Леси Филеберт – Я случайно, господин инквизитор!, или Охота на Тени (страница 34)

– Да нет же, – вздохнула тяжело. – Я натворила кучу глупостей с момента появления в Штабе… Случайно. Не представляю даже, что там куратор обо мне думает, но он наверняка относится ко мне снисходительно и не воспринимает всерьёз. Мы с ним… вряд ли сработаемся. Я ему пока что только одни проблемы создаю, а я сама…

«А меня от него нещадно клинит», – подумала уже про себя, но вслух произносить не стала.

– Возможно, он в самом деле так думал поначалу, – кивнул Эрик. – Но уверен, что его мнение о вас поменялось. Вы прекрасно проявили себя и спасли несколько жизней, включая самого Мориса. Трудно после такого оставаться снисходительным, вы не думаете?

Я поджала губы, не зная, как бы так аккуратно выразить свои мысли, чтобы меня поняли и просто перевели в другую группу стажёров без лишних вопросов.

Но аккуратно меня, видимо, не хотели понимать.

Ладно, зайдём с другой стороны.

– Слушайте, вы же какой-то родственник моего куратора, верно?

– Какой-то, да, – улыбнулся Эрик, отпивая кофе маленькими глотками и поглядывая на меня со странной улыбочкой.

– Тогда вы должны понимать, что у него непростой характер, и с ним сложно просто работать, если это смешивать с личной жизнью. И с некоторыми его проблемами в воспитании, – буркнула я.

– Да что вы говорите, – расплылся Эрик в ослепительной улыбке, глаза его так и лучились смехом. – И с какими же конкретно проблемами? Рассказывайте уж подробно, чтобы я мог, хм… передать информацию… нужным лицам. Продолжайте, мисс Габруа. Мне оч-ч-чень интересно.

– У него, хм… есть проблемы с пониманием чужих личных границ, скажем так. Наверное, рос в слишком мягких условиях, вот и привык к отсутствию рамок.

– Да, это серьезная проблема, – глубокомысленно произнес Эрик, подперев рукой подбородок и глядя на меня, как на увлекательную сказочницу. – Досадное упущение родителей, согласен.

– И он… порой позволяет себе слишком многое. А еще… А еще, вы бы видели его спальню! – сказала я, решив перейти к аргументам из серии «тяжелой артиллерии».

– Я-то видел, – произнес Эрик серьезным тоном, хотя, по ощущениям, его распирало от смеха. – А вот при каких обстоятельствах ее видели вы?

Я как-то сразу стушевалась.

– Мне… пришлось принять душ.

– У своего куратора, – понимающе кивнул Эрик.

– Он потребовал!

– Вы исполнительная, я гляжу. Ценный работник.

– Издеваетесь?

– Разве?

Я фыркнула и возмущённо скрестила руки на груди.

– Вы так и не привели мне ни одного нормального аргумента, Флорианетта. Спальня Мориса каким образом влияет на необходимость перевести вас в другую группу стажеров? Он вас там запирал, что ли, заставляя учить кодекс инквизиторов?

– Да нет же! Просто…

Я вздохнула, мотнула головой и выпалила:

– Я случайно охмурила его неправильно приготовленной сывороткой Фелкуса, влипла из-за этого в идиотскую историю, а спасая его от Одиноких Теней, связала непонятной печатью, которую сама пока не знаю, как снять. Видите, как все сложно? Это лишь за несколько дней случилось, а что дальше будет? Не надо нам с ним вместе работать. Просто переведите меня в другую группу, пожалуйста. Мне сказали, что решение о моем переводе принять можете только вы.

Губы Эрика подрагивали в улыбке.

– Чем больше сложностей мы встречаем на пути, тем сильнее становимся, мисс Габруа. И если ранее у меня еще были какие-то сомнения по поводу правильности вашего распределения, то теперь я в своем решении окончательно утвердился. Хороший инквизитор должен уметь переступать через любые препятствия. В том числе – межличностные. Учитесь контактировать и работать со всеми. Морис – прекрасный куратор, он за своих подопечных всегда горой стоит. И уж поверьте, он никогда не причинит вам зла. У него сложный характер, он вспыльчивый и эмоциональный, но он не тиран, и он справедливый руководитель.

– Насколько хорошо вы его знаете, что так твердо уверены в его, хм, приличности? – сощурилась я.

– Достаточно хорошо.

– А кем он вам вообще приходится? – спросила и только потом сообразила, что вопрос звучит неприлично и назойливо. – Ох, простите, я не должна спрашивать о таких вещах, это не мое дело…

Но Эрик ответил. Не сразу, правда. Он неспешно допил кофе, поставил пустой стаканчик на стол и коротко ответил:

– Сыном.

И уставился на меня крайне заинтересованным взглядом в ожидании реакции.

В повисшей гробовой тишине было слышно только, как тихо жужжит муха, вьющаяся под потолком вокруг люстры.

Если бы я умела, то с удовольствием превратилась бы сейчас в муху и драпанула в приоткрытое окошко. Потому что так глупо не чувствовала себя, даже когда наглаживала Мориса в облике кота в столовой на виду у всех инквизиторов.

Сыном, мать вашу… Могла бы и догадаться, Флора!!! В конце концов, у них даже глаза одинаковые и черты лица похожи, если присмотреться… С чего ты вообще взяла, что он какой-нибудь дядя?!

Я кашлянула и неуверенно поднялась на ноги.

– Ну… Я, наверное, пойду, да?

– Наверное.

– Хорошего вам дня, мистер Кларксон, – пробормотала я и пулей вылетела из кабинета.

В коридоре прижалась лбом к холодной стене и несколько раз тихонько постучалась головой об эту самую стену. Вот сейчас я ощущала себя той самой классической дурочкой-блондинкой, за какую меня изначально принял Морис. Может, не так уж он и ошибся?

Так, ладно… Спокойно, Фло, ничего страшного не произошло. Ну… Почти.

Теперь главное, чтобы об этом моем позоре не узнал Морис.

Глава 23. О тормозах и рамках приличия

Я смотрел, как за смущенной Флорой закрывается дверь, чувствуя, как меня распирает от целой бури эмоций.

Задумчиво глянул на отца. Хотя смотреть на него с потолка, да еще глазами мухи, было не очень удобно.

– Спускайся, Морис. Я знаю, что ты тут.

Я мысленно фыркнул и отлепился от люстры.

– Как ты меня все время вычисляешь? – спросил, когда приземлился на стол и вернул себе свой облик.

Не сразу, правда, а с секундной задержкой вернул. Ну хоть вернул наконец! А то полчаса уже летал долбанной мухой, пытаясь вернуть свой обычный облик.

Уселся поудобнее прямо на стол, закинув ногу на ногу, и стащил клубничину с фруктовой тарелки, стоящей сбоку.

– Твою ауру я чувствую всегда и везде. Особенно когда ты так нагло подслушиваешь, – сказал Эрик, смерив меня тяжёлым взглядом.

– Так уж и нагло?

– Нагло. И эгоистично. Может, Флора права, и из меня слишком мягкий отец получился? – насмешливо спросил Эрик.

– Ты сам прекрасно знаешь, что это не так, – улыбнулся я.

Нет, в самом деле. Воспитывали меня в ежовых рукавицах, и от старших за свои проделки я огребал регулярно. У меня хороший строгий отец, и мой Наставник Ильфорте тоже всегда был довольно жёсткий.

Да только магия метаморфа очень сильно балует личность любого мага. Возможность в любой момент превратиться в кого угодно в детстве и юношестве сильно кружила мне голову и срывала все тормоза. Шутка ли, когда ты можешь, когда захочешь, принять облик любого живого существа и воспользоваться этим по своему усмотрению?

Это сейчас я жестко соблюдаю кодекс метаморфов, а раньше я его лишь формально заучивал, как стишок. И как бы отец с Наставником ни пытались меня занимать бесконечными тренировками, заданиями и даже присмотром за чьими-нибудь беспокойными детьми, но всё это меня не пронимало. Я легко справлялся с любыми нагрузками на тренировках, играючи выполнял все задания, а любых детей всегда элементарно развлекал и успокаивал своими магическими превращениями. Но все эти дела рано или поздно заканчивались, и я обязательно куда-нибудь линял и нарывался на неприятности.

Нынче я подуспокоился, конечно, но с тормозами в характере и ощущением вседозволенности периодически все равно возникали проблемы.

Отец любил приговаривать, что это само пройдет, когда жизнь пару раз прокатит меня физиономией по асфальту. Было у меня ощущение, что отец ждет этого момента с замиранием сердца и томительным ожиданием.

– Знаю. Но я тебя в кабинет не приглашал.

– Ну вот ты не приглашал, я и решил сам зайти, раз ты забыл пригласить.

Эрик мученически возвел глаза к потолку.

– Да ладно, на самом деле я застрял в облике мухи, – признался я. – Стал постоянно застревать в разных обликах после того, как побывал в шкуре Флоры. Тело у нее странное, меня после ее телесности клинить начало… Я как раз хотел к тебе обратиться за помощью, ждал, когда кто-нибудь дверь в твой кабинет откроет. А потом увидел зашедшую к тебе Флорианетту, ну и… не удержался, в общем.