Лесли Вульф – Послание смерти (страница 45)

— Есть кое-что, но я пока не уверена ни в чем.

— Поделись, — сказал Фраделла, появляясь из-за спины Тесс.

— Насколько мне известно, подобное нарастание насилия у преступных групп возникает в двух случаях. В одном это происходит при потере динамики, связи внутри группы ослабляются, приближается ее распад. Часто распад сопровождается убийством одного из членов группы после короткого взрыва насилия. В другом, более редком случае появляются жертвы, бросающие вызов похитителям, они делают все, чтобы разозлить их, и тем самым вызывают новую реакцию. Не исключено, что Кэтрин спровоцировала их.

— Зачем? — спросил молодой детектив.

Его вопрос вызвал у Тесс целую волну воспоминаний, настолько болезненных, что она едва устояла на ногах.

— Чтобы скорее умереть, покончить с кошмаром, — сказала она, тяжело дыша под действием эмоций. — доктор Нельсон была образованной женщиной, хорошо понимавшей, в какую ситуацию попала. Это, а также гнев и суицидальные мысли, вызванные отказом от амфетамина, могли подтолкнуть ее к тому, чтобы насмешками спровоцировать преступников положить конец ее мучениям.

— Да, но они все-таки забрали Стейси Родригес, перед тем как убить Кэтрин. Решение не было чисто импульсивным, — констатировал Фраделла.

— Несомненно, — ответила Тесс. — Для этих преступников почему-то совершенно необходимо пару дней держать вместе двух женщин. У меня было плохое предчувствие, когда они похитили Стейси раньше, чем мы рассчитывали, но я надеялась, что ошибаюсь. Я полагала, что у нас еще есть время, чтобы спасти Кэтрин.

Она поднялась на вторую ступеньку подножки и забралась внутрь «скорой». Протиснувшись мимо доктора Риццы, она подошла к изголовью носилок, на которых лежала Кэтрин. Тесс принялась внимательно рассматривать распростертое перед ней тело молодой женщины. Синяки и ссадины на шее в тех местах, где полудюймовая веревка оставляла многочисленные царапины и волдыри, пока Кэтрин еще дышала. Потом веревка передавила ей трахею и положила конец ее жизни. Слизистая оболочка глаз и даже веки покрыты сеткой точечных кровоизлияний. На прекрасном лице остались следы от избиений, как и на руках, за которые ее грубо тащили. Глубокие раны от связывания на запястьях и голенях свидетельствовали об отчаянном и долгом сопротивлении. Тесс дотронулась до руки Кэтрин и прошептала:

— Прости.

И почувствовала, как Рицца слегка сжал ей плечо своей теплой ладонью.

— Ты поймаешь их, Тесс. Если кто и способен их поймать, так это ты.

Эмоции все еще душили ее, она отвернулась, не желая, чтобы остальные видели ее в момент слабости. К машине «скорой помощи» приближался Мичовски. Тесс спустилась ему навстречу.

— Пожалуйста, Гэри, скажи мне, что у нас есть его изображение.

— Есть, но плохого качества. Мы видим мужчину в черном капюшоне, который вылезает из «скорой» и уходит прочь. А потом теряется на территории кампуса и исчезает из поля обзора камеры.

— Обручальные кольца так нигде и не всплыли, ни в каких ломбардах?

— Нет, нигде никаких следов, — сдержанно ответил Мичовски.

Тесс взглянула на него:

— Ты проверял?

— Проверял, Тесс. Я знаю свое дело.

— Ну, со всей очевидностью, не знаешь, — огрызнулась она. — И я не знаю. По крайней мере, до тех пор, пока они на свободе, убивают и насилуют, сколько им хочется, и никто их не может остановить.

Детектив поджал губы, но промолчал.

— Этому нужно положить конец, — сказала Тесс, в ярости скрипнув зубами. — Просто нужно положить конец. Сколько можно? Сколько еще женщин погибнут, прежде чем мы остановим этих мерзавцев?

Доктор Рицца дотронулся до ее руки:

— Тебе надо отдохнуть. Ты только что из больницы и целый день на ногах. Это уже слишком. Поезжай домой и отдохни.

— Нет, — холодно ответила Тесс. — Я еду в участок. Переберу всю информацию по крупице, а потом пройдусь по всему еще раз и еще — столько, сколько понадобится. Мы что-то упустили. Никто не совершенен до такой степени, черт возьми.

На какое-то время повисло молчание, но от этого ей не полегчало. Будь она была покрепче, то пнула бы что-нибудь или шарахнула кулаком по стене.

— Я с тобой, — предложил Фраделла. — Мы вместе перепроверим улики.

— Я тоже с вами, — вызвался Мичовски.

Тесс не сводила глаз с больницы. В возвышавшемся над ними основном корпусе светились почти все окна. Вечер только начинался, больница гудела, как улей. Агент Уиннет все еще ощущала энергетику этого места, где провела почти целую неделю.

Ее не покидало чувство, что больница играет важную роль в этом расследовании, хотя она и не могла понять какую. Да, Кэтрин Нельсон работала здесь врачом, но другие жертвы не имели к лечебному заведению никакого отношения. Интуиция подсказала ей проверить мужа Мелиссы, но это оказалось пустышкой. То, что убийца подбросил убитую Кэтрин к больнице, также не имело значения: он всегда оставлял тела жертв там, откуда их похитил. Тогда что?.. Они уже пытались установить связь больницы со всем происходящим, но ничего не обнаружили.

Нет, эффективнее будет погадать на кофейной гуще! Тесс решительно направилась к машине. Если это что-то важное, она поймет, но сначала нужно подкрепиться остывшим кофе.

— Ты едешь? — спросила она Фраделлу, и тот бросился ее догонять. Вслед за ним устремился Мичовски, но Тесс остановила его:

— Слушай, я хочу, чтобы ты нашел того доктора, с которым тайно встречалась Кэтрин. Посмотри, что тут можно сделать.

— Постараюсь. Как ты думаешь, сколько времени еще есть у Стейси, если вспомнить, чем обернулось дело с Кэтрин?

Вот он, очевидный вопрос, которого она больше всего боялась.

— Не знаю, — сухо ответила Тесс. — Просто понятия не имею.

48. Пробуждение

Мелисса открыла глаза и сразу зажмурилась. У нее кружилась голова, она не могла понять, что происходит. Бессмыслица какая-то. Она чувствовала, что лежит на холодном полу. Снова приоткрыла глаза, стараясь привыкнуть к слепящему сиянию флуоресцентных ламп.

Потом она заметила, что рядом, подогнув под себя ноги, сидит, дрожа всем телом и обхватив себя руками, молодая женщина. Ее красные воспаленные глаза смотрели на Мелиссу с бесконечной печалью. Несмотря на синяки, покрывавшие бледное лицо, женщина эта показалась Мелиссе знакомой.

— Кто… вы такая? — спросила Мелисса. В горле у нее пересохло. — Где я, черт возьми?

Женщина молчала, кусая губы. Взгляд ее блуждал, по щеке, оставляя след на макияже, скатилась слеза.

Мелисса поднялась и осмотрела помещение, в котором очутилась. Мрачно. Голые стены, массивная дверь, импровизированная душевая кабинка в углу, темное окно. Изнутри, выворачивая душу, поднялась черная волна паники. Непроизвольно Мелисса резко выдохнула. Ее затошнило, словно от удара под дых. Ей хотелось завопить что есть мочи. Но она, пытаясь преодолеть парализующий страх, медленно, преодолевая спазм гортани, набрала воздуха в легкие.

А потом узнала свою соседку, от чего стало только хуже. Мелисса вспомнила, как та гордо шла по парковке торгового центра, а Дерек пожирал взглядом изгибы ее фигуры и поразительные глаза. Тогда она решила, что хуже этого ничего быть не может, однако позже увидела это же поразительно красивое, незабываемое лицо в папке специального агента Уиннет. На цветной фотографии, подписанной черным маркером.

— Я… знаю, кто ты, — сказала Мелисса, хватая женщину за руку, да так сильно, что та застонала и отпрянула. — Ты Стейси… Стейси Родригес.

— Откуда ты знаешь? — спросила она. — Откуда тебе это вообще может быть известно?

— Федералы… они тебя ищут. Они повсюду ищут тебя.

Стейси сцепила пальцы и принялась раскачиваться из стороны в сторону. Из закрытых глаз полились слезы.

— Слишком поздно, — прошептала она.

— О боже, — произнесла Мелисса, как только до нее дошло, что будет дальше. — Это значит… Мы должны выбраться отсюда, — сказала она, внезапно припомнив все, что слышала в палате Тесс. Всех похищенных женщин насиловали и душили веревкой. Времени у них было совсем немного.

Мелисса вскочила и бросилась к двери. Подергала ручку, но тяжелая дверь не поддавалась. Задыхаясь от отчаяния, она изо всех сил колотила по ней, пока могла стоять на ногах. Потом перешла к темному окну и попыталась его разбить.

— Не стоит привлекать их внимание, — умоляла ее Стейси. — Пожалуйста, прекрати. Ты только делаешь хуже.

— Ты не понимаешь, — ответила Мелисса. — Если мы не выберемся отсюда, тебя… — она запнулась, осознав, что именно собиралась сказать.

— Я в курсе, — ответила Стейси. — Я тут не первый день. Когда я сюда попала, Кэтрин еще была жива.

— Так ты ее знаешь?

— Да… Но ее больше нет. Они убили ее вчера вечером. Я все видела, — прошептала Стейси. Она говорила с закрытыми глазами, словно пыталась уйти в себя и спрятаться там, подальше от их ужасной тюрьмы. — Может, у тебя и есть несколько дней в запасе, но меня убьют сегодня или завтра. Я помню… как все было с ней, с Кэтрин.

У Мелиссы подкосились колени. Она присела на край кровати и плотно сжала губы, чтобы не закричать. Мысль, что никогда больше ей не увидеть сына, разрывала сердце. Мелисса отчаянно гнала ее от себя, но, не выдержав, зарыдала.

Обессилев от слез, она замолчала и тут же ощутила, как подступает новая волна паники. Неужели Дерек имеет ко всему этому отношение, неужели самые худшие ее кошмары оживают? Может ли он состоять в том, что Тесс называет «преступной группой»?