Леонид Шевченко – Дикарём во Вьетнам и Таиланд. Путеводитель для воображаемых путешественников (страница 3)

Однако, не суть. Что там смотреть. Храм – обычный, буддийский, каких полно по всему миру. Только вместо Будды, насколько я понял, Конфуций. И статуи черепах. Черепаха в буддистской традиции, вообще – символ мудрости. Потому и стоят в этом "храме" каменные черепахи со стеллами на спинах.

А на стеллах высечены результаты всех экзаменов ажно с 1484 года. Этот ведь не просто храм. Это – первый вьетнамский университет имени того же Конфуция, в котором изначально учились дети богачей, сынки купцов-дворян и были не у всех детей тетрадки и букварь. Потом, правда, пошли потоком и простые таланты – из народа. Учиться. Сдавать экзамены.

Меж тем, при каких псах тут литература? Всё просто: в основном тутошние студенты изучали литературные произведения и писали сочинения. Неважно, склонность ли у тебя к математике, истории или программированию – вот тебе фолиант, сиди и читай.

И, кстати, надписи на черепаховых стеллах составлялись выдающимися деятелями истории и философии, причём составлялись не просто так, на отвяжись, а в форме стихов. Правда, стихи эти были на древнекитайском языке, так что сегодня их прочитать смогут, наверное, только древние китайцы, да ещё, наверное, те же самые литературоведы.

Простые же, обыденные граждане Вьетнама приходят в храм просто так – помолиться Конфуцию и потрогать головы у черепах. По народному поверью, если погладить бошки всем восьмидесяти двум рептилиям, то грядёт удача на экзамене, и можно будет даже ничего не учить.

Со своей стороны Валентиныч считает, что таких черепах очень не хватает в нашем политехническом институте – чтобы сразу отсеивать идиотов. Потрогал черепах, ничего не уча – добро пожаловать за ворота, юный падаван! Фильтр.

Из всего вышесказанного проистекает тот факт, что праздному туристу, как и ожидалось, делать в Храме литературы особо нечего. Ну, черепахи. Ну, храм, каких тысячи вокруг. Ну, прудики, четыре из пяти которых к тому же ещё и пересохшие. Ну, "уникальная вьетнамская архитектура", которая, уж простите моё невежество, ничем особо значительным не отличается от китайской или тайской.

Короче, пустая трата времени. И чего там вьетнамцы ратуют за включение Храма литературы в перечень культурного наследия Юнеско, лично мне непонятно. Сомнительное, по-моему, наследие – этак каждый первый храм Таиланда можно в этот список включать!

Одним словом, Валентиныч не рекомендует. Разве что, если больше совсем заняться нечем. Лучше уж в Музей военной истории сходите – о нём я в следующие разы расскажу.

И к слову, если на выходе из Храма литературы повернуть направо, можно попасть в такой парк. Там вьетнамцы гуляют, играют в мячик и занимаются гимнастикой. Там спокойно и местами уютно. Однако встречаемые аборигены провожают белых обезьян недоумёнными взглядами, и есть с чего. Взгляните на прилагаемый ниже макет. Видите, такое пространство сбоку с полукруглыми дорожками? Вот это и есть тот самый парк. Только на макете он свободно располагается рядом с Храмом литературы, в реальной же жизни его окружает забор. И вход только один – тот, который внизу.

То есть вы заходите в парк. Идёте, благостно рассматривая вьетнамских спортсменов… И внезапно, пройдя целый квартал, осознаёте, что дальше, собственно, пути-то и нет. Извольте топать обратно. Почему так? Конфуций, наверное, знает. Но он, к огорчению, давно умер и ничего поведать уже не в силах.

Зато Валентиныч пока в силах. И на своём горьком опыте предостерегает туристов от многих нежданных ошибок. Что вами, конечно, должно было бы цениться, но я понимаю, что рассказы о путешествиях у меня в последнее время получаются неинтересными, а потому ничего и ни от кого уже и не требую.

Ибо – к тому же – не в читательской любви счастье. Счастье – оно в том, чтобы быть полезным. И может, моя "поданная в поезде солонка" – это как раз вот эти рассказы про Вьетнам. Которые, хочется верить, однажды помогут какому-нибудь пыльному и усталому страннику на его долгом жизненном пути.

Потому что только писать по-русски у меня, как видится, и получается в этой жизни. Не исключено, что это и есть смысл моего бытия.

По коему поводу я вам в следующий раз расскажу про Мавзолей Хо-Шимина или про Театр кукол на воде. Ну, если это, вообще говоря, кому-то интересно. Впрочем, если и неинтересно – всё равно расскажу. Пока рассказывается.

ГЛАВА 3. Ханой – Театр Кукол на воде

Неторопливо, твёрдой паровозной поступью движется мой рассказ про Вьетнам – в то время, как другие путешественники уже молнией проскакивают через город Данаг, Валентиныч только-только переваливает через второй день пребывания в Ханое, намереваясь сорвать завесу со знаменитого Театра кукол на воде, который всё то же несчастное Юнеско таки занесло в список мирового культурного наследия.

Хотя занесённым оказался не весь театр, а отчего-то лишь одна сценка из его постановки – впрочем, самая, как говорят, помпезная и монументальная. С соломенными шляпами!

Вообще, какие образы приходят в голову русскому человеку, когда ему говорят: "На озере Возвращённого меча есть театр кукол на воде – фантастически грандиозное зрелище"? Лично Валентинычу сразу представлялось, что представление проходит на самом озере, над водой которого пьяные подводные водолазы двигают куклами высотой минимум в два человеческих роста.

Оказалось, извините, хрена лысого. Начать с того, что нехрен проводить представления на озере, для всех желающих и бесплатно. Деньги-то с кого брать? Со всех отпирающихся праздных прохожих?

Во-вторых, и куклы-то, небось, крохотные! В 30-50 сантиметров высотой!

Но в целом представление не сказать, что скучное. Сбоку от сцены сидят музыканты и фигачат на своих инструментах. Тут же женские певицы поют вьетнамские песни – и вовсе благостно. Куклы изображают сценки из деревенской жизни, и если сверяться с англоязычной программкой, то можно даже в общих чертах понять, о чём речь. Вот поле пашут под рис. Вот народные гулянья. Вот дракон прилетел. Гармония!

Однако, особо здесь рассказывать нечего. Ну, театр, и театр. Что был, что не был.

Баловство одно и швыряние деньгами в толпу прохожих.

Едем дальше.

ГЛАВА 4. Ханой – Мавзолей Хо-Ши-Мина

Но вообще, главная достопримечательность Ханоя – мавзолей Хо-Ши-Мина. Хо-Ши-Мин – это такой вьетнамский Ленин, и сейчас у нас тут будет пятиминутка политинформации, смиритесь. Заодно хоть историю мира подучите, сумеете более подкованным взглядом взглянуть в лицо капитализма – в том числе и современного. Короче, читайте и не жалуйтесь. Пока у меня тут просветительский зуд. А то так и загнётесь за своими плоскими мониторами, не познав в жизни ничего ценного.

Короче, в начале ХХ века Хо-Ши-Мин, как и Ленин, долго жил за границей. Правда, в отличие от Ленина, дядюшка Хо в то время не сочинял манифестов и статей, а банально работал простым трудящимся матросом. Чисто выживал.

Но что тогда было в бошках у трудящихся Европы? Правильно, призрак коммунизма. Не прошла эта идея и мимо дядюшка Хо. Как результат, в 1920 году Хо-Ши-Мин, будучи в Европе, вступил в тамошнюю коммунистическую партию. А потом так увлёкся, что перебрался в Советский Союз, где его окончательно подковали в идеологическом плане.

Но родной Вьетнам продолжал стонать под колониальным гнётом прекраснодушной Франции. Настало время для работы на родине! В 1925 году Хо-Ши-Мин развернул революционную агитацию во Вьетнаме, и французские власти немедленно приговорили вчерашнего моряка к смертной казни. Пришлось таиться и скрываться, поскольку революционная ситуация отчего-то никак не складывалась удачным образом.

Так – в борьбе за свободу родной страны – прошло 15 лет. И не было бы счастья, да несчастье помогло: пришла Вторая мировая война. Вьетнам захватили японцы, а французов вышвырнули прочь – к парижской богоматери.

Но к концу войны японцам и самим стало печально. Им пришлось перебросить свои войска из Вьетнама в другие, более горячие точки… И Хо-Ши-Мин поспешил воспользоваться вакуумом власти! Произошла революция, в сентябре 1945 миру явилась Демократическая Республика Вьетнам, свободная от колониального ига.

Французы, однако, воспротивились, США и Англия принялись им поддакивать. Китайцы, опять же, с какой-то стати зашевелились – в северный Вьетнам вошли войска Чан Кайши. И чтобы получить передышку, Хо-Ши-Мин заключил с Францией договор. Ну, а хрена оставалось? Дескать, Вьетнам остаётся в составе Французского союза, и Франция вводит свои войска… Но при этом французы признают независимость Вьетнама.

Да, странный такой договор. Двусмысленный. Франция, конечно, ни секунды не сомневалась в том, что ей удастся снова сделать Вьетнам своей колонией. А Вьетнаму тупо нужна была передышка. Чтобы сил накопить.

Вот вы уже, наверное, зеваете, а вообразите, каково управлять страной в таких условиях! Представьте себя на месте простого вьетнамского матроса Хо-Ши-Мина. Что делать? Ты, ёлки, 15 лет скрывался по подпольям, тебя ловили и сажали в тюрьмы, и вот, вроде бы, ситуация благоприятная, а тут снова эти чёртовы империалисты. И снова всё заново!

Короче, не выдержали вьетнамцы – снова начали освободительную борьбу. Практически, партизанскую. Которая при поддержке СССР вскоре переросла в полноценную войну, по итогам которых французы были к псам собачьим вышвырнуты из страны во второй раз. Девять лет воевали, до 1954 года!