Леся Белая – Ведьмин шов. Наследие (страница 1)
Леся Белая
Ведьмин шов. Наследие
– Для чего ты приходишь за лопатой?
– Уважаемый сэр Джон, ведь я просила Вас не задавать мне никаких вопросов, – улыбнулась принцесса Анна, взяла лопату и побежала в лес.
Начинало темнеть, и листва деревьев окрашивалась в бардовые тона. Принцесса уверенно продвигалась по тропинке вглубь леса. Чем дальше она заходила, тем теплее становилось вокруг. Услышав звонкое пение ручейка, Анна побежала в его сторону, захватив с собой стоящий на одном из валунов кувшин из чистого серебра, который уже давно по всему дворцу искала королева. Она поздоровалась с ручейком и стала набирать воду.
– Благодарю Вас! – сделала она реверанс и пошла дальше.
Впереди что-то замелькало, и Анна ускорила шаг. Стали доноситься вздохи и тоскливая песня: «Ах, почему же мне так одиноко? Ах, для чего мне дышать одному…»
– Здравствуйте, принцесса Анна, – вмиг преобразилось дерево с сияющей корой и тихо зазвенело листочками.
– Здравствуйте, Три! А я Вам родниковой воды принесла, – Анна, обходя дерево по кругу, принялась рыхлить лопатой землю, после чего полила волшебное дерево.
– Как же, однако, неудобно мое нынешнее положение, – вздохнуло дерево.
– Так! Немедленно прекращайте! Вы даже представить себе не можете, как приятно о Вас заботиться, Три! К тому же, для меня очень дорого время, которое мы проводим вместе, – Анна выпрямилась и улыбнулась, – теперь легче?
– Намного! Благодарю Вас, принцесса!
– А Вы похорошели, – снова улыбнулась Анна, – как будто взрослеете вместе со мной…
– Без Вашей помощи меня бы здесь уже не было, – вздохнуло дерево, – Но не будем о грустном! Вы готовы услышать новую сказку?
– Конечно! – принцесса Анна села у корней дерева, чуть приобняв его и закрыла глаза.
– Где-то далеко, за лесами и морями разрасталось пшеничное поле. Оно покрывало собой всё больше и больше земельных участков, пока не доросло до маленькой деревни. На окраине жил совсем старик-пахарь со своей женой. Жили они бедно, и детей у них не было. Ранним утром пошел пахарь к окраине деревни и увидел пшеничное поле с уже набухшими колосьями. Побежал он домой за серпом, взял мешок и вернулся к полю.
– Надо бы побольше собрать, пока кто-нибудь ещё не проснулся.
Кинул он мешок в сторону и принялся за работу. Много ли, мало собрал колосьев – не знает. Да вот только мешок уж больно тяжелым оказался.
– Пока хватит, – подумал пахарь, закинул мешок на плечо и только хотел пойти домой, как за спиной детский смех послышался.
Обернулся старик и видит – нет больше пшеничного поля, одна посохшая трава, да и только. Похлопал он себя по щекам – ничего не изменилось. Так и припустил домой. Добежал, в дом зашел и запер дверь на засов. Вдруг снова слышит детский смех за спиной. Не на шутку испугался, поставил мешок на лавку и медленно пошел к печи. Открыл дверцу осторожно – там угольки одни, а за спиной с грохотом упал на пол мешок и на весь дом детский плач раздался.
Прибежала жена с кухни, смотрит то на мужа, то на плачущий мешок.
– Ты кого приволок, Инрих?
– Сам не знаю, – поборов страх, подошел пахарь к мешку и развязал его. А оттуда свет, как от солнца! Глаза едва не ослепли у старика.
– Кто ты? – только и смог пробубнить пахарь, а в ответ снова раздался плач.
– Да это же ребенок! Девчушка! Откуда ты ее принес то? Чья она?
– Видать, из поля, – пахарь, встав на колени, взял на руки чудесную девчушку с длинными золотистыми волосами и зелеными глазами, – пшеничного.
Глаза женщины засветились счастьем. Она подошла к мужу, взяла из его рук девочку и начала ее обнимать и целовать. Немного придя в себя, пахарь взял в мешок – он был абсолютно пуст – ни одного зернышка, ни одного колоса.
– Все зерна слопала! – буркнул старик, глядя на счастливую жену и девчушку, которую она держала, – что же мы теперь есть то будем?
– Погляди-ка на него, Пшонка! – с улыбкой женщина повернула девочку лицом к мужу.
От сердитого вида пахаря малышка вдруг звонко расхохоталась, да так звонко! А старик почувствовал, как мешок в его руках начал тяжелеть. Опустил он глаза и видит, как появляются в нем пшеничные зерна, крупные, полные, одна к одной. Быстро смекнув, пахарь поставил мешок на пол и скривил страшную гримасу. Девочка расплакалась, а пшено в мешке стало убывать.
– Что ты вытворяешь, Инрих? Зачем малышку пугать? – женщина прижала девочку к себе и стала петь и танцевать с ней.
Конечно-же, малышка повеселела. А, когда она начала смеяться, в мешке снова стало прибывать зерно.
– Пшонка! Шоночка, – заулыбался старик и счастливо захлопал в ладоши, – так и будем тебя звать, наша кормилица!
Стоит ли рассказывать о том, как семья пахаря, благодаря найденышу Пшоночке, не только от голода спаслась, но и всю деревню выкормила? А потом толковые люди стали собирать зерно и ходить в ближайший порт, обменивая пшеницу на яства заморские. Вскоре и деревня стала небольшим городком. Взрослела Шонка, краше и краше становилась. И вот, однажды…
Где-то в лесу, ближе к окраине, послышался лай и позывные царских стражей.
– Как же мне хочется услышать о том, что было дальше!
– Бегите, принцесса! Всё успеется.
Анна подняла свою накидку и накрыла ей светящееся дерево, пожелав самой сказочной ночи, и со свистом побежала в сторону дворца. Собаки, услышав знакомый свист, ринулись за принцессой, уводя стражей от дерева.
Когда принцесса почти добежала до дворца, поднимаясь по каменному мосту, она споткнулась. Бортик моста не выдержал резкого удара и осыпался, а Анна камнем полетела вниз. Всё бы обошлось! Но только речка под мостом пересохла, и принцесса упала на голые камни…
Лето выдалось жарким и к началу осени почти все водоёмы в королевстве пересохли, как и речка с кристально чистой водой, кольцом огибающая сады вокруг дворца. Именно эта речка могла бы сейчас спасти жизнь юной принцессы, упавшей со старого моста, но последним, что почувствовала Анна, стали уже остывшие за вечер камни. К счастью, собаки сразу привели стражей к мосту и принцессу успели принести во дворец вовремя. Осматривая Анну, королевский лекарь заметил светящуюся веточку в её волосах, которая погасла сразу, как принцесса оказалась в своей постели.
– Что с моей дочерью? Почему Вы постоянно крутите свою бороду и не пускаете нас в покои?
– Это даже может быть…
– Что может быть? – король уже совершенно ничего не понимал, отчего волновался ещё сильнее.
– Вполне. Да-да! Это должно быть где-то, – лекарь убежал в библиотеку и через несколько минут вернулся с двумя огромными книгами, – не беспокойте!
Громко хлопнула дверь, за которой что-то происходило, а может, не происходило ничего.
– Тебе принести травяного чаю? – тихо спросила королева мужа.
– Да, пожалуй…
Королева робко коснулась пальцами руки короля и бесшумно ушла. На кухне никого не оказалось, видимо, все спали. Элеонора взяла чайник, набрала в него воду и поставила на огонь. Покопавшись в различных мешочках, она нашла успокаивающие травы и заварила их. Проходя мимо окна, краем глаза, королева заметила картину, прикрытую несколькими поваренными книгами. Поставив поднос с чаем на стул, она осторожно вынула картину. Это был портрет Анны, когда ей исполнилось десять лет – счастливая, она летела прямо в небеса, едва держась за края качелей.
Разглядывая черты любимой дочери, королева отчётливо услышала её звонкий смех и вспомнила юношу, что работал тогда на кухне и сделал эти качели. Она вытащила картину из рамы и, свернув, спрятала в подол платья.
– Прости, что так долго, – Элеонора налила чай в чашку из тонкого фарфора и подала её королю, – Кристиан? Есть новости о здоровье Анны?
Король не ответил.
Королева села рядом, смотря на закрытые двери, прислушиваясь к шелесту страниц и шёпоту, доносящемуся из глубины комнаты принцессы. Иногда ей казалось, что слышно было даже дыхание дочери.
Стало светать.
Король Кристиан, под действием чая, крепко спал на коленях Элеоноры, которая так и не сомкнула глаз, пытаясь, по шёпоту лекаря, различить симптомы, способы лечения, летальный исход, чудо, ошибочный диагноз, предположения и ещё много всего, что злобно скрывал от неё шелест старых пыльных страниц.
Где-то внизу начали суетиться слуги, готовя завтрак и даже не подозревая, что весь труд окажется напрасным. Сначала они обрадуются, узнав, что сами смогут отзавтракать королевскими яствами, но, дослушав от стражей ночную историю, аппетита лишатся и они. Гончие и сторожевые псы? Кажется, даже им теперь не до вкусного завтрака…
Несколько быстрых шагов. Это лекарь! С решением! Королева с надеждой смотрела на ручку двери. Почему он остановился? Открыл.
– Ваше величество, – он посмотрел в покрасневшие, но не потерявшие своей прелести, глаза и не мог произнести ни слова, боясь причинить ещё больше боли.
– Что?
– Книги всегда были и хранителями, и советниками, и лекарями. Но сейчас они ничтожны и мертвы…
– Помогите мне отвести короля в покои, – Элеонора опустила глаза и не поднимала их, пока лекарь не вышел из королевской спальни, закрыв дверь, – Что же нам теперь делать, мой дорогой Кристиан?
Она легла рядом с королём, бережно взяв его сильную руку и прислонив к своим губам.
– Моя милая девочка, – кончиками пальцев перебирая волнистые каштановые волосы.