Леонид Словин – Бронированные жилеты. Точку ставит пуля. Жалость унижает ментов (страница 175)
— Мы тоже думали…
Игумнов отнесся к сообщению Мусы как розыскник:
— Ты в тот день ездил на городском транспорте?
— Зачем? На машине.
— Джабарова?
— Да.
— А он на чем уехал?!
— Не знаю. Я сам удивляюсь, начальник…
Игумнов спросил наобум.
— А другое его поручение? Ну это… Знаешь! Насчет строительного вагончика…
Муса напрягся:
— Домика?
— Ну да, времянки…
— А–а… — Он успокоился. — Я не смог найти.
Игумнов явственно почувствовал миг начала гона.
Мафиози исчез, не дождавшись, когда вернется телохранитель с машиной! Что ж он Такси взял?! С другой стороны Волоков–связь Джабарова , он знает, что строительный домик кавказцу больше не нужен…
Его мысльт перебил звонок. Игумнов снял трубку.
Качан индифферентно смотрел за окно. Звонок был по его душу. Динка механик–объявилась раньше времени:
— Автоматическая камера хранения беспокоит, товарищ капитан! Механик Горячкина…
— Чего там у тебя?
— ЧеПе! Пассажир открыл ячейку — а в ней чужие вещи…
Игумнов блеснул металлическим рядом во рту.
— Сейчас старший опер подойдет.
Качан поднялся. Он по–прежнему не смотрел на Игумнова.
— Я пошел.
Игумнов был занят другим.
Итак, Волоков и группа, в которую он входил вместе с неустановленным кагебешником, помимо вссего вела дела с исчезнувшим кавказцем.
Ты уверен в том, что Джабаров не достал вагончик? ?
— Я–то наверняка бы знал, начальник…
" Волоков сказал Николе: «Проблема снята…»
Волок, выходит, знал, что строительный вагончик исчезнувшему мафиози больше не понадобится.
Подозрение по поводу судьбы Джабарова возникло у Игумнова еще в
кафе — когда он увидел третьи фирменные ключи от квартиры у администратора — у Люськи…
«Были ли у Джабарова четвертые фирменные ключи? "
Игумнов позвонил заместителю. Ими была продумана небольшая оперативная уловка.
— Зайди с хода…
Игумнов вернулся к Мусе.
— Ты ведь прописан все там же? На фабрике?
— Ну!
— И Эдик тоже?
— И Эдик.
Цуканов появился вовремя — Игумнов как раз спросил:
— Переезжать от Анчиполовского не собираешься?
— Куда, начальник?
— На Арбат, к Сергею, пока его нет. За стальную дверь! Квартира большая, места хватит…
— Кто тут говорит насчет стальной двери?!
Цуканов вроде заинтересовался, освободил пуговицу на животе. Недостойное мента безобразное пузо прокатилось между бортами пиджака к коленям.
— Я как раз ищу стальную дверь… Наверное, дорогая штука! А, Муса?!
Кавказец посомневался:
— Почему дорогая?! Нормальная.
— И где их делают? — От Цуканова было невозможно отделаться. Игумнов на это рассчитывал. — Наверное, у черта на куличках?! Или в Центре?
Муса подумал. Джабарову это вроде ничем не угрожало.
— В Центре… На Каляевской.
— Где там?
— Ближе к Садовой.
— Если от Новослободской–справа?..
Цуканов детально все выспросил.
Теперь можно было проверить, какое количество фирменных ключей полагалось вместе с замками.
— Ладно…
Мусу под конвоем во главе все с тем же младшим инспектором Карпецом отправили в прокуратуру.
МЕНТЫ. ИГУМНОВ.
В предбаннике у кабинета Картузова не было никого, кроме начальницы канцелярии.
Увидев входящего Игумнова, старая дева проворно сиганула к корзинке для бумаг, плюхнула ее сверху на барьер. Корзинка словно стояла тут с того самого дня, когда Игумнов ее здесь поставил.
Потом Ключница метнулась назад, к столу, как ни в чем не бывало, занялась регистрационным журналом.
Демарш был продуман заранее.