Леонтьев Антон – Знак свыше (страница 3)

Он открыл ноутбук, при помощи которого общался с коллегами по Клубу. Помимо того, что ноутбук был особый, сделанный на заказ и оснащенный системой спецсвязи, внедриться или прослушать которую было невозможно, переносной компьютер отличала еще одна особенность: вензель «21» на крышке.

Человек в бордовом халате с золотой вышивкой взглянул на другой, особый курс. Это был курс доходов Клуба Двадцати Одного – кривая рвалась вверх. Миллионы и миллиарды, пополняющие счета членов Клуба ежеминутно.

Но деньги, усвоил он еще в далеком детстве, далеко не самое важное в жизни. К этому выводу он пришел в католическом интернате. Самое важное – это власть. А власть зиждется на страхе. А страх является эксклюзивным товаром их Клуба!

Послышался писк – это мобильный человека в бордовом халате с золотой вышивкой. Его номер был известен чрезвычайно узкому кругу лиц. Владелиц мобильного усмехнулся. Звонить в начале четвертого утра и надеяться на то, что трубку возьмут сразу же, – какая, однако, самоуверенность! Он подождал секунд десять, но звонивший был напорист. Наконец человек в бордовом халате принял звонок и еще до того, как на него обрушился поток извинений, произнес:

– Госпожа федеральный канцлер, чем могу вам помочь?

Тут запищал его второй мобильный, и человек в бордовом халате, прервав говорившую с ним даму, самую влиятельную в мире, на полуслове, заметил:

– Госпожа федеральный канцлер, прошу прощения, но мне на другой телефон звонит ваш коллега, французский президент. Вы не возражаете, если я приму звонок и, как только будет возможность, вернусь к вам?

Не дожидаясь ответа, он поднес к уху второй мобильный. Да, теперь он требовался всем! И от его мнения зависело много – судьба Германии и Франции, судьба евро и судьба прибылей Клуба.

Он говорил с французским президентом, который, кажется, был на грани истерики. А немецкая канцлерша терпеливо ждала на другом проводе. Интересно, сколько она будет ждать, мелькнула у него мысль? Отчего-то он был уверен, что столько, сколько надо – пока он не возобновит прерванный разговор.

И это самая влиятельная женщина в мире? И этот говорливый, почти рыдающий субъект из Елисейского дворца – самый влиятельный мужчина в Европе?

Человек в бордовом халате с золотой вышивкой слегка улыбнулся. Да, миром правили не они, а другие. Другие – Клуб Двадцати Одного!

Олег Дергушинский осторожно осмотрелся – и отшатнулся. На него едва не налетел карапуз в желтой курточке с разноцветным капюшоном. В руках у карапуза был огромный бумажный бокал с кока-колой.

Олег недовольно поморщился, но ничего не сказал, наблюдая за тем, как мамаша, державшая в руках гигантский поднос со всяческой вредоносной снедью, пытается одновременно координировать движения своего неуклюжего чада.

Просто отлично, что у него нет детей, подумал Олег, наблюдая за грузной и несколько неуклюжей фигурой женщины, сопровождаемой малышом в желтой курточке с разноцветным капюшоном. А если бы вдруг и были, то он точно не привел бы их в субботний день в забегаловку, где кормят фастфудом! А какая разница, что фастфуд теперь не американский, а свой, родимый, российский, и что само заведение превращено в некое подобие сказочного теремка: от такой еды только одни проблемы со здоровьем!

Мысли Олега переключились на другое. Он нервно взглянул на часы. Восемь минут второго, а встреча была назначена на четырнадцать ноль-ноль! Причем именно они назначили встречу на это время, они и выбрали эту страшную забегаловку в псевдорусском стиле!

Мимо Олега прошла жующая жвачку девица с обесцвеченными волосами, толкавшая за собой тележку, на которой возвышались бачки с мусором. Девица неуклюже собирала остатки еды с пустых столов и распределяла их по бачкам.

Олег поморщился и инстинктивно подался в сторону, но это не помогло: девица все равно задела своей тележкой стул, на котором он сидел. Олег возмущенно фыркнул. Вот вам и суперсервис – именно это обещала реклама при входе в этот теремок, оказавшийся банальным храмом дешевой жратвы.

– Поосторожнее! – заявил Олег вслед девице, которая, толкнув его, даже не соизволила извиниться. Похоже, она даже этого и не заметила! Девица повернулась, на ее не отягощенном интеллектом лице появилась странная гримаса. Она выдула грязно-розовый пузырь жвачки, который с шумом лопнул. Девица снова отвернулась и двинулась к столу, на котором возвышалась груда грязной посуды.

Нет, добровольно он бы в это, с позволения сказать, заведение никогда бы не наведался! Его страсть – это дорогущие французские рестораны в центре Москвы, но никак не этот «теремок» в Люблино с пельменями, жаренной на сале картошкой и хамскими уборщицами!

Собственно, он здесь оказался вовсе не добровольно. Он пришел сюда, чтобы… Олег снова обернулся, словно опасаясь, что чавкающие люди прочтут его мысли. Да, он оказался здесь, чтобы совершить предательство! Как ни крути, а он предает Родину! Или, вернее, продает!

Его рука нащупала конверт из плотной бумаги, находившийся во внутреннем кармане стильного пальто из верблюжьей шерсти. Предать, продать, какая, собственно, разница! Важно, чтобы платили! А ему обещали заплатить! Ему требовались деньги!

Олег работал в Министерстве иностранных дел, и должность у него была совсем даже не плохая, и зарплата тоже. Но это раньше МИД был шикарным местом для работы. Где здесь «откат», где тут «процент», где там «чаевые»? Чего он достиг в свои тридцать девять? Еще полгода, и ему стукнет сороковник! И все, жизнь, можно сказать, даром прошла!

Надо было уходить в другое министерство или, что еще лучше, в спецслужбу, там истинное раздолье! Он пытался, но не вышло. И желающих много, и не всегда выходит, как планируешь. Ведь у каждого имеются свои недостатки.

Были они и у Олега, и одним из них была страсть к дорогой, декадентской жизни. Наверное, поэтому они на него и вышли. Кто были они, Олег имел чрезвычайно смутное представление, но это его устраивало. Главное, чтобы платили!

Странно, что эти самые они были готовы выложить более чем приличную сумму за какие-то старые, никому особенно не интересные документы из секретного архива МИДа. Олег их внимательно изучил, но не обнаружил ничего такого, что бы могло привлечь внимание иностранных разведок. А то, что они были личностями из-за бугра, он скумекал с самого начала.

Конечно, кое-что, изложенное в документах, было занятным. Даже он, любитель всяких мидовских баек и полуофициальных и неофициальных историй о том, «как это было на самом деле», никогда об этом не слышал. Но информация, несмотря на свою пикантность, не стоила таких денег! Но тогда почему?

Раздался мощный рык, от которого Олег вздрогнул – на втором этаже «теремка», где он находился, возник медведеобразный мужчина, державший поднос со снедью. Он направился к мадам и ее невоспитанному малышу в желтой курточке с разноцветным капюшоном. Вот и папаша появился! И тоже с подносом! Если они будут пичкать ребенка этой гадостью, то он вскоре станет таких же, как и папаша, размеров!

Олег снова взглянул на часы – платиновый «Ролекс». Четверть третьего! В дипломатическом мире прошлых веков и из-за меньшего опоздания послов на аудиенцию к королю разгорались войны! Но, похоже, они, его заказчики, уже здесь и изучают его: вдруг он стуканул куда надо о том, что его склоняют к продаже секретов Родины? И привел за собой «хвост»?

Олег понимал – сидеть он будет до последнего, если надо, и после закрытия здесь останется. Потому что деньги получить ой как хочется! С деньгами он может многое себе позволить, то, о чем так долго мечтал, но не выходило!

Внезапно он увидел поднимающуюся с первого этажа по лестнице группу людей в форме. Сердце Олега екнуло и ушло в пятки. Ему показалось, что он вот-вот грохнется в обморок. Так и есть, он, чертов идиот, попался на провокацию спецслужб! Сейчас же везде шерстят, коррупционеров ищут, в том числе, видимо, и до МИДа добрались! Вот и повяжут его сейчас, под суд отдадут, в сибирский лагерь отправят! Так, что делать? В висках у Олега стучали крошечные молоточки, пока он наблюдал за тем, как группка людей в форме направляется… Направляется к его столику!

Он заявит, что раскусил провокацию с самого начала, но решил подыграть! Что натура у него такая – авантюрная! И его бывшая супруга, Инна, подтвердит! Подтвердит, куда денется! Или скажет, что психически болен. Пусть у него психиатр какой-нибудь синдром Мюнхгаузена диагностирует. Или этой, как ее, Маты Хари! Хотя тогда его направят не на зону, а в закрытую психушку, что намного хуже!

Олег посмотрел на широкое окно и неуклюже рванул из-за стола. Бежать, конечно же, бежать! Со второго этажа на асфальт – авось повезет! И прочь отсюда, не нужны ему ни французские рестораны, ни фуршеты, ни тусовка в свете!

А люди в форме так близко! И один, подлинное чудо-юдо, направляется к нему!

– Эй, братан, стулья у тебя можно взять? – пробасило чудо-юдо. Олег не сразу понял, что нужно этому амбалу. И потом до него дошло – группка милиционеров заглянула сюда не для того, чтобы задержать его, ренегата, а чтобы перекусить! И им, сдвинувшим два стола, требовались дополнительные стулья!

Олег шумно выдохнул, чувствуя, что вспотел. Как будто кросс пробежал!