Леонид Влодавец – Великий Некромансер (страница 21)

— Видишь?! — торжествующе сказал Костя. — Они нас точно испугались! Значит, есть чего бояться. Сейчас они опять орут, но если мы еще шаг сделаем, то они опять шарахнутся. Ну, пошли!

Двойняшки сделали второй шаг, и из рядов чудищ вновь вырвался испуганный вой. Некоторые монстры, стоявшие на самом нижнем ярусе пирамиды, попытались перелезть повыше, но не могли втиснуться в плотный слой тех, кто уже стоял там. Эти верхние стали выпихивать нижних, а те — цепляться за них лапами, хоботами и даже зубами. Началась возня, давка и сутолока, поэтому петь, барабанить, щелкать зубами и приплясывать монстры на сей раз начали лишь через несколько минут.

За это время Костя сумел получше присмотреться к чудищам и сделал весьма полезное открытие:

— Слушай, Вика! Все эти чучела сделаны на базе тех зверей, которые были нарисованы на первой и второй плитах! Понимаешь? Просто одним зверям приклеили что-нибудь от других — и все. Например, крокодилью голову к черепахе или змею к слону вместо хобота…

— Ну и что?

— А то, что эти самые монстры, должно быть, как-то связаны с Великим заклятьем!

— Ну, связаны, а дальше что?

Что дальше, Костя еще не придумал, а потому сказал:

— Давай еще шаг вперед сделаем, а то эти чудики надоели со своим воем… Может, еще на пять минут уймутся?

— Ладно, шагнем… — согласилась Вика, которая тоже стала меньше бояться.

И они сделали еще один шаг. Паника, которая поднялась в рядах монстров, никакому описанию не поддается. Чудища, стоявшие не только на первом и втором уступах пирамиды-горы, но и на всех остальных, гораздо более высоких, подняли толчею, суматоху и драку. Все хотели залезть повыше, спихнуть вниз своих собратьев. Те, кто уже сидел высоко, упирались, толкались и не давали себя сбросить с верхних ярусов. Визг, писк, рев и вообще гвалт стоял неимоверный.

— Да уж, — поморщилась Вика, — унялись они! Это почище тамтамов будет!

Но тут и самим двойняшкам пришлось испугаться. Неожиданно откуда-то снизу послышался низкий, глухой гул. И еще скрежет какой-то.

— Мамочки! — взвизгнула Вика. — Кто-то из-под земли лезет! Бежим!

Но Костя сразу заметил, что, услышав гул, монстры перестали драться между собой и как по команде повернули свои пасти, клыки и рога в сторону близнецов.

— Нельзя! — сказал он. — Если мы побежим, они нас точно разорвут!

— А если не побежим, то нас этот съест, который из-под земли лезет!

— Пусть сперва вылезет! Мы ему как вдарим голубым пламенем — еще пожалеет, что вылез! — бесстрашно заявил Костя.

Как раз в этот момент в нескольких метрах перед ребятами земля вспучилась, лопнула, и на поверхности появилась… нет, вовсе не голова очередного монстра, а всего лишь прямоугольная каменная плита, точно такая же, как те две, что двойняшки уже миновали. Только эта плита не служила дверью, как предыдущие, а просто торчала из земли наподобие могильной стелы.

— Смотри! — воскликнул Костя. — На ней тоже змея и ящерица, а вокруг такие же рисунки!

— Не такие же, — возразила Вика. — Во-первых, на змее и ящерице только по шесть клеточек, а во-вторых, на рисунках вокруг них — только животные, а геометрических фигур нету!

— Правильно! — подхватил Костя. — Значит, надо перенести на змею только шесть животных, которые были на первой плите, а на ящерицу — тех, что были на второй! Ну, включаем змею?!

— Будь что будет… — смиренно вздохнула Вика.

— Раз… Два-а… Три!!! — на сей раз одновременное прикосновение к голове и хвосту изображения змеи прошло почти безболезненно — чуть-чуть щипнуло, и все. Змея тут же засветилась серебристо-белым светом, а из рядов монстров вырвался испуганный вздох:

— А-а-ах….

— Ага, не нравится?! — злорадно произнес Костя. — Ну, давай заполнять змею. Помнишь, что там было первым?

— Помню. Обезьяна была.

— Нажимай на обезьяну!

Когда Вика приложила указательный палец левой руки к изображению обезьяны, а Костя — указательный палец правой к левой крайней клетке на изображении змеи, то все получилось как обычно, то есть большое изображение обезьяны исчезло с плиты, а в клеточке замерцало маленькое. Но вот того, что произошло в следующую секунду, ни Костя, ни Вика не ожидали.

Дикий вой из множества глоток монстров потряс воздух. Двойняшки высунули носы из-за плиты и были поражены увиденным.

Прямо на их глазах часть монстров начала разваливаться на куски. От одних отваливались обезьяньи головы, от других — лапы, от третьих — туловища. То, что не принадлежало обезьянам, оставалось на месте и судорожно дрыгалось на уступах пирамиды, а все остальное — поднималось в воздух! Там эти части тел подлетали друг к другу, каким-то непостижимым образом склеивались и постепенно превращались в обычных горилл, шимпанзе и разных там гамадрилов с бабуинами без всяких лишних добавлений! При этом исчез и черный, блестящий цвет шкур, и зловеще-зеленый блеск глаз, и неестественно белый оскал зубов. С визгом и верещанием обезьяны, нелепо размахивая руками, стали подниматься все выше и выше, а затем одна за другой исчезать в облаках зеленого тумана.

— Я все поняла! — восторженно завопила Вика. — Давай скорее и всех остальных превращать! Кто следующий?

— Бегемот, по-моему…

Дальше все пошло проще. Сначала вернули нормальный облик бегемотам, потом слонам, жирафам, крокодилам и антилопам гну, а когда все клетки на изображении змеи были заполнены, то исчезли и все змеи, входившие в состав монстров. Точно так же, как обезьяны, все остальные виды восстановленных животных взмывали к облакам зеленого тумана и исчезали в них.

— Теперь ящерицу надо заполнить! — лихорадочно вскричал Костя. — Мы побеждаем, ура!

И ящерицу заполнили. Когда в облака зеленого тумана улетели львы, страусы, носороги, черепахи и кабаны-бородавочники, на уступах пирамиды не осталось ни единого монстра. Только Черный идол возвышался на своем постаменте посреди бушующего пламени, и из глазниц его приплюснутого черепа исходило жуткое зеленое сияние.

— Ой! — пискнула Вика. — По-моему, он на нас смотрит!

— Не говори ерунды, — проворчал Костя и тут же отчетливо увидел, как Идол поворачивает голову, а затем начинает угрожающе поднимать свои крокодильи лапы.

— По-моему, он сейчас в нас молнии бросит! Прячься!

Едва Костя и Вика поспешно нырнули за плиту, как голубовато-лиловая вспышка озарила все подземное царство, и громовой раскат потряс воздух…

Глава XIX

БИТВА С ИДОЛОМ

Двойняшки пришли в себя не сразу и даже удивились немного, что еще живы. Костя первым делом глянул на плиту, которая прикрыла их от удара. На плите ярко светились изображения змеи и ящерицы, но изображений животных в клеточках не было. Зато на плите появились письмена в виде геометрических фигур. Точно такие же, как были на первой и второй плитах.

— При чем они тут, интересно? — озадачилась Вика.

— Не знаю… — пробормотал Костя и рискнул выставить полглаза из-за плиты.

Идол стоял на своем месте, но изменил позу. Теперь клешни лапы были воздеты к облакам зеленого тумана. Вокруг каждого из шести когтей его крокодильих лап крутились зеленые смерчи. Похоже, лапы Идола постепенно втягивали в себя туман.

— Энергию набирает! — догадался Костя. — Надо скорее заполнять клеточки, а то он как шандарахнет со свежими силами…

— «Кружок с точкой»! — торопливо прикасаясь указательным пальцем к данной фигуре, воскликнула Вика.

— Крайняя левая! — сам себе подсказал Костя и поставил палец в нужную клетку.

Сверкнула вспышка, причем, пожалуй, не менее яркая, чем от молний Идола. Ба-бах! — и грохнуло не менее сильно. А вслед за этим послышался ужасающий рев, исходивший, как видно, из глотки ожившей статуи. Костя не утерпел и на несколько секунд выглянул из-за плиты.

Идол хоть и взревел от ярости, но видимых повреждений не понес. Пострадал лишь его постамент, то есть та огромная круглая «таблетка» из черного блестящего камня, что находилась непосредственно под его ногами. Она обратилась в знакомый серебристо-серый пепел, который разъяренное чудовище теперь стряхивало с ног. Пламя у ног Идола бушевало по-прежнему, и потоки горячего воздуха уносили пепел прочь.

Увидев, что идол опять вытягивает лапы вперед, Костя поспешно убрал голову за плиту. Напоследок он заметил, что толщина плиты составляет сантиметров сорок, а вся внешняя сторона обожжена и оплавлена.

Вспышка! Грохот! Пожалуй, на этот раз удар был послабее.

— Скорее, «квадрат с черточками»! — поторопила Вика. Она забыла добавить: «на горизонтальных сторонах», но Костя и так помнил, что следующей должна быть «его», то есть синяя фигура, а «квадрат с черточками на боковых сторонах» был красный, «Викин».

На сей раз вспышка и грохот получились даже сильнее, чем от удара Идола. А рев чудища уж точно был намного громче, чем в первый раз.

Высунувшись, Костя первым делом посмотрел на внешнюю сторону плиты. Это его здорово огорчило, потому что плита стала на пять сантиметров тоньше. Ежели Идол еще семь залпов сделает, то от плиты и вовсе ничего не останется…

Впрочем, и ответный удар не пропал даром.

Гора-пирамида стала ниже на несколько десятков метров, потому что в пепел обратился один из ее самых высоких ярусов. Теперь Костя понял, что каждая геометрическая фигура отображает определенный ярус пирамиды. «Кружок с точкой» означал постамент, имевший круглое сечение, а «квадрат с черточками на горизонтальных сторонах» — ярус в середине пирамиды, который в плане представлял собой квадрат. Теперь под ногами Идола был постамент треугольного сечения. Наверно, именно его должен был обозначать треугольник с точкой. Но что же тогда означают три треугольника вершинами вверх, или «елочкой», по выражению Вики? И два треугольника вершинами вниз — тоже непонятно. Наконец, каким боком тут сопряженные окружности? Ярусов таких сечений в пирамиде явно не было.