Леся Рысёнок – Хозяйка поместья проклятого Дознавателя (страница 19)

Что делать, повели девицу по магам, по ведьмам. Те чего-то там поколдовали, вроде как заклятие сняли. Кто наложил, сказать не смогли, но девица хоть самоубийственные наклонности оставила. Вот только характер изменился до неузнаваемости. Стала она склочной, жадной и вообще с какой стороны ни глянь – везде гадина распоследняя. Еще и есть начала, как не в себя, и расползлась во все стороны. Доброты ей, это, понятно, тоже не прибавило. А мои слова тогда на рынке Арада, мать Люрты услышала и решила проверить. Она к тому времени всех, кого нашла из магов, обошла, но никто девчуле помочь не смог. Чего ей там Ратола нашептала, не знаю, но девица у нас осталась. Вспомнила Люрта все про любовь свою неудачную и не захотела возвращаться туда, где по соседству соперница с ее любимым живет.

Я бы вернулась хотя бы для того, чтобы космы подруженьке повырывать, но легко быть смелой, если это не тебя касается. А сама-то я, поджав хвост и теряя на бегу тапки и паспорт, аж до другого мира добежала. Ну и правильно, лучше так, ни один мужик того не стоит, чтоб за ним слезы лить! Пусть девица тут живет и Арику с Ратолой помогает, мне так спокойнее будет, когда уйду.

– … Дом хороший, богатый, но главное, там тебя искать даже не подумает никто и никогда, – продолжала тем временем бабка.

– Прости, баб Тол, отвлеклась я. Про какой дом ты говоришь?

– Дак говорю, место нашла я тебе для службы хорошее. В приличном доме на том берегу, там тебя искать не будут.

– А… – протянула я и замолчала.

Мысль надо было обдумать. То есть мне не на улицу идти, а в богатый дом? Это хорошо с одной стороны. С другой, мало ли, какие тут у местных олигархов закидоны. Власть имущие вообще народ неприятный и со странностями, а на том берегу именно их дома и особняки стоят. С воротами в два моих роста. Ну, как бы это не совсем то место, где бы я хотела оказаться… Но не в моем положении выделываться, останусь – бабку подставлю.

– А почему искать не будут? – спросила, напряженно обдумывая, какие еще есть варианты.

– Так кто же в своем уме в проклятый дом пойдет служить? Оттуда и слуги почти все разбежались. Даже сам хозяин уехал. А для тебя место самое подходящее, внутри почти никого нет, охрана исправная, всего в достатке. Стражи близко не подойдут, а за пару месяцев может и ведьму изловят уже. А что на доме проклятие, так они тебя не трогают, с нашего-то дома убрала ведь все. А если что не так пойдет, то вернуться тебе есть куда, тогда еще что-нибудь придумаем. А то, что сама в тот дом пойдешь, так подумают, что приезжая, могла не знать про проклятие, и не удивляться. Зато и рекомендации не спросят, им бы хоть кого-то найти, кто за домом смотреть будет, – увещевала меня бабуля.

– То есть в доме никого?

– Ну, не совсем никого, кто-то там все-таки остался, старый дворецкий так точно никуда не ушел, а слуг да, не осталось почти. Так что и иномироность твою проще будет в тайне сохранить.

– А дом на том берегу? Далеко от нас? – принялась уточнять. Все таки, как ни крути, а уходить надо, да. Но если не далеко, может, хоть огородами, да в гости прибегать смогу?

– Там не совсем дом… Скорее, поместье. Небольшое. И в стороне оно немного ото всех. У хозяина еще один дом есть, в городе, а это вроде как загородный особняк. Потому там и в обычное время редко кто бывает, а сейчас и подавно близко никто не подойдет.

– А что с ним не так?

В проклятия я не верила, потому как ничего такого тут не заметила. Говорю же – чистота залог здоровья, а они напридумывают себе страшилок и ходят дрожат от страха. Ладно, чужой мир, чужие правила, не мое дело. Больше огорчало, что особняк это далеко. Надеюсь, хоть не в глухом темном лесу, где волки водятся. Я их так-то боюсь. Наверное.

– Говорят, ведьма прокляла та же, что и господина королевского дознавателя. Но ты бы глянула, может, и брешут люди, а может и не страшно все. А я тебе полынных подушечек сложу в дорогу!

Бабка в отношении полыни была неумолима. Во дворе она у нас давно закончилась, так Ратола по аптекарям прошла и все у них скупила. И по прежнему полынь у нас была повсюду – от воды для умывания до супа. Мы, собственно, привыкли уже к легкой горчинке, постоянно присутствующей в нашей жизни. А чтоб удобнее было управляться с домашними делами, бабка полынь то в подушечки скручивала, то в веники собирала, то в пучки. Даже вехотки плести наловчилась. А я подумывала о том, чтобы их на рынок как инновационный нано-продукт выпустить. Надо только посмотреть, насколько они долговечны, и, если что, крапиву к ним добавить. А что? Хочет народ верить, что волшебная примочка или натирание вехоткой спасет их от проклятия, кто я такая, чтобы мешать им расстаться со своими деньгами? Тем более, что нам с бабкой еще за пансион Арика платить! Не отдавать же ребенка в муниципальный, вряд ли там ему дадут достойное инклюзивное образование. (Если тут вообще такое слово знают).

– Хорошо, баб Тола. Когда надо идти устраиваться на работу?

– Так завтра с утра и иди. Вот, адрес я записала тебе, дворецкий уже приехал, он завтра собеседование будет проводить с желающими. А я пойду тогда подушечки-то все-таки положу. И покушать соберу. Ох, девонька, ты уж возвращайся к нам, как будет возможность, – старуха все-таки расчувствовалась и принялась утирать слезы, прячась за суетой обыденных дел.

Да я бы и сама села, да в голос порыдала с чувством, толком, расстановкой, но некогда. Надо собирать вещи, чтобы завтра отправиться на новое место. И не стоит домашним нас с бабкой в подавленном состоянии видеть. Скажу Арику, что у меня командировка и велю заниматься со всем старанием. Чтоб не расслаблялся, вот! И красок пообещаю купить, если все буквы выучит!

Но, увы, стоило мне подняться в мою светличку, чтобы сложить свой скудный скарб в принесенный старухой подержанный саквояж, все опять пошло не так.

Глава 21. Новый работодатель

Окно моей светлички выходило во двор, но с высоты чердака была виднао и соседняя улица. Не знаю, что подвигло меня, чтобы бросить взгляд туда, но темная карета возле одного из домов показалась смутно знакомой. А уж когда я увидела, как стражники, не особо церемонясь, запихивают туда связанного обычной веревкой человека, то думать о чем-то еще не могла.

Они связали его веревкой! Не магией! То есть если меня повезут так же то удрать я уже не смогу. Жаль, что они тут все-таки не дурачки. Так то они вообще неплохие мужики, они пару раз приходили проверять, как наша ворожба идет, но как-то по-доброму все. А тут вот оно как…

Но арестовать меня снова я им возможности не дам! Быстро побросала в саквояж что под руку подвернулось, включая аптечку (не оставлять же улики против бабки) и, чмокнув на бегу Арика в макушку, а бабку в морщинистую щеку, бегом бросилась огородами на ту улицу, откуда карета уже уехала. Вряд ли стража вернется в дом, где только что забрала узника.

По указанному адресу добиралась с большой осторожностью, где-то ножками, где-то на перекладных, плутая по городу, если вдруг кто-то захочет меня выследить. Как говорится, если вы параноик, это не значит, что за вами не следят.

К большому дому, где завтра должно было состояться собеседование, я добралась затемно. Была мысль, остановиться на постоялом дворе, но на месте стражи я бы их все, как и доходные дома, первым делом взяла бы под контроль.

Дом мне не понравился. Вот вроде обычный, в череде похожих, но то, что с ним что-то не так, я ощущала кожей – у меня от одного взгляда на него мурашки побежали. Да даже в кольце на двери было что-то неприятное, будто оно грязью вымазано так, что даже в руки брать противно. Вроде приглядываешься – нет ничего, а ощущение, что коснешься – испачкаешься.

Хотя, скорее всего, я все себе придумала. Просто волнуюсь, на улице ночь, за мной по пятам, возможно, идут стражи, да и бабкины уверения, что дом “нехороший”, спокойствия не добавляют. Подавила малодушное желание сбежать подальше, приподняла двумя пальцами кольцо и отпустила. Оно с лязгом ударило по пластине так, что я вздрогнула. Казалось, что звук услышали все на улице и теперь смотрят в окна, кто такой странный пришел в проклятый дом?

А может под мостом не так уж плохо? Коллектор большой, всем места хватит…

Дверь распахнулась, и я натянула на лицо вымученную улыбку.

– Леди?

Импозантный мужчина в ливрее рассматривал меня с любопытством и ждал. Хорошо, что об одежде Ратола позаботилась заранее, она с каждой выручки покупала что-то, чтоб создать для меня нужный образ. По легенде я была небогатой приезжей девицей, ищущей службы в приличном доме. Ратола тщательно отнеслась к формированию образа, и у меня имелось все – от поношенных ботильонов и старого немаркого пальто, как у небогатых, но старающихся сохранить лицо особ, до шляпки и перчаток, которые носили представительницы аристократических сословий. И, как ни странно, переселенки.

– Добрый вечер. Я ищу работу, слышала, что сюда требуется управляющая.

Дворецкий пристально оглядел меня еще раз и распахнул передо мной дверь.

– Проходите, госпожа?..

– Хамфри. Софи Хамфри, к вашим услугам. Я недавно здесь, и мне сказали, что тут можно получить место, – я поспешила войти внутрь. Да, дом мне не нравился, но торчать на пороге, кожей ощущая на себе десятки взглядов, было еще неприятней.