– Я буду по ночам, —
Ты только дай мне дальнюю дорогу,
Ты только сделай из меня врача!
Громады серых заспанных кварталов,
Булыжно-сизый глянец мостовой,
Расщелины чернеющих порталов,
Бульвары, окропленные листвой —
Все проносилось мимо,
Пролетало,
С мечтой как будто заключив пари.
Он мчал,
Покуда на пути не встало
Пылающее зарево зари.
Еще в соку сады всего Союза,
А уж в Сибири надписи висят:
«Водители! Остерегайтесь юза!»
И ниже лаконично: «Листопад!»
Мы листопад увидим без подсказок.
Но это значит, что пришла пора
Неповторимых сочетаний красок,
Особенно волнующих с утра.
Пусть солнце за горами, за долами,
Пусть только просыпается оно,
Но вон уже вдали, за куполами,
Огнем восхода небо зажжено.
И кажется —
Дробясь, ложится даль та
На зелень увядающей травы,
На черные полотнища асфальта
Осенними заплатами листвы.
Он все стоял, от красоты немея,
Застигнутый врасплох на полпути,
По-детски не стремясь и не умея
Нахлынувших раздумий обойти.
Он все смотрел, как шире простирался
Сплошной поток холодного огня,
Как будто в нем он высмотреть старался
Неведомое завтрашнего дня.
И видел все:
Последние минуты
Последнего экзамена идут.
Он открывает двери института
И входит в долгожданный институт.
И как по нотам дальше.
И в конце там
Он видел ясно, так, что стыла кровь, —
Вот жало всемогущего ланцета
Он принял от седых профессоров.
И рукоплещет зала, залитая
Огнями люстр.
Потом вокзал. Гудок…
И вот опять поля, поля Алтая…
Знакомый с детства тихий городок…
На шпиле конь…
Перрон разноголосый…
А на земле та самая весна,
И кто-то юный и русоволосый
Не может оторваться от окна…
А он идет – и отступает тленье,
Он буйствует с ланцетом, как гроза,
И лезут из орбит от удивленья
Бутылочно-зеленые глаза.
Багровый шар ползет все выше, выше,
На горизонте вянут кумачи,
И вот уже ударили по крышам
