Лера Богушева – Счастье это ты (страница 15)

— Я не пьян и в этом вся проблема, после того что я сегодня видел мне бы очень хотелось напиться и забыться, — интересно, я думала этого мужчину ничего не может выбить из колеи, но оказалось, что я, в очередной раз, ошиблась.

— И что ты такое увидел? — я, наконец, нашла корм Мидаса и насыпала его ему в миску, а затем, долив воды в другую миску этого чудовища, принялась за наше кофе.

— Я рад, что ты не пошла со мной в кабинет Макса, потому что это было зрелище не для людей со слабыми нервами или желудками.

— Ты можешь нормально рассказать, что произошло или так и продолжишь говорить загадками?

— Хорошо, скажу все прямо, о моя госпожа, — Кирилл вдруг встал и снова налил себе выпить, но уже из другой бутылки, а я, вместо того, чтобы молча за этим наблюдать, забрала бутылку со спиртным и бокал из рук Кирилла и вернула всё на место. — Ты ведешь себя как настоящая жена, проявляешь настоящую заботу о своем муже и его состоянии.

— Ты не прав. Пусть за твоим состоянием следит любая из твоих баб, я же просто стараюсь сделать все чтобы ты был в состоянии мне помочь разобраться во всём и понять что делать дальше, — и я просто боюсь, что выпив ты наговоришь мне то, что я на самом деле заслуживаю, но не хочу никогда от тебя услышать.

— Ауч, ты только что ранила меня в самое сердце своей черствостью.

— Я уверена, что ты это переживешь, а теперь расскажи мне что ты такое там увидел, что тебя вдруг посетила мысль надраться до поросячьего визга, — я как раз закончила варить кофе и поставила кружки кофе перед Кириллом и собой.

— Я просто немного выпил, а ты уже начала пилить меня, прямо как настоящая жена.

— Тему с настоящей женой мы обсудим как-нибудь в другой раз, а еще лучше никогда обсуждать не будем, а теперь все же вернемся к нашему разговору, а то у меня уже начинает складываться такое впечатление, что ты ищешь любой повод чтобы избежать его.

— Может ты и права, — я не знаю к какому именно фрагменту моей речи относиться это высказывание, но сейчас это меня и не особо интересует. — Ты точно уверена, что хочешь всё узнать?

— Конечно хочу, о чем ты вообще говоришь?

— Милена застрелилась. Когда я пришел её уже увезли, но то что я увидел мне хватило. Думаю, что твой брат никогда больше не сможет использовать свой кабинет, потому что там будет очень сложно всё убрать.

— Она застрелилась? — ужас ситуации пронзил меня насквозь, оставалось надеяться только на то, что Маша этого не видела, а кровь на её пижаме это досадное стечение обстоятельств, хоть и верилось в это с трудом.

— Ага, вынесла себе мозги. Менты, как ты понимаешь, не стали со мной вести задушевные беседы, с твоим мужем, кстати, тоже, но по тому что я увидел могу сказать, что кто там застрелился ещё стоит устанавливать.

— Что ты имеешь в виду?

— Крови было много, а ещё по кабинету были разбросаны кусочки черепа и мозги, поэтому думаю, что от лица мало что осталось, а значит Милену ещё нужно будет кому-то опознавать, — он говорил это и при этом спокойно пил свой кофе, но мне от просто представленной картины в голове стало уже не по себе.

— Боже, какой кошмар, — из-за картинки, которое нарисовало мне моё воображение, мне пришлось отставить в сторону свой кофе, иначе была большая вероятность того, что он у меня быстро вернётся наружу.

— Я тебя предупреждал. Знаешь, у Милены должны были быть стальные нервы, чтобы совершить такой поступок. Не у каждого мужика хватит смелости такое сделать, а тут молодая девушка. На мой взгляд это очень странно.

— Что именно тебе кажется странным?

— Способ, который она выбрала для самоубийства. Есть в этом что-то странное. Меня мучает вопрос почему ей взбрело в голову именно стреляться, почему бы не вскрыть себе вены или ещё проще, выпить таблетки и преспокойненько себе заснуть, разве это не будет по-бабски, но нет, здесь всё иначе.

— Что ты имеешь в виду? Ты думаешь, что она не сама это сделала, а ей помогли? — эта мысль меня просто ужаснула. Кто мог войти в хорошо охраняемый дом полный прислуги? Только тот, кого все очень хорошо знали, но никто из знакомых точно не стал бы убивать Милену.

— Я ничего не думаю, пусть менты думают им за это деньги платят, а у нас есть проблемы посерьезнее.

— Что случилось?

— Моим ребятам так и не удалось найти твоего братца. На сколько мне известно, Данил тоже его ищет, причём с таким же результатом и это мне очень не нравится.

— И что? Может, просто вы не все возможные места проверили, — после моих слов Кирилл посмотрел на меня, как на идиотку, и мне сразу захотелось забрать свои слова назад.

— Мы проверили все места где он обычно бывает.

— И что это может значить?

— Значит твой брат не хочет, чтобы его нашли, а это уже наводит на определенные размышления.

— Перестань говорить загадками и прямо скажи что ты обо всём этом думаешь.

— Только то, что уже сказал. Твой брат не хочет, чтобы его нашли, а в сложившейся ситуации это играет против него.

— Ты хочешь сказать, что мой брат убил свою жену, а потом пустился в бега? Ты что смеешься? Нет, я в это никогда не поверю. Да, мой брат подонок и изворотливый гад, но он бы никогда не причинил вреда Милене, тем более что Маша была в доме и легко могла стать свидетелем или случайно найти свою мать.

— Следствие ещё не установило кто нашёл труп. В полицию позвонила домработница, но она ли нашла Милену ещё вопрос.

— Маша могла быть в кабинете или что-то видеть. Вся её пижама была в крови, когда я пришла к ней, — я до последнего буду надеяться на то, что малышка ничего не видела, но факты говорили сами за себя. Девочка была вся в крови, а значит была в кабинете, остаётся только надеяться на то, что она не поняла что произошло и что это что-то случилось с её мамой.

— Только пижама?

— Знаешь, это довольно странный вопрос.

— Просто ответь на него.

— Не знаю зачем тебе это нужно, но да, кровь была у нее только на пижаме.

— Прекрасно, значит к Милене она точно не подходила.

— О чем ты говоришь? Я спрашивала у малышки что произошло, и она мне сказала, что пыталась помочь маме.

— Не знаю с чем она помогала маме, но в кабинете её точно не было.

— И с чего ты это взял?

— Ты не поймешь, потому что не была там, но могу тебе сказать, что даже бывалым ментам стало от этого вида плохо, а главное пол весь вокруг Милены был в крови и детских следов там не было, — внутри я немного выдохнула. Значит малышка не видела мать и не была в кабинете, но откуда тогда кровь? Что же случилось в этом доме, что привело к тому, что Милена погибла, Макс исчез, а Маша осталась вся в крови?

— Откуда тогда кровь? Я обследовала Машу и не нашла никаких ран.

— Не знаю, но думаю, что нам нужно это узнать потому что все события, которые произошли в том доме выглядят слишком подозрительно.

— Есть предположения что могло случиться?

— Нет, но как я уже говорил, произошло что-то очень странное и подозрительное. Мне не приходит на ум что такого могло произойти, чтобы молодая, успешная девушка решила покончить с собой. А у тебя есть какие-то идеи?

— Мы не знаем, что могло у неё случится. Человеческая психика очень странная штука. Ты можешь вынести очень многое, но в один момент из-за незначительного события просто сломаться.

— Тебе, конечно, лучше знать, но я не думаю, что Милена из тех людей, которые просто так оставят своего ребенка.

— И что ты теперь намерен делать?

— Нужно разобраться во всём этом. Вся эта ситуация мне совершенно не нравится.

— Будто я в восторге от того, что происходит.

— Оставь свою желчь при себе. Как бы мне не нравилось выяснять с тобой отношения, но сейчас нам явно не до этого.

— У тебя есть мысли, как разобраться во всей этой истории?

— Да, но они меня не радуют.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Исчезновение твоего брата наводит на определенные размышления, — уже начало мне совершенно не понравилось, но я решила оставить свои едкие комментарии при себе и дать Кириллу высказаться.

— Что за размышления?

— Тут два варианта. Либо твой брат уже давно последовал за своей женой, либо он виновен во всем, что сейчас происходит, а это одинаково хреново, — Авдеев говорил чистую правду, но мне хотелось сделать всё чтобы он замолчал и не произносил эти страшные слова в слух. Нет, мне не жалко было Максима и между нами давно уже были не те отношения, чтобы я о нём переживала или волновалась, но я не могла поверить в то, что мой брат убийца, равно как и в то, что он уже умер. Мой брат совсем не хороший человек, но маленькая девочка, которая сейчас спит одна в чужой спальне, не заслуживает такого. И пусть мой брат подонок, который мог предать свою сестру ради собственной выгоды, но я отказываюсь верить в то, что он так же легко мог предать маленькую девочку, которая всецело доверяет ему и нуждается в его защите. Если же он всё же это сделал, я буду той, кто пустит пулю в голову ублюдку.

— Как ты думаешь, что вероятнее?

— Я не думаю, что твой брат умер, если ты об этом, — от этих слов не стало легче, потому что они значили то, что мой брат ублюдок бросивший на произвол судьбы свою маленькую дочь. — Прости конечно, но я думаю, что в смерти Милены так или иначе виновен твой брат.

— Ты не можешь знать этого наверняка, — вера в лучшее единственное что мне оставалось, поэтому я верила, ради маленькой девочки, которая не заслуживает другого развития событий.