Лесли Бэнкс – Миньон (страница 22)

– К западу на Уилшир к Ла-Бри, – приказала она, не открывая глаз. Машина свернула и поехала. Ковбой давил на газ, и все равно было медленно. – Поживее!

– Map, Шабазз, Джей Эл, говорит Ковбой. У нас возникли осложнения.

– Говори, – приказал Шабазз напряженным голосом.

– Наша истребительница... с ней что-то происходит. Какие-то странные изменения. Сечете?

– Где вы? – заорала Марлен. – Ковбой, отвечай! Что там у вас?

– Я их нашел, – быстро сказал Джей Эл. – Уилшир, в китайском квартале.

– Map, она раскачивается и вся горит. – Ковбой оглянулся на Дамали, потом снова устремил взгляд на дорогу и прибавил скорость. – Выскочила из джипа – я не успел ее остановить, побежала в глухой переулок, вытащив "Изиду", как, блин, самурай какой-нибудь, и троих уложила сама.

– Жажда крови, – тихо сказал Шабазз. – А ну-ка вези ее сюда.

– Быстро! – с нескрываемым страхом в голосе добавила Марлен.

– Иди к чертям, Марлен! – Дамали очнулась от забытья и дернула руль, заставив Ковбоя вильнуть. – Я ему сердце на хрен вырежу, если он не пойдет по этому следу.

– Гм... – произнес Ковбой неуверенно. – Вы слышали эту леди, ребята. Я не буду спорить с ней и с "Мадам Изидой". Так что план меняется.

– Дамали, детка, послушай меня, – заворковала Марлен убедительно. – Вернись домой. Ты не понимаешь, что с тобой творится.

Дамали запрокинула голову. Что-то у неб внутри закипело, непонятный жар породил звук и исторг боевой клич из ее уст. Этот первобытный вопль отдался в тесноте салона. Ковбой вильнул, держа скорость восемьдесят миль в час, и вывернул на двух колесах на бульвар Венеции.

Глаза его метнулись к пистолету, но Дамали перехватила его взгляд.

– Даже и не думай, – предупредила она. – Только тронь его – и ты без руки.

– Слышите, ребята? Слышите, что она несет? Что за фигня, парни? Она обращается или что? Я везу вампа, или просто наша девушка на грани срыва? Объясните, черт бы вас всех побрал, поживее!

Взгляд Ковбоя метался между рацией, дорогой и Дамали.

– Это первая фаза, – ответил Шабазз, овладев своим голосом. – Подготовка к битве. Оставайся с ней, Ковбой. Джей Эл, дай мне звуковую связь с Майком.

– Давно пора, – произнес Ковбой, глядя, как Дамали, закрыв глаза, снова начала качаться. – Найдите этого здоровенного лентяя и скажите, что мне нужна помощь, блин! Мы сейчас выезжаем на фривей Санта-Моника – к западу.

– Держи на запад, – быстро сказала Дамали. – Не теряй направления.

– Сестренка, – раздался голос Большого Майка. – Надо бы домой.

Она не услышала. Образы, картины в голове разрывали серое вещество мозга. Повсюду кровь. Спальня. Мужчина. Зеркала. Полиция. Сера. Черная пещера. Женские глаза. Шипение. Волны. Берег. Потом она увидела Карлоса, и ее чуть не вырвало. Рот обволокло густой соленой жижей, рука закрыла губы, и Дамали подавила в себе это ощущение.

– Ребята, ее сейчас стошнит в машине. Плохой вид у нашей девочки.

– Детка! – позвала Марлен. – Детка, ответь мне! Скажи, как ты себя чувствуешь.

– Хреново, – ответила Дамали, шумно глотнув слюну, потом задышав коротко и резко. – Вся горю. Не могу избавиться от этой вони в ноздрях. И кожа у меня – она не моя. Берег. Это на берегу. Под пирсом. Только это дом или что-то такое. Слышу, как шипит. – Ее затошнило так, что она замолчала, откинулась назад, глубоко и трудно дыша, вытирая лоб рукой. – Я вырежу глотку этой гадине! Пятеро наших плюс еще Хосе – Ди Ди? Я ей кишки выпущу!

– Ковбой, она учуяла запах раньше тебя?

Вопрос Шабазза прозвучал очень быстро и очень требовательно.

– Ты спросил, я теперь вспомнил – да. – Ковбой глянул на Дамали и тут же снова стал смотреть на дорожные знаки.

– Она становится сильнее.

– Еще бы!

– Ковбой, остынь. Включи мобильный передатчик, чтобы мы оставались с вами.

Ковбой подчинился. Дамали снова задергалась на сиденье, завопила.

– Ребята, не прерывайте связь, слышите? – потребовал Ковбой. – У меня тут происходит такое, чего мы никогда не видели. Понятно вам?

– Ты, в общем, вне опасности, пока не встанешь у нее на пути во время ее охоты, – объяснил Шабазз. – Не вставай между ней и ее добычей. Стой рядом, прикрывай ей спину – и себе тоже, но не пытайся завалить ее добычу. Закон природы в полном действии.

– Второй раз мне это повторять не придется, брат.

– Вот что, Ковбой, – заговорил Майк. – У нее сейчас слух, обоняние, тактические способности – все перегружено. Не трогай ее, потому что реакция у нее мгновенная. Она – как граната с выдернутой чекой.

– Передо мной девушка, которая только что всадила клинок в стальной пол джипа на два дюйма, будто нож в масло, а в другой руке у нее трехгранный кинжал, и вы мне советуете не трогать ее и прикрыть со спины? Спасибо, ребята.

– Ковбой, мне оставить Хосе и ехать к тебе на помощь, брат?

Долгую секунду в рации не слышалось голосов ни одного из стражей.

– Нет, – ответил медленно Ковбой, все так же краем глаза поглядывая на Дамали. – Его оставлять одного нельзя. Просто я нервничаю, парни. Она не слишком хорошо выглядит.

– Майк, держи свой пост возле Хосе, – велел Шабазз, помолчав. – Если ему станет лучше, привези его утром – ночью не езди. Здесь, сверху, что-то творится прямо сейчас.

Джей Эл глянул на мониторы, потом на Марлен и Шабазза. Они оба кивнули.

– Никому из вас, ребята, ночью сейчас лучше не ездить, – сказал Джей Эл сдавленно. – Тут очень жарко. Ковбой, если ты сможешь привезти домой Дамали, а Майк – остаться на месте, может быть, нам всех удастся доставить домой живыми.

– Понял, – кивнул Майк. Он поднял глаза на вошедшую сестру. Когда она открыла рот, чтобы сообщить, что часы посещения истекли, он встал. – Это мой брат. Я не уйду, пока он здесь. А теперь занимайтесь своим делом. Или вы хотите быть той, кто позовет против меня охранников?

Он так и остался стоять, пока сестра проверила у Хосе пульс и капельницу и поспешно вышла.

– Как там Хосе? – спросила Марлен.

– Спит. Обезвоживание проходит. Цвет кожи нормализуется. С виду ничего.

– Эй, люди! Мы подъезжаем к пирсу. Не хотите ли вернуться к наиболее срочным вопросам?

– Не мешай ей резвиться, – приказал Шабазз. – Когда она выдохнется и перегорит к утру, тогда поговорим. Сейчас у тебя одна задача: привезти ее обратно живую – и нетронутую. Вложи в ухо наушник и включи микрофон, чтобы мы не потеряли с вами связь.

Ковбой еще не успел остановить машину, как Дамали выпрыгнула наружу, выхватывая меч. Она тут же пустилась бегом, ноги ее легко поглощали расстояние – такой свободы она не испытывала прежде никогда. Цемент сменился деревом, потом песком, и дреды поднялись у нее над плечами, соленый бриз бил на бегу в лицо. Жизнь пела в каждой клеточке ее тела. С мечом в одной руке и с кинжалом в другой она не знала страха. Рука с мечом засветилась неясной синей аурой. Песок бил по бокам, взметаемый ударами бегущих ног. Что бы ни было там, впереди, Дамали будет гнаться за ним до самого ада.

– Она бежит вперед, – выдохнул Ковбой в узкий микрофон, подпрыгивающий над его ртом на бегу. Он пытался угнаться за Дамали.

Поглубже задвинув наушник в ухо, чтобы не выпал, он снял пистолет с предохранителя.

– Будь с ней! – почти завизжал голос Марлен.

– Легко сказать. Мне сорок пять, бежать надо по песку. Она на двадцать ярдов впереди и летит, как чемпионка, черт побери. Я едва успеваю следить.

Тяжело дыша, Ковбой припустил следом и остановился у самого края пирса, когда Дамали исчезла.

– Хьюстон! – выдохнул он в микрофон. – У нас большая проблема.

– Рассказывай, – прошептал Шабазз. – Где она?

– Под пирсом, и там что-то слишком тихо.

– Она в логове, – сказал Большой Майк, – Ковбой, как у тебя с патронами?

– Слишком мало.

– Включи прожектора, Ковбой. Вернись к машине и включи, – велел Джей Эл.

– Не могу ее там оставить, – уже ровнее дыша, возразил Ковбой.

– Беги оттуда, Ковбой! – взмолился Майк. – С ней ничего не случится, друг. А с тобой может.

Не обращая на него внимания, Ковбой шел вглубь, прислушиваясь к шлепкам волн о берег и о сваи, увязая ногами в сыром песке. Струя серного запаха заставила его повернуться. Горящие красные щелки открылись за сваей, раздалось шипение, и когти, вцепившиеся в лодыжки, потянули Ковбоя вниз. Пистолет выпал от удара чего-то тяжелого, и тут же его накрыло волной. Ковбой пытался отбиваться, но его голову что-то тянуло назад и вниз. Крест на шее душил цепью, что-то вцепилось в рубашку. Ковбой дергался, махал руками, но попадал только по воздуху. Ему удалось вскрикнуть, он услышал перезвон и шум чего-то свистнувшего в воздухе. Потом леденящий кровь визг – и запах серы стал гуще. Сапоги будто завязли в цементе.

Команда орала, зовя его, Марлен бормотала молитвы. Голову Ковбоя потянуло в сторону. То, что держало сзади, не хотело отпускать. И снова раздался тот же перезвон и свист. Две пары глаз впереди метнулись в стороны и исчезли в темноте. Вдруг отпустило ноги, и он упал во что-то мокрое, руками прикрывая шею. Его лизали волны. Ковбой закрыл глаза, ожидая, что сейчас вампиры налетят на него, как акулы, и начнется жор. С его губ сорвалась молитва: