жаловалась маме на то, что ее обижают. Обижала к слову не я, а мой сводный братец. Ох, и потешился он тогда. Наверное, поэтому тетушка быстро вернулась обратно в столицу.

Иванна снова приложилась к пузырьку и кратко закончила:

— Ты отправишься на отбор вместо нее.

Глава 4. Перспектива, однако..

Отбор, так отбор, мне было по большому счету все равно. Аргументом стали два обстоятельства — я не Айна и об этом может догадаться баронесса. И второй — тетя обещала, что найдет моему брату такую кормилицу, которая не даст спуску его мамаше.

Согласитесь, что даже одного из аргументов хватило бы, чтобы я отправилась на край света. Что касается того, что край света здесь очень даже буквальный и имя ему Север, то я и дома мысленно уже собралась в Якутию.

Три дня тетя гостила у брата, и баронесса все это время пыталась давить на меня:

— Только попробуй куда-то отправиться, негодная девчонка! Ты забыла, кому ты всем обязана?

Я сначала даже растерялась от такого наезда. Уж этой тетке я точно ничем обязана не была, так что суть претензий не понимала.

— Твой отец дал тебе кров и еду, а чем ты ему собираешься отплатить? Замуж без родительского благословения выйдешь — всю жизнь мучиться будешь. Одумайся, юродивая! Кому ты нужна такая — хромая, кривая? Твое место в углу за печью.

Я опускала голову и молчала, потому что говорить с человеком, который привык к монологам, бессмысленно. Но это раздражало баронессу и тогда она вполголоса ругала меня недалекой, ущербной, бесноватой и грозилась всем рассказать некую страшную тайну, если я не откажусь от поездки.

Я не отказывалась, мне и самой было интересно, что за страшная тайна скрывается в прошлом Айны.

Но разгадка оказалась тривиальной и разрешилась перед отъездом.

Хоть баронесса и приходила пошипеть каждый день свои угрозы, но тетка ей воли особо не давала. Она не особо подпускала ее ко мне под предлогом того, что я больна, и до брата женщина тоже добраться не могла, потому что у него появилась кормилица. Весьма дородная женщина, способная свернуть баронессу в калачик. Сингрид к сыну она просто не подпускала, сообщив, что ей барон велел ей его кровиночку охранять и никому в обиду не давать, в том числе мамаше. Но мне мальчонку приносили, и я опять не могла понять, откуда во мне столько нежности и тепла к практически чужому для меня ребенку.

На земле у меня детей не было, не потому что не хотела. Просто так сложилось. И я даже предположить не могла, что во мне есть столько нерастраченных чувств.

— Я написала брату с предложением забрать племянника с собой, но он против, — сказала мне тетя. — А на няню-телохранителя согласился. Видимо, помнит свое детство, — горько улыбнулась она и на минуту даже показалась человечной. В любом случае, я была ей признательна, что она, как могла, позаботилась о ребенке. Потому что к его мамаше доверия у меня не было.

А когда наступило время сборов (будто бы Айне было что собирать) и слуги начали выносить в экипаж вещи, баронесса ворвалась в гостиную и выдала:

— Она ведьма! Ей нельзя никуда ехать!

Господи, а я то думал, что-то новое услышу. Ведьмой меня за глаза и дома звали. А еще снежной королевой. Я не очень эмоциональна и меня сложно вывести из себя. И чем сильнее я переживаю, тем меньше это проявляется, я как будто застываю с одним выражением лица. Зато я спокойная, вежливая и исполнительная, и во мне ценили именно это.

— Да, я знаю, — отмахнулась тетка. — Это семейное, и я это переживу.

Так я покинула отчий дом — хромая, с рукой на перевязи, с одним стареньким ридикюлем и магографией брата в кармане возле сердца.

Дорога до столицы заняла еще несколько дней и это время я смотрела в окно, всему удивлялась и расспрашивала тетушку и горничную, которая ехала с нами и помогала в дороге, обо всем на свете.

Они обе решили, что это потому что я из поместья никуда не выезжала, и охотно отвечали на мои вопросы.

Больше всего конечно, меня интересовали серверные княжества и предстоящий отбор.

— Ничего особенного, просто среди других девушек тебе надо представить нашу семью. Если все пройдет хорошо, то вернешься обратно и я устрою твою судьбу, — говорила тетя, отводя глаза.

А вот горничная Фрося (Вообще ее звали Фроскева, но девушка не была против, когда я сократила ее имя до более родного и привычного) прониклась и если ее хозяйки не оказывалось рядом, охотно делилась слухами:

— В прошлом году одному Стражу отбор устраивали, так никто из девиц назад не вернулся. Говорят, они их в жертву Стуже приносят. Люди видели, там скульптуры стоят ледяные, прямо в одежде замороженные и их видимо-невидимо.

— А что родня девиц, не всполошилась разве? — спрашивала я.

— Откупились, — отмахивалась служанка. — Края там богатые, у князей и золота, и драгоценностей сколько хочешь. И мех такой, которого больше нигде нет. У графинюшки нашей только опушечка на шапке из него, так граф все ругается, что можно было добавить чуть и коня взять, вот как!

Я кивала и показательно вздыхала, показывая, что горько жалею о своей участи, но не верила, что кто-то людей замораживает, чтобы парк скульптур устроить. И снова потихоньку принималась за расспросы:

— Не понимаю только, — говорила я, — зачем Стражам жен в лед превращать, если они женаты должны быть. Так ведь жен не напасешься.

Это мне тетушка поведала, что князьям жена положена по статусу, и у них есть право выбрать любую девушку, которая приглянется. И для этого для одного из них и организует данное мероприятие. А Фрося поделилась, что жена у него четвертая будет, поскольку первые три сгинули. Не иначе, как в статуи ледяные обратились.

Тетя про статуи промолчала, сказала, что люди все врут, а Фрося объяснила:

— Так варвары же, они испокон веков жертвы приносят Северу и Стуже. Они у них вроде богов.

И служанка же раскрыла мне планы тетки, если с отбора я все-таки вернусь. Засмотрелась как-то на меня в зеркало, пока помогала переодеваться (не потому что я неженка и сама не могла, исключительно из недействующей руки) и выдала:

— Красивая вы, госпожа, хоть и увечная. Надеюсь, Страж вас выберет.

— Неужели я так тебе надоела, Фрося, что ты мне смерти желаешь? — несколько оторопела я.

— Хозяйка вас замуж за Черного барона отдать хочет, граф ему дюже много денег должен. Про того точно все знают, что он двух жен до смерти забил. Ему даже в слуги никто по доброй воле не идет. А в Вальхейме у вас может и шанс будет, — поделилась девушка, глядя на меня с жалостью.

— А чего же король? — спросила я.

Мне услышанное представлялось как раз чистым варварством и узнать о том, какую на самом деле судьбу приготовила мне любезная родственница было, мягко говоря, неожиданно.

— А что король? Его Величество Черному барону денег должен, вот и молчит, делает вид, что не знает.

— Беда, — задумчиво протянула я, — тогда и правда лучше в лед.

Девушка вздохнула и кивнула, соглашаясь.

Мда, перспектива, однако, вырисовывается нерадостная...

Но по настоящему я удивилась, когда спросила служанку, зачем она мне все это рассказывает, ведь наверняка ее хозяйке это не понравится.

— Госпожа, вам все равно с собой служанку на отбор дадут. Хочу, чтобы вы меня взяли, — призналась девушка.

На мой взгляд логики тут не было никакой, поэтому уточнила: