Лесса Каури – Пять сердец Сопряжения. Том 2 (страница 14)

– Зара, огромное спасибо за все! – громко сказала Изабелла, спеша отогнать невеселые мысли. – Мы обязательно увидимся еще раз, если на то будет воля Спасителя!

Тайерхожка следила за сборами с непонятным выражением лица.

– Когда туманки перестанут быть вам нужны, бросьте их в лесу, – спохватившись, велела она. – Дерчи потом найдут их и вернут сюда. Доброго пути!

Птицеящеры дружно, словно по команде, запрыгали, оттолкнулись от земли и взмыли в воздух.

– А куда мы летим? – закричал Рианон.

Белка только плечами пожала. Дерчам виднее. Она с удовольствием оказалась бы где угодно, лишь бы ее не донимали мысли о виновности или невиновности Монти! Уже привычно пробормотав: «Будь ты проклят, Демпси Монтегю!», кальмеранка залюбовалась Тэльфоллером, несмотря на то, что встречный ветер выбивал слезы. Он раскинулся внизу: величественный серо-зеленый мир в прожилках рек и речушек. Его озера казались хаотично рассыпавшимися бирюзовыми бусинами, а древесные кроны – океанскими валами, неспешно катящими к горизонту. Лаконичная палитра естественных цветов и суровая красота были Белке по душе. Мысль провести здесь отпуск обрела твердую категорию мечты и развлекала Изабеллу до тех пор, пока птицеящеры не начали снижение.

Дерчи приземлились в лесном массиве близь одиноко стоящей горы, на вершине которой белел снег. Вечерело, но до самого горизонта не было видно ни огонька. Дикие, свободные земли…

– Что это за место? – спросила Изабелла у Уолли, когда птицеящеры, дружно поворчав на прощание, улетели.

– Уснувший вулкан Ольгертваал, – пояснил тайерхог. – Высота около четырех тысяч метров, диаметр кратера сто пятьдесят метров.

– Вот ты прямо ее сразу узнал, да? – восхитился Рианон, разминая затекшие от долгого полета ноги.

– Прежде чем штурмовать горы других миров, я облазил свои, – улыбнулся Уолли и подхватил рюкзак. – Предлагаю подняться по склону – там должны быть пещеры или расщелины, где можно укрыться и развести костер. Да и наблюдать сверху удобнее.

Расщелина, действительно, нашлась – под нависающей скалой, с дном, покрытым мелкими камнями. Риан занялся костром, а Уоллер принялся стаскивать с себя одежду.

– Поохочусь, – пояснил он на вопросительный взгляд Изабеллы. – Заодно осмотрю окрестности.

Через несколько минут черный зверь растворился в темноте.

– Белка, можно спросить?

ТаТерон подал ей кружку с уже подогревшимся на костре морсом и присел рядом.

Изабелла с удовольствием отпила ароматный напиток – в сложившейся ситуации простые радости заиграли по-новому. В последнее время ей все больше мерещилось, что в ее жизни что-то неуловимо меняется, готовится к фатальному повороту. И в этот час, под звездным небом Тэльфоллера, среди ночной тишины, это ощущение стало просто оглушительным. Наверное поэтому морс, приготовленный Зарой, казался таким вкусным.

– Спрашивай, Риан.

– Ты думаешь Монтегю – предатель?

Ее глаза полыхнули яростью, но он успокаивающе добавил:

– Позволь, я поясню, как сам отношусь к этому – я в это не верю.

– Почему? Все факты против него!

– Не нахожу мотива.

– Если ты не знаешь о мотиве, это не значит, что его нет! – воскликнула Изабелла: не его пыталась убедить – себя.

– Пусть так, – согласился Риан. – В любом случае, причину происходящего следует искать в прошлом. Ты знаешь, из-за чего Монти покинул звено?

– Он просто ушел, – устало сказала она. – Не только из звена, из моей жизни тоже… Для меня тогда небо рухнуло на землю, и если бы не ребята, не знаю, как бы я справилась!

– Даже так, – качнул головой фриммец. – Сочувствую, Изабелла! А что произошло между Монти и Уоллером? Они враждуют.

– Я этого не знаю, но это вполне может быть мотивом, – горько усмехнулась Изабелла и поднялась. – Пойду, посплю. Сменю тебя через два часа.

ТаТерон отсалютовал ей кружкой.

Кальмеранка тщетно пыталась уснуть, разглядывая каменную стену расщелины, на которой танцевали отблески костра. Без привычной тяжести планера – на пальце ли, на запястье, – было неуютно, словно без какой-то важной части тела. Неожиданно подумалось о Франсуазе. Герцогиня, наверное, с ума сходит, пытаясь связаться с Изабеллой. Даже если Джей солгал ей, сказав, что она на задании – для нее и это будет поводом для беспокойства. И выставка… Чудесная задумка объединить в одной галерее несколько самых глубоких и таинственных работ Наймиса Роуза! Как-то она состоится без хозяйки галереи? Справится ли Филипп Говард?

Мысли теснились в голове, мешая уснуть, но Белка была им благодарна, потому что почти не думала о Демпси Монтегю.

Через два дня, в течение которых они не оставались на одном месте надолго, перемещаясь в отрогах Ольгертваала, способность к рекурсии, действительно, начала возвращаться. Первым «пострадал» Уолли: протянул руку к Риану, принимая от него кружку с морсом, но рука исчезла, словно провалилась куда-то. Ошарашенный тайерхог вскочил, испуганный фриммец выронил кружку и вскрикнул – ошпарился. Изабелле пришлось оказать ему медицинскую помощь, попутно вспоминая, как впервые рекурсировал Анджей. Спустя сутки ТаТерону удалось переместиться на шаг в сторону, однако это потребовало столько сил, что он упал на землю, задыхаясь, как выброшенная на берег рыба.

– Не нравится мне это все, – ворчал Виллерфоллер, сидя тем же вечером спина к спине с Изабеллой. Костер решили не разжигать, тем более что шкала аккумуляторов в туманках сменила цвет с зеленого на желтый. – Вообще вся ситуация абсурдна! Начиная от этих проклятых записок, написанных на разных языках, разным почерком, да еще и на разных носителях, и заканчивая нашим вынужденным бездельем. У меня стойкое ощущение, что тот, кто с нами играет, делает это не по правилам, не соблюдает логику, точнее, соблюдает какую-то свою логику, которую нам не понять. Так хищники играют с добычей, которую в любой момент можно прибить, но интереснее, когда она сопротивляется, полудохлая.

– Фу! – из темноты вышел Рианон, отходивший «в кустики». – Уоллер, опусти подробности, хотя, вынужден признать, что, к сожалению, ты прав. Вопрос в том, кто хищник?

– Каждый охотник желает знать, где сидит фазан… – пробормотала кальмеранка. – В нашем случает наоборот – фазаны гадают, где охотник.

– Кто такой фазан? – заинтересовался фриммец.

– Птица с Земли. В этой фразе зашифрованы…

Что кроется за первой буквой каждого слова Белка сказать не успела, потому что земля задрожала, да так сильно, что ТаТерон покатился вниз по склону. Раздался гул, сменившийся ревом. Изабелла машинально попыталась рекурсировать, и пространство немного прогнулось. Раздался шорох, как от дождя – это сверху начали падать камешки и камни.

– Да что ж такое! – взревел Виллерфоллер. Когда Риан упал, он прыгнул следом и сейчас помогал ему подняться. – Взбирайтесь мне на спину, быстро!

Изабелла еще не успела поймать брошенную им перевязь с дистанционниками, как черный зверь уже оглядывался на людей, торопя взглядом. Свою туманку он держал в зубах. Кальмеранка и фриммец похватали рюкзаки и вскочили на его широкую спину. Тайерхог припустил вниз по склону огромными прыжками. Белка, изо всех сил обнимая мощную шею зверя, оглянулась. На вершине горы больше не было снега: в клубах черного дыма злыми глазами светились огненные искры. Ольгертваал проснулся.

Тайерхог бежал до тех пор, пока под лапами не ослабела дрожь земли, и лишь тогда остановился, безмолвно призывая седоков спешиться.

– Ты опять голый, – отдышавшись, констатировала Изабелла, когда он перекинулся и принялся рыться в своем рюкзаке. – Что будем делать?

– С извержением или с тем, что он голый? – уточнил Риан.

Изабелла покосилась на фриммца. Его красные глаза азартно посверкивали – похоже, опасные приключения пришлись ему по душе. И в очередной раз подумала, что Джей был прав, когда рекомендовал ТаТерона в их звено.

– Вот! – Уолли торжествующе потряс свертком. – Зара – славная девочка! – положила мне запасной комплект одежды.

– Это что, забота? – изумился Риан.

Тайерхог торопливо натягивал брезентовые штаны, которые оказались ему коротки, безразмерную футболку, плотную куртку с капюшоном и походные ботинки.

– Похоже, я значительно проредил гардероб бедняги Дорфоллера, – хохотнул он, оглядев себя: из штанин торчали щиколотки, рукава не прикрывали запястья, а куртка не сходилась на груди.

– Вряд ли он будет доволен, когда узнает, что его женщина отдала его же одежду какому-то проходимцу, – с иронией заметила Белка, поглядывая на вулкан, вершину и верхнюю часть склонов которого полностью скрыла дымовая завеса.

– С чего ты взяла, что Крифоллер – его женщина? – изумился тайерхог. – Она так же свободна, как и ты!

– Ты же сам ее все время по этому поводу подкалывал! – воскликнул фриммец. – Насчет согласия родителей и так далее…

– Ну, так она отвечала тем же, – довольно осклабился Уоллер. – Умную женщину исключительно приятно выводить из себя!

– Белка, мне кажется, или у них это взаимное? – Рианон вопросительно посмотрел на Изабеллу. Его глаза смеялись.

– Стоп, Уолли! – возмутилась она. – Ты с самого начала знал, что Зара – не пара Вафа Дорфоллера?

– Конечно, знал, – возмутился в ответ тайерхог и постучал себя по кончику носа. – На ней нет его запаха. Они просто друзья и единомышленники.

– Тогда какого дьявола ты доставал ее?!