Лера Крафт – Предатель. Ты нас обманул (страница 8)

Я смотрела перед собой. На самом деле все было очень плохо. Шоковое состояние отступило, оставив после себя пустоту. Как будто что-то во мне умерло. В глазах горели слезы, но внутри была лишь беспросветная тьма. Каждый вздох был тяжелым, словно мне отказывали легкие. Я ощущала, как душа разрывается на куски от боли и разочарования.

Картинки с изменой мужа врезались в мою память, вгрызаясь в сознание. Я смотрела на обломки своих надежд и мечтаний, разбросанные передо мной. Было больно осознавать, что все, во что верила, казалось бесполезным и ложным. Мир стал серым и безжизненным, словно лишился своего смысла.

Юрист подготовил необходимые документы для совершения сделки. Я переписала квартиру на имя мамы. Видимо, Паша просто не успел ничего сделать с недвижимостью.

— Это ещё не всё. Я взял на себя смелость проверить все имущество. Настя, кафе продано. — проговорил юрист.

Мужчина смотрел на меня пронзительным взглядом. А я в недоумении переглянулась с мамой.

— Я не понимаю…

Мой голос дрожал, а слова путались.

— Как это продано? — вмешалась мама.

— Муж Насти передал кондитерскую третьему лицу. Несколько дней назад.

— Как это вообще возможно? — возмутилась мама.

— У Павла была доверенность на полное распоряжение имуществом. Поэтому, к сожалению, это возможно. — произнес адвокат.

Я закрыла лицо руками. Как же доверчива и глупа была. Разве можно вот так подарить мужу всю себя? Наверное, когда любишь, способна на все. Собственные чувства настолько заполонили меня, что я готова была сделать все, чтобы удовлетворить его желания и сделать Пашу счастливым. Меня совсем не смущало то, что у мужа не получалось найти себя в работе. Я просто доверяла ему.

— Но что-то ведь можно сделать? — с надеждой спросила я.

— Мы можем только подать в суд. Но дело может затянуться на годы. И я не обещаю положительный исход.

В 17 лет у меня появился собственный бизнес, благодаря маме. А в 24 года я своими руками уничтожила то, что так сильно любила. Ведь эта кондитерская была неотъемлемой частью моей жизни.

Глава 16. Настя

Мама молчала. И это было хуже любых слов. Хотя никакие обвинения не сравнятся с тем, как сильно я ругала сама себя изнутри. Хотелось выть от бессилия.

Стыд, позор, тяжёлая ноша вины перед мамой уничтожали меня. Хотелось исчезнуть с лица земли. Стереть любое напоминание о себе. Я не оправдала надежды мамы, доставила ей лишь разочарование и горечь. Мои ошибки и поступки нанесли ей больше бед, чем можно себе представить. Я чувствовала, что не заслуживаю любви и заботы мамы, и это мучило меня до глубины души.

Я тут же вспомнила об Илюше. Теперь мне нечего было дать и сыну. У меня не стало бизнеса, который приносил прибыль.

— Мы что-нибудь обязательно придумаем. — проговорила мама.

Мы сидели в машине. Хотя так и не отъехали от офиса юриста, пребывая в оцепенении.

— Мам, не говори Кириллу про кондитерскую. Он же может ввязаться в какой нибудь заварушку против Паши. Не хочу, чтобы Кирилл пострадал из-за меня.

Кроме этого, мне было стыдно не только перед мамой, но и отчимом. Вот такая нерадивая дочь. Другие приумножают накопления. А я все разрушила.

— Не волнуйся из-за Кирилла. Я подберу нужные слова, чтобы все ему объяснить.

Мы приехали домой. Радостный Илюша подбежал к нам.

— А папа разве не с вами?

Ребенок переводил взгляд с мамы на меня. А в моей голове до сих пор не укладывалось, каким подонком нужно быть, чтобы вот так обмануть меня. Ведь он лишил семейного бизнеса и сына.

— Нет, не с нами. — ответила я сыну.

— Как дела? — напряжённо спросила Дина, видя наши унылые лица.

Пока мама пошла смотреть подарки внука, о которых он ей увлеченно рассказывал. Я объясняла Дине, как сильно Паша подставил меня.

— Не могу поверить. Зачем ему это? Ведь кондитерская приносила стабильный доход. — задумчиво проговорила подруга.

Я тоже задавала себе тот же вопрос. Ведь Паша продал кафе ещё до того, как застала его с любовницей.

— Наверное, он готовил пути отступления.

— Думаешь, влюбился в эту официантку? — брезгливо спросила Дина.

— Возможно. Но разве так поступают настоящие мужчины? Кондитерскую открыли я и мама, когда Паши ещё не было. А он пришел на все готовенькое. Так ещё и решил забрать все это себе!

— Надо позвонить ему. Пусть объяснится!

— Зачем мне его объяснения?! Он забрал мой бизнес, любимое дело, приносящее доход. Паша оставил собственного сына без средств к существованию. Я ненавижу его! Не хочу видеть и слышать!

Нужно было собрать последние силы, чтобы закончить юридические моменты. Юрист посоветовал подождать 2–3 дня после передачи дома в собственность мамы, а уже потом подавать заявление в суд для развода.

К вечеру я поехала в кафе. Мама забрала Илюшу к себе, дав мне возможность прийти в себя.

— Я присмотр. за ним. Не волнуйся, Настя. Да и с Ромой Илюша не так будет вспоминать о папе. А ты пока собирайся с силами. Они нам ещё понадобятся.

Мама была права. Потому что один только вид кафе вызывал теперь во мне бурю эмоций. Хотелось реветь без остановки. Я сама допустила ошибку. И теперь платила за нее очень дорогой ценой.

А войдя внутрь сразу наткнулась на Лизу. Блондинка стояла за стойкой. Но при виде меня отошла на безопасное расстояние.

— Иди за мной. — скомандовала я.

Девушка послушно пошла следом. Мы оказались все в том же кабинете, где ещё совсем недавно я застала ее с мужем. Интересно, как часто они уединялись здесь? Мне было противно присаживаться на кресло, опираться на стол. В помещении все было теперь пропитано их похотью и болью от предательства.

Я вытащила трудовую книжку и быстро сделала пометку об увольнении. После чего отсчитала деньги за отработанные дни.

— Вот возьми. Ты уволена.

Я бросила трудовую книжку и деньги на стол. Не хотелось смотреть на нее, нечаянно касаться ту, которую предпочел мне Паша.

— Анастасия…

— Уходи!

Я не хотела слушать ее. Лиза поняла это, забрала вещи и ушла.

Я понимала, что уже не имею никаких прав на кафе, как и на сотрудников. Но должна была уволить Лизу, которая буквально воткнула мне нож в спину.

А уже через несколько минут я увидела, как в кондитерскую входит Паша с представительным мужчиной. Это был мой конец. По вальяжным повадкам мужчины я сразу поняла, что это и есть новый хозяин моей кондитерской.

Глава 17. Настя

Я подошла ближе. Паша удивлённо смотрел на меня. Явно не ожидал увидеться тут сегодня. Рядом с ним стоял мужчина в сером джемпере и черных брюках. Он придирчиво осматривал помещение.

— Ты нас представишь? — с вызовом я обратилась к мужу.

Паша в недоумении посмотрел на некогда покорную жену, которая сегодня хотела учинить скандал. Он не спешил с ответом. Обдумывал, как все преподнести.

Незнакомец в сером джемпере обратил свой взор на меня. На вид лет 40. Его проницательный взгляд казался пронзающим душу, словно он способен прочитать мои самые глубокие мысли. Густые черные волосы подчеркивали его мужественное лицо, а серые глаза добавляли загадочности и уверенности в себе. В его взгляде отражалась смесь загадочности, твердости и решительности.

— Дамир, познакомьтесь, это моя жена Анастасия. — проговорил нехотя Паша.

— Очень приятно познакомиться. Я и не знал, что Павел женат.

Мужчина протянул мне руку. Я ответила на пожатие. Цепкий взгляд прошёлся по моему лицу.

— Ну конечно, не знали. Мы уже разводимся! А я, например, не знала, что кондитерская продана!

Я вложила в свой взгляд всю ненависть, которую только могла. И направила его в сторону Паши. Тот начал переминаться с ноги на ногу, но взгляд не отвел. Ему было не по себе. Но не передо мной. Он стеснялся этого нового хозяина.

— Тогда нам точно нужно познакомиться, Настя. Потому что я и есть новый владелец кондитерской.

Этот мужчина озвучил мои предположения. Последняя надежда рухнула. Тьма окутала сердце, и теперь не осталось ничего, кроме пустоты. Возможность сохранить кафе исчезла, оставив лишь разочарование и тоску. Вместо призрачной надежды осталась лишь безысходность.

— Настя, забери свои вещи! — уверенным тоном произнес Паша.