Леонида Вик – Случайная встреча в аэропорту (страница 2)

Она заметила его ещё у стойки регистрации — высокий, широкоплечий, в дорогом костюме, который ему очень шел.

Никаких тебе кричащих брендов, но вещи определенно дорогие.

Уверенный, спокойный. Без этого раздражающего высокомерия, которым грешат все деловые мужчины.

Да, он смотрел на неё, она почувствовала его внимание и обернулась. Встретилась с ним взглядом, а он, хоть и был застигнут ею врасплох, не смутился, не отвел глаз, но и не сделал попытки тут же познакомиться.

Он просто едва заметно улыбнулся и кивнул. Вежливо и с достоинством.

Ариадна ответила ему улыбкой и тут же отвернулась. Ей было не до знакомств сейчас.

Два дня у Светланы выжали её эмоционально. Тяжелый развод подруги, её слёзы, бесконечное копание в себе и в муже, в поведении свёкров.

Ариадна слушала, успокаивала, заваривала чай и думала: «Как же хорошо, что у нас с Максимом всё прошло тихо».

Они с мужем разошлись без скандалов. Без дележа имущества. Без ненависти.

Просто однажды утром они поняли, что больше не муж и жена. Просто два человека, которые живут в одной квартире.

Теперь она была одна. И её это устраивало.

Когда объявили задержку рейса, Ариадна вздохнула и направилась в кафе.

Столиков было мало, народу много, но ей повезло — кто-то как раз освободил место у окна.

Она заказала капучино, села, достала телефон, но писать подруге не стала — та наконец-то заснула после очередной бессонной ночи.

Ари сидела, листала ленту, дарила сердечки, не особо вчитываясь в текст постов и пила кофе. Хороший, кстати, хоть и запредельно дорогой. Впрочем, для аэропорта это было нормально.

А потом появился он.

Тот самый мужчина. Она, увлеченная соцсетями, не видела, когда он появился. Услышала только приятный мужской голос совсем рядом:

— Простите, можно? — он кивнул на стул, напротив неё.

Стоял рядом с её столиком, держал чашку эспрессо и смотрел на неё с легкой неуверенностью.

Ариадна удивилась. Не вопросу, а интонации, с которой он спрашивал разрешения присесть за её столик.

Казалось бы, классический подкат, но почему-то именно этого ни в его взгляде, ни в интонации она и не почувствовала.

Ей бы обидеться, в конце концов, что ж она, не может заинтересовать такого видного мужчину?

Но ей почему-то не было обидно. Видимо, это всё эмоциональная пустота, после двух суток слез подруги.

— Конечно, садитесь.

Он поставил чашку, сел, и они замолчали. Ариадна ждала стандартного мужского зачина — «Вы так прекрасно выглядите», «Летите по делам?», «А вы не модель случайно?»

Но он молчал. Просто пил кофе.

— Ваш рейс тоже задержали? — спросил наконец.

— Да. Триста двадцать третий.

— Мой тоже. Терпеть не могу поздние рейсы.

Она ему улыбнулась. Искренне. Всё-таки он красивый мужчина, а она нормальная женщина и ей было приятно его общество.

Они перебрасывались общими фразами, просто чтобы не молчать, раз уж оказались за одним столиком.

Казалось, оба понимали, что чем пить свой кофе в тише, лучше вот такое простое общение.

Вопрос, короткий ответ. Он не лез в душу, ну или ему было это не интересно. Впрочем, было бы не интересно, не поддерживал бы разговора, так ведь?

— Алексей, — представился он.

— Ариадна. Можно просто Ари.

— Приятно познакомиться, Ари.

— Взаимно.

Оба пили кофе и не спешили продолжать разговор. Это было странно, но впервые Ари не испытывала неловкости от молчания.

Обычно уютно молчать с тем, кого давно знаешь, а тут вот, вдруг, с абсолютно незнакомым человеком.

Ариадна отпила капучино и украдкой посмотрела на него. Алексей задумчиво смотрел в окно. На безымянном пальце не было кольца. Но это ничего не значило — многие мужчины не носят.

Он просто сидел рядом и она чувствовала его энергетику. Спокойную. Уверенную. Немного уставшую. Наверное, она и сама сейчас была такой же.

Ариадне было сорок пять. Она умела считывать мужчин. Умела отличать тех, кто хочет переспать, от тех, кто ищет что-то большее. Умела чувствовать ложь и расчёт.

С Алексеем ей было… спокойно? Да, пожалуй это слово подходило идеально.

И, как ни странно, ей это нравилось.

ГЛАВА 3. Алексей

Они допили кофе, и Алексей подумал, что вот уж сейчас-то она начнет свою игру. Как все женщины.

Она посмотрела на него внимательно, чуть прищурившись, и вдруг спросила:

— Алексей, вы женаты?

Он замер, не донеся чашку с кофе до рта.

Чёрт. Он не ожидал такого прямого вопроса. Совсем.

И вот опять, не было в её вопросе игривого контекста.

— Нет. Не женат.

— А были?

Господи. Она ломала все его установки.

— Нет, ни разу.

— Почему?

Он хотел отшутиться, но вдруг поймал себя на мысли: эта женщина не играет, не оценивает, просто слушает. И от этого чужого, почти забытого ощущения, что тебя слышат без задней мысли, усталость навалилась с новой силой, и слова полились сами.

Он усмехнулся, отпил кофе, следя за её реакцией и мимикой.

Ариадна смотрела на него спокойно, не задавала больше вопросов. Просто ждала.

— Сначала бизнес строил и было не до этого, а потом… Потом уже как будто и не важно стало, — ответил честно.

И окончательно понял: она не флиртует. Ей действительно это интересно. И почему-то именно этой женщине захотелось, вдруг, рассказать всё, как на духу.

Алексей откинулся на спинку стула. Вздохнул.

— Мне сорок семь, — начал он, сам не веря, что говорит это вслух, да ещё и красивой незнакомке. — Свой крепкий бизнес, филиалы в трех городах. Когда начинал только, думал, чем шире, тем лучше. Сам себе ставил планки и сам же их брал. Не всегда легко, но и больших потерь не было. Не без нервотрепки, но всё более-менее стабильно развивалось. Я всё могу себе позволить. А что не могу, значит мне это не надо. Ну вы понимаете, о чем я, — он посмотрел ей в глаза.

— Да, понимаю, — утвердительно кивнула.

— Стирка-уборка? Это делает приходящая горничная. Домашняя еда? Можно заказать в любом ресторане, будет не хуже. Секс? С этим тоже проблем нет. Скажу сейчас без ложной скромности, уверен, вы правильно меня поймете, я в том положении, когда стоит намекнуть и любая с радостью примет моё предложение, причем на тех условиях, которые выдвину я. Да вот проблема — я не хочу. Ни условий выдвигать, ни чтобы мне наследника рожали. Причем с полным убеждением, что мне же надо кому-то своё дело передать.