Леонид Селютин – Писатель (страница 4)
Он обернулся. Его окликнула девушка, показывая на верхнюю полку.
— Достаньте книгу, пожалуйста.
Саша взял книгу. Это оказался толстый том Замятина. Молча протянул девушке.
Она повертела книгу и посмотрела на него:
— А что вы так на нее смотрите? Не нравится?
— Не очень, — сказал Саша.
— зависящие
Замятин? Это почему?
— Не мое. Выдумщик он. А что?
Девушка пожала плечами, улыбнулась:
— Да так. Редко встретишь человека, который отвергает классику антиутопии и берёт в магазине бусидо.
— Иногда такое случается. — Саша слабо улыбнулся. — никогда не знаешь когда тебя найдет предназначение.
Она засунула книгу обратно на полку. Потом спросила:
— Я вас раньше не видела. Вы местный?
— Нет. Проездом ищу Москвы.
— Ни разу не видела туристов в нашем болоте ещё и из Москвы. Не скучно одному?
— Нормально, — сказал он удивляясь такой открытости. В современном мире, где одинокое существование стало нормой такой повышенной интерес к чуду персоне казался чем-то из ряда вон. Но альтушку казалось такое положение дел нисколько не смущало.
— А мне кажется скучно. Не составишь компанию даме? А то город маленький, все друг друга знают. А вы — новый человек. И человек похоже не глупый. — она улыбнулась и хитро подмигнула.
Саша подумал. Дел нет, занятия до завтрашнего утра совершенно нечем. Так почему бы и нет?
— Почему нет, — кивнул он.
Она задрала нос мотнув прической, поправила сумку, и они вышли из магазина. Колокольчик на двери звякнул на прощание.
— Куда пойдем? — спросил он.
— Разберёмся по ходу. — ответила девушка. — С утра я намеревалась просто бродить по городу и думать о космонавте. Теперь же когда в моём распоряжении есть такой… — она внимательно посмотрела на него, — самурай без страха и упрека, можно заняться чем-нибудь интересным.
— Например чем? — спросил Саша. —И что за «самурай без страха и упрека»? Обычно такие рыцари.
— А чем самурай хуже? Да и не тянешь ты на рыцаря. — она рассмеялась. — Героев нуара сейчас принято сочетать больше с японской культурой, чем с западноевропейским колоритом. Вот скажи что-нибудь!
— Что же? — улыбнулся Саша, через меры заинтригованный своей спутницей.
— Ну не знаю. Что-нибудь киношное. Не поверю что такой эстет как ты не понимает что имеет ввиду ветренная и ранимая девушка.
— Могу попробовать. — Саша остановился и взъерошив рукой волосы сказал:
— «My car – кирдык… I go to Chicago… »
— М-да. — Аля казалось была не сильно довольна его экспрессией. — Образ Брата будет тебе ближе. Окей, го в твое Чикаго —идем в парк.
Они пошли в сторону сквера. Аля болтала — про город, про то, как здесь скучно, про то, что все друг друга знают, и каждый новый человек — событие. Саша слушал вполуха, иногда кивал, иногда отвечал односложно.
Они вышли на улицу Ленина — главную в городе. Широкий проспект со скамейками, клумбами и живой изгородью. На белой решетчатом заборе, прикрывающего бок круглосуточного магазина висели афиши. У одной из них Аля остановилась.
— Смотри, концерт завтра концерт на стадионе. Группа местная, играют пост-панк. Мы давно его ждали. Сходить не хочешь? У вас такого в Москве и не увидишь!
Саша глянул на яркую бумажку, прочитал название: «Картонный дом». Знала бы Аля сколько в столице таких групп создается и распадается за день.
— Подумаю, — сказал он.
— Ну подумай, — она не настаивала. — Я всё равно там буду. И вообще что ты такой скучный? Бухгалтером работаешь?
— Нет. Писателем.
— Ого! — Аля уважительно посмотрела на него. — Обычно когда такое говорят то надеются на какое-то особое отношение или похвалу, но знаешь… Мне это нравится…
Они гуляли долго. Зашли в кафе у небольшой речки, девушка долго ходила выбирала, но вскоре остановилась на двух бургерах и соке. Саша оплатил не великий их заказ и взяв поднос сел за столик с живописным видом на декоративной мост. По нему ходили люди, играли дети. Раздался рев мотора и по глади реки проехала небольшая моторная лодка. Взглянув на это Аля рассказала, ему что раньше тут рек было много, но, со временем большую часть из них закрыли в трубах и спрятали под городом.
К вечеру они свернули в знакомый район. Те же пятиэтажки, те же дворы. Совсем близко от дома Коли.
— Сюда, — сказала Аля, сворачивая к скамейке у подъезда. — Познакомлю тебя с моей компанией.
Возле скамейки стояло несколько человек. Парни и девушки, кто-то сидел на корточках, кто-то курил. Пахло табаком и дешёвым пивом.
— Это Саша, — представила Аля. — Писатель. Заблудился в нашем городе.
Ребята засмеялись. Назвали свои имена — Саша запомнил только Толика и Васю. Остальные слились в единую балагурную массу.
— Садись, не стой, — сказал один парень. — Составь нам компанию.
Саша сел на край скамейки. Ему предложили сигарету — отказался. Предложили пиво — взял, чтобы не выделяться. Сделал глоток, поставил бутылку на землю.
Разговор шёл о своём — о ком-то, кто уехал, о ком-то, кто остался, о музыке, о том, что в городе корову задавили. Саша не встревал. Аля сидела рядом, иногда поглядывала на него, улыбалась.
Вечерело. Кто-то предложил перебраться в квартиру. Толик позвал всех к себе. Компания потянулась к подъезду.
Саша встал, отряхнул джинсы. Аля дотронулась до его рукава:
— Ты же с нами? Самурай не бросит свою тян?
— Если приглашаете, — ответил Саша.
Они поднялись на четвёртый этаж. Дверь открылась, в коридоре запахло котлетами и старыми обоями.
— Проходи, не стесняйся, — сказал Толик.
Саша перешагнул порог. Внутри уже включали музыку, гремели посудой, кто-то нашёл на кухне пельмени и довольно включал газ. Кто-то побежал в гастроном за добавкой, кто-то доставал из комнат дополнительные стулья и подушки. Шумная, бестолковая вечеринка. Но Саша вдруг подумал, что это лучше, чем ничего.
Он сел на расшатанный стул у окна, глядя, как зажигаются фонари за стеклом и в соседних домах то гаснут то вновь загораются вечерние огни квартир. Люди играли, пили, болтали. Кто-то принес из дальней комнаты гитару и играл на потеху публике. Многие песни Саша знал. На звуки музыки приходили новые люди, другие навеселившись уходили – толик лишь успевал закрывать и тут же вновь распахивать дверь. Республика объединённых этажей жила своей жизнью и во всем ее величии и древности Саша был не более чем еще одной неинтересной песчинкой. Как он сначала думал.
Через полчаса парень с гитарой устал и сунув инструмент за диван вышел на балкон. к нему присоединились еще несколько курильщиков. Тишина не продлилась долго и по комнатам поплыл разговор.
К нему подсела Аля.
— Как тебе у нас? — спросила она.
— Уютно. Только поздно уже.
— Да что, поздно-то. Время детское. Ты кстати где остановился?
— Да у друга остановлюсь. — сказал Саша вспоминая вчерашнюю ночь в домике. — На Строителей семнадцать кажется.
— О-о-о — обрадовался Вася — так мы соседями будем! Вдвоем не скучно. И Аля к нам часто заходи… — он поймал злой взгляд Али и сбившись продолжил — Только ты у нас осторожен будь. Там вчера ночью драка какая-то произошла говорят. Вроде даже убили кого-то. Сегодня полиция весь день у дома стоит расследует. Отвечаю вам — это всё Камышевкий маньяк!
— Маньяк? — удивлённо переспросил Саша.
— Ага. Бродит по округе лохматый верзила, винтовкой прохожих пугает. Зубами скрипит и люди пропадают.
— А полиция?