Леся Флоги – Плейлист Сары (страница 19)
Марго задумалась. Обеспечить Сару плеером можно, только забрав плеер. А общаться с Луи можно и в тайне от Мелиссы. Тем более, когда она заберет плеер, то и его содержимое больше никто не сможет услышать. Собрав весь сумбур в своей кудрявой голове в окончательную мысль, Марго принялась писать ответ. Два слова, так тяжело поддающиеся написанию рукам.
Отправитель: Марго Браун
«Я согласна.»
Мелисса, получив то, что хотела, назначила Марго встречу этим вечером. Времени у Марго было до полуночи. Мелисса откинула назад свои светло-русые волосы и, в последний раз взглянув на сообщения круглыми, ярко накрашенными глазами, продолжила заниматься бытовым делами. Марго же, в свою очередь, до сих пор не могла прийти в себя. Почему она должна жертвовать дружбой, либо даже своей жизнью, лишь бы кому-то угодить? И правда, может, это и было ее забвение?
14 – Fleurie – Love and War
После минувшего матча Луи уже устал стрелять, как из лука, отказами в сторону своих коллег по команде. Парень не ожидал, что все так поменяется после одного забитого, решающего гола. Как раз этим вечером Джош и Дилан позвали Луи внепланово потренироваться на стадионе. Стрела отказа разбила на мелкие осколки очередное предложение. Предложения до сих пор наводили на парня большое удивление с непривычки. Но все эти сообщения, к сожалению, не приносили столько радости, как любая весточка от Марго. Но к еще большему сожалению, этих весточек давно не было. Луи прошерстил предложенные аккаунты в фейсбуке в надежде найти знакомый профиль, обыскал всех учеников на сайте, лишь бы отыскать хоть немного похожий на нее ник, но, увы. Все его попытки оказались напрасны. Луи уловил себя на том, что очень часто думает о кудрявой девушке. И ни одна мысль не обходилась без приятно разливающегося внизу живота чувства, похожего на несогласованный никем танец бабочек. Кажется, Луи впервые влюбился. По крайней мере, в фильмах и сериалах чувство любви описывали именно так. Но с Марго они давно не виделись, и, казалось, что уже ни один молочный коктейль не мог спасти их общение. Луи так и не нашел подходящего момента, чтобы взять у Марго номер телефона, а теперь сходил без нее с ума. Ведь их объединяла одна цель – помочь Луи сыграть в финале. И когда эта цель стала достигнута, то стремиться уже оказалось не к чему.
Все казалось до жути грустным и необратимым, пока Луи не вспомнил про плеер, который так и не вернул Марго. Он ошарашено подпрыгнул на кровати. И все бы хорошо, но парень забыл, где его в последний раз видел. Запустив пальцы в волосы цвета мокрой ржи, Луи приуныл. Его взгляд нахмурился, а извилины мозга напряженно пытались восстановить последние события жизни до мельчайших подробностей. Будет очень неприятно, если парень посеял где-то не принадлежащий ему предмет. И вряд ли Марго оценила бы такой поступок. Поэтому убежать от ответственности ему точно не удастся.
Стрелка настенных часов стремительно намеревалась перешагнуть за девять вечера, когда Марго написала Мелиссе на почту, что уже выдвигается. Но входная дверь в комнату, что поддалась легкой руке Элизабет, открылась во внутрь. Женщина поспешила проверить состояние своей дочери с чашечкой крепкого кофе в руках. От неожиданности Марго подпрыгнула на месте, чуть не роняя из рук свой ярко освещающий уставшее лицо телефон, словно ее уже застукали за побегом. Взор зеленых глаз мгновенно переместился на взволнованную, не менее уставшую женщину. Хоть она и не работала все эти дни, но достаточно загружала свою голову различными мыслями, выкуривая одиноко в тихой кухне по несколько сигарет за раз. Кофеварка, что ютилась на одной из деревянных резных тумб в кухне, не прекращала свои рабочие часы, так как женщина на пару с дочерью выпивала по три, а то и четыре чашки кофе в сутки, чтобы взбодрить мысли. К сожалению, ни сигареты, ни кофеин ей в этом не помогали. Казалось, волнение в материнском сердце не потушит ни одна из отвлекающих или расслабляющих привычек.
– Кофе? – тихим, нежным, будто лепестки садовых роз, голосом предложила Элизабет и посмотрела на Марго.
– Не откажусь, спасибо.
Марго проводила взглядом наполненную напитком кружку из рук матери до стола. Когда та с приглушенным звуком была поставлена на деревянный письменный стол, Элизабет продолжила:
– Готова к завтрашнему приему?
– Ну, у меня нет выбора, – усмехнулась Марго.
Элизабет пропустила теплую ухмылку в ответ и опустила взгляд.
– Надеюсь, ты понимаешь, что так всем будет лучше. В первую очередь тебе.
– Мне не будет лучше, если я до старости буду спиваться кофе и просиживать дыру задницей в своей кровати, – самоиронично парировала Марго и поспешила ухватиться ладонями за горячую кружку.
– Ты так и не обосновала свой поступок, – намекая на минувшую ночь, которую ее дочь провела с Луи, сказала женщина. – Конечно, я понимаю, что ты взрослеешь, что тебе уже хочется веселиться и общаться с мальчиками, но стоит об этом говорить мне.
Тон женщины стал более грубым, лепестки роз превратились в сухоцвет. Аккуратные, темные брови на лице изогнулись, вызывая на бледном лбу морщинки.
– Боже, мама, я с детства делю горшок только с мальчиками. И ты только сейчас об этом заговорила, серьезно? – возразила в ответ Марго и раскинула руки в стороны.
На экране телефона мелькнуло уведомление от Мелиссы, где простыми словами было сказано, что девушка вышла на место встречи. В уме Марго дала себе по лбу, так как ее планы нарушил внезапный визит матери, которая, как казалось, была заинтересована в нарастающей недомолвке и не собиралась уходить.
– Не отвлекайся, когда разговариваешь с матерью, – пригрозила женщина и потянулась забрать гаджет, но Марго вовремя отдернула руку.
– Я не отвлекаюсь. Я уже не маленькая. Почему все вечно сводится к ссорам?
– Я не намеренно это делаю, милая, – расслабившись, ответила Элизабет и вновь натянула физиономию огорчения. – Я просто переживаю за тебя.
– Переживать и ограждать от обычной подростковой жизни – разные вещи, мама!
– Жить обычной подростковой жизнью и быть подростком с расстройством личности – тоже разные вещи!
Женщина так быстро ответила, что сама не задумалась над тем, насколько слова прозвучали грубо из ее уст. Марго сглотнула от того, как сердце в груди неприятно ёкнуло. Она сама прекрасно понимала, что ее жизнь далека от типичной подростковой. Что жить и наслаждаться жизнью ей мешала Сара. Ведь с образованием второго, пассивного эго дни Марго потеряли яркие краски. Испытываемые чувства помутнели, словно спрятались за заляпанным стеклом. Воспоминания стали размыты. Марго порой было сложно вспомнить, чем она занималась десять минут назад, а коллекционировать яркие моменты жизни – тем более. Их отношения с матерью и друзьями заметно скатывались к фундаменту с вершины строящегося годами небоскреба из доверия, любви и гармонии.
В затылке заметно запульсировала боль. Марго прильнула к кружке с кофеином.
– Прости, это не очень хорошо с моей стороны, – сглотнув неприятный ком, поспешила добавить Элизабет, но все продолжала топтаться на месте, из-за чего ворсинки мягкого ковра приятно щекотали ее чувствительные стопы. – Я наоборот хочу помочь. Может, я что-то неправильно делаю, я просто уже так устала от всего, что происходит, Марго. Я тоже живу свою первую жизнь и иногда совершаю ошибки.
– Я верю, мам. Я тоже устала. Очень, – тихим, хриплым голосом ответила Марго и вытянула перемотанные свежими бинтами руки в сторону матери, приглашая в примирительные теплые объятия.
Элизабет незамедлительно прижала макушку дочери к своей груди. Ее аккуратная рука медленно и с заботой бродила между шелковистыми кудрями и поглаживала затылок, невесомо забирая пульсирующую боль себе. Марго уткнулась в теплое тело матери и сразу почувствовала всю любовь, что от него исходила. Медленно, но пульсация в затылке стала проходить, вернулась ясность сознания.
– Я люблю тебя, Марго.
– А я тебя люблю, мам, – полушепотом ответила девушка и почувствовала, как медленные, заботливые поглаживания прекратились.
Элизабет осторожно отстранилась от дочери, мягко улыбнулась ей и решила оставить ее на этот вечер отдыхать.
– Доброй ночи. Если что, знай, что всегда можешь мне довериться, – произнесла напоследок женщина, развернулась к двери, отчего в ее зеленых глазах заиграли искорки от настольной лампы, и поспешила покинуть комнату.
– Обязательно. Доброй ночи.
Марго вновь осталась одна. Поглаживания до сих пор невесомо ощущались на поверхности кожи головы, что вводило девушку в некий транс. Но из-за необходимой встречи с Мелиссой она была обязана покинуть свое нагретое место и поспешить одеваться. Конечно же, накинув на себя джинсовую куртку потеплее, Марго проверила через открытое окно, горит ли на нижнем этаже в доме свет. К счастью, на зеленой лужайке не отражались яркие, теплые огни от домашних ламп сквозь прозрачные стекла. Поэтому Марго принялась перелезать через подоконник. Путь был не самый легкий, но достаточно привычный. Пройдя по выступам в стене, держась за кайму холодной скользкой черепицы, она спрыгнула на крышу гаража, а затем почувствовала под ногами своих стоптанных кед мокрую после прошедшего дождя траву. Телефон вновь завибрировал.