Леса Ран – Медсестра для двоих (страница 2)

— Хорошо, — сказала она мягко. — Я не буду подходить. Но я останусь здесь. На стуле. Если вы захотите воды или помощи — я рядом.

Она села на стул у двери. Не слишком близко, не слишком далеко. Достаточно, чтобы он чувствовал её присутствие, но не был загнан в угол.

Он смотрел на неё. Долго. Потом отвернулся к стене.

Соня сидела молча. Смотрела на его спину, на то, как напряжены плечи, как пальцы вцепились в край одеяла. Не знала, что с ним случилось, но чувствовала эту тьму, которая накрыла его с головой.

Прошло десять минут. Потом двадцать. Он не проронил ни слова.

Когда она наконец встала, чтобы уйти, он тихо сказал:

— Завтра не приходи.

Соня остановилась у двери.

— Я приду, — ответила она.

Она вышла в коридор, прислонилась спиной к стене и закрыла глаза.

В груди колотилось сердце. Пальцы всё ещё дрожали после хватки Дмитрия. А перед глазами стоял пустой взгляд Алексея.

Она продержится. Не три дня. Столько, сколько понадобится.

Глава 2

Соня зашла к Алексею с ужином, как делала каждый вечер. Он сидел на кровати, опираясь спиной о стену, и смотрел в окно. За месяц её работы это стало привычным: Дмитрий встречал её агрессией, которую постепенно сменило тяжёлое молчание, Алексей же просто отсутствовал — смотрел сквозь неё, не замечал, не реагировал.

Но сегодня что-то было иначе.

Он повернул голову, когда она вошла. Не привычным отстранённым движением, а медленно, осознанно. Глаза смотрели прямо на неё.

— Поставь поднос, — сказал он.

Голос звучал ровно, без обычной глухой отстранённости. Соня поставила ужин на тумбочку, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

— Вы сегодня разговариваете, — заметила она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Сегодня я хочу разговаривать.

Она ждала продолжения, но Алексей молчал. Просто смотрел на неё, и в его взгляде было что-то новое — твёрдое, оценивающее. Соня сделала шаг назад, к двери.

— Дмитрий уже поел. Я оставлю вас, если…

— Дим, заходи, — позвал Алексей, не обращая на неё внимания.

Дверь открылась. Дмитрий вошёл, опираясь на костыли. Он уже начал ходить — медленно, тяжело, но без посторонней помощи. За этим стояли её ежедневные усилия: массажи, упражнения, её руки, заставлявшие мышцы работать, даже когда он кричал от боли.

Дмитрий закрыл за собой дверь. Щёлкнул замок.

Соня рванулась к выходу, но Алексей оказался быстрее. Он спустил ноги с кровати и перехватил её за запястье. Пальцы сомкнулись мёртвой хваткой.

— Отпустите! — выкрикнула она, дёргаясь.

— Замолчи, — сказал Дмитрий.

Он отбросил костыли и, прихрамывая, двинулся к ней. Каждый шаг давался ему с болью, но это не делало его медленнее. Соня попятилась, но Алексей держал крепко.

— Не подходите ко мне! — голос сорвался на визг.

Дмитрий схватил её за горло. Не сжимал — просто держал, прижимая к стене. Пальцы легли на шею, чувствуя пульс, бьющийся как у загнанной птицы.

— Ещё раз крикнешь — пожалеешь, — сказал он низко. — Поняла?

Соня замерла, глядя в его глаза. В них не было злости. Там было что-то страшнее — спокойная, абсолютная власть.

— Я спросил: поняла? — повторил он.

Она кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

— Умница, — усмехнулся Дмитрий. — Раздевайся.

— Что?..

— Я сказал — раздевайся. Сама. Или помочь?

Соня замотала головой, прижимаясь спиной к стене. Алексей стоял сбоку, перекрывая любой путь к отступлению. Дмитрий — перед ней, широкий, тяжёлый, неумолимый.

— Я… я не буду, — выдавила она.

Дмитрий шагнул вплотную. Его рука легла на ворот её халата.

— Я дал тебе шанс сделать это самой, — сказал он спокойно. — Ты отказалась.

Он рванул халат вниз. Пуговицы разлетелись, ударившись о пол. Ткань упала к её ногам. Соня осталась в одних трусиках, прижимая руки к груди, пытаясь прикрыться.

— Убери руки, — приказал Дмитрий.

— Нет…

Он схватил её за запястья, развёл в стороны, прижал к стене над головой. Одной рукой держал обе её руки, второй взял её за подбородок, заставляя смотреть в глаза.

— Ты моя медсестра, — сказал он тихо, почти ласково. — Ты делаешь то, что я говорю. Ты всегда делала. И сейчас будешь.

— Пожалуйста… — прошептала она, чувствуя, как слёзы текут по щекам.

— Поздно, — сказал Алексей из-за спины.

Он подошёл вплотную, прижался к её спине. Его руки скользнули по её бокам, сжали грудь — обе сразу, грубо, сильно. Пальцы впились в мягкую плоть, мяли, сжимали, тянули соски, пока Соня не застонала от боли и унижения.

— Смотри, как она реагирует, — сказал Алексей Дмитрию. — Соски твёрдые. Тело знает, чего хочет, даже когда она плачет.

— Нет… — выдохнула Соня, но её голос прозвучал слабо.

Дмитрий отпустил её запястья и опустился на колени. Пальцами стянул трусики вниз, оголяя её полностью. Соня попыталась сжать бёдра, но он раздвинул их коленями, широко, грубо.

— Смотри, — сказал он Алексею. — Уже мокрая.

Его пальцы грубо вошли в её киску — сразу два, без подготовки. Соня вскрикнула, но он не остановился. Двигался внутри неё жёстко, быстро, растягивая, надавливая. Большим пальцем другой руки нажал на клитор, с силой круговыми движениями.

— Хватит… — всхлипнула она.

— Хватит, когда я скажу, — ответил Дмитрий.

Алексей сзади разводил её ягодицы, смазывал холодным гелем. Его палец вдавился в попку — сухо, резко. Соня закричала, дёрнулась, но Дмитрий держал её бёдра, не давая двинуться.

— Не дёргайся, — приказал он.

— Больно…

— Терпи.

Алексей добавил второй палец. Она чувствовала, как её тело разрывают — спереди пальцы Дмитрия в киске, сзади пальцы Алексея в попке. Они двигались вразнобой, не синхронно, каждый сам по себе, и это было хуже всего — никакого ритма, только жёсткое, беспорядочное вторжение.

Дмитрий убрал пальцы из киски, поднялся. Соня услышала, как он расстёгивает штаны, как достаёт член. Она зажмурилась, пытаясь отключиться, но он схватил её за волосы, дёрнул несильно вверх.

— Открой глаза.

Она открыла. Его член стоял прямо перед её лицом — твёрдый, толстый, с пульсирующей головкой.