Лера Манович – Прощай, Анна К. (страница 15)
– От хорошей жизни по монастырям не ездят. Еще раз пристально взглянул на нее:
– Почему одна едешь?
– Домой захотела…
– А дома кто?
– Ой, мне черешни надо купить! – вспомнила вдруг Женя, увидев на платформе старуху с ведром, прикрытым марлей.
– Купим! – широко улыбнулся военный, поблескивая зубами. – Я тебе такую выберу! Я ж местный!
В Мелитополе, когда вышли за черешней, она покачнулась, и он обнял ее за талию. Она чувствовала сквозь тонкую майку его теплую ладонь. Не убирая руки, он долго и с удовольствием торговался. Купили ведро темной, спелой ягоды. Бабка все не хотела продавать само ведро.
– Ти що ж, мати… жадібна як єврей, – весело говорил он на бабкином языке, блестя зубами. – І відро-то паршиве. Я тобі на три нові дам!
Уговорил. Сдачу брать не стал. Старуха на радостях что-то запричитала, приложив жилистую руку к груди.
С голубым ведром, полным черешни, вернулись в вагон. Тетка и ее сын уже спали. Стоял полумрак. Робко заглянула проводница:
– Чай будете?
– Да какой чай, жарища, – весело сказал он. – Ти, красуня, мені скажи – купе вільне є?
Проводница с презрительностью соперницы глянула на Женю, покачала головой. Дверь закрылась.
– Еще? – мужчина показал на бутыль.
– Нет.
Он улыбнулся и посмотрел ей в глаза. Она ответила ему смущенной улыбкой. Во рту у нее пересохло от приторного вина и волнения. Она поправила подушку.
– Спать хочешь? – спросил он.
– Да.
– Что с тобой делать – ложись. Я тоже тогда лягу.
Он снял туфли, лег. Его большому телу было тесно на узкой полке. Она тоже легла, прямо в шортах, прикрывшись простыней. Его глаза блестели в темноте. Он протянул руку под откидным столиком, дотронулся до нее:
– Сколько тебе лет?
– Двадцать пять.
– Замужем?
– Да.
– Иди сюда.
Она не пошевелилась. Он убрал руку.
– Ты умная, – сказал он, – умная и красивая.
Замолчал. Уставился в потолок. Она смотрела на него. Он был, кажется, старше ее отца.
– Вы тоже красивый, – сказала она.
Он усмехнулся, быстро взглянул.
– Дедом стал. В прошлом месяце. Еду внука смотреть.
– Богатырь, наверное, – сказала она.
– Да какой богатырь, еле выходили!
Он перестал улыбаться. Она села и, обхватив колени, смотрела на него. Он устало поднял глаза.
– Ну что ты смотришь?
– Ничего.
– Старый?
– Нет.
– А какой?
Она не ответила. Он шумно вздохнул и неловко зашевелился на узкой полке. Пробегающие полосы света падали на его крупные руки. Расстегнул ремень на брюках, взвизгнула молния. Женя отпрянула, вжавшись в стену.
– Не бойся, спят все, – сказал он. – Дай мне ножки. Просто ножки дай, и все.
– Они грязные, – сказала она.
– Глупая.
Она не шевелилась. Он сел, наклонился, взял в руки Женину маленькую ступню, притянул к себе, прижал к теплому животу с мягкой порослью. Женя замерла. Он откинулся назад, упершись головой в верхнюю полку. За окном проносились фонари, темные полосы мелькали на его лице. Женя смотрела и не могла оторваться. Поезд дрожал и раскачивался. На верхних полках спали тетка и ее сын. А может и не спали, просто лежали, боясь выдать свое присутствие. От стыда Женя улыбнулась. Он прикрыл глаза. Поезд вздрогнул вместе с ним, сбавляя ход. Наконец со скрежетом остановился.
В дверь купе постучали. Женя поджала под себя ноги, он улыбнулся ее испугу, натянул брюки, раздраженно дернул дверь.
Проводница зыркнула сначала на Женю, потом на полковника:
– Купе есть свободное.
Он сошел рано утром. Уже с сумкой долго смотрел, как она спит. Она не спала, чувствовала его взгляд, но лежала и боялась шелохнуться.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.