Леонид Сабанеев – Все о рыбалке. Легендарная подарочная энциклопедия Сабанеева (страница 89)

Наилучшим временем дня для ужения линя надо считать утро, притом не особенно раннее. Местами, однако, лучший клев замечается под вечер, около заката и до сумерек, но среди дня, около полудня, так же как и ночью, линь попадается на удочку только случайно; последнее обстоятельство довольно странно, потому что эта рыба может быть названа почти ночной: на это указывают как сравнительно маленькие глаза ее, как у налима, так и то, что линей можно наблюдать гуляющими по ночам иногда у самой поверхности воды, причем, перекувыркиваясь, они производят звуки, напоминающие бульканье падающих в воду комков глины. Весьма вероятно поэтому предположение, что лини не берут или почти не берут ночью потому, что в это время ходят в более открытой, в более глубокой воде и не на дне. Дневная ловля линей тоже является исключением из общего правила, и барон Черкасов ошибается, считая лучшим временем для ужения этих рыб время с 8–9 утра и до 3–4 часов вечера (?). По моим наблюдениям, линь лучше всего берет в промежуток времени от 7 до 9 часов утра; самые частые поклевки, иногда следующие одна за другой, бывают около 8 часов. На этом основании, а также по некоторым другим наблюдениям я пришел к заключению, что лини ночью и ранним утром бродят зря, без определенного направления, но перед тем, как возвратиться на свои обычные места, где проводят день, лини подходят к берегам и идут вереницами, один за другим, большей частью окраиной камышей, тростников и других водяных трав, останавливаясь здесь на дневку. Затем, незадолго до заката, начинается обратный ход линей, и они идут сначала травой, а потом, когда стемнеет, переходят на середину. В небольших прудах лини в мае и в начале июня положительно ежедневно совершают по два, так сказать, кругосветных плавания. Позднее, когда они отъедятся и животная пища станет изобильнее, эти странствования постепенно сокращаются, и, наконец, линь не выходит из района нескольких десятков квадратных сажен. Судя, однако, по тому, что лини редко берут на одном месте одинаково хорошо утром и вечером, надо полагать, что утренний тракт не совсем совпадает с вечерним. Но что линь, как и многие другие рыбы, имеет свои излюбленные водяные пути, это не подлежит никакому сомнению. В изучении этих путей и лежит залог успеха ужения всякой рыбы, линя же в особенности.

ЛИНЬ КРАЙНЕ МЕДЛИТЕЛЕН В СВОИХ

ДВИЖЕНИЯХ, ЖИВЕТ БОЛЬШЕЙ ЧАСТЬЮ

В ОДНОМ И ТОМ ЖЕ МЕСТЕ РЕКИ ИЛИ

ПРУДА И ПОКАЗЫВАЕТСЯ В ДРУГИХ

МЕСТАХ ТОЛЬКО В ПОЛУЮ ВОДУ.

Место ловли линей всякий опытный рыболов легко может определить при первом взгляде на арену будущих действий, но оно довольно разнообразно, и точное описание его затруднительно. В подмосковных прудах предпочитаются наиболее заросшие или, вернее, зарастающие впоследствии места, не отмелистые, а приглубые, в расстоянии 1½–2 сажен, не глубже, однако, 2½ аршина. При таких условиях всего удобнее ловить с берега, но у мелких, хотя травянистых берегов ловить очень неудобно, а потому приходится удить с лодки и забрасывать поплавок на урезе травы, то есть там, где она кончается. Вообще можно сказать, что лучше, вернее и удобнее ловить линей около камыша и тростника, особенно когда еще только что начинает подниматься молодой. Дело в том, что в таких местах путь линей не так широк, как около других водяных растений, и здесь почти вся масса мимо идущих рыб идет у краев, почти не заходя в чащу. В большинстве лодку устанавливают (на кольях или веслах) в траве, ближе к берегу, вдоль его, ради того чтобы можно было ловить на несколько удочек. Некоторые рыболовы предпочитают, однако, остановиться на чистой воде, далеко от берега, в 2–3 саженях от травы, и закидывают удочки таким образом, чтобы поплавки стояли около самой травы. Преимущество этого способа заключается в том, что линя сейчас же после подсечки выводят на чистое место, не давая ему запутываться в траве. Линь же, особенно голодный, вовсе не пуглив и лодки не боится, зачастую подходя к ней вплоть даже на аршинной глубине. Позднее, когда разрастутся травы, тростники и камыши, ловить линей можно только в прогалинах или коридорах, которые большей частью приходится делать искусственно, при помощи граблей; местами летом линь недурно берет в окошках между наплывом, то есть береговой трясиной, но ловить здесь неудобно и даже опасно. Общее правило, что линь ловится только в иловатых местах, почти не имеет исключений, так как песчаного, тем более каменистого дна линь всегда избегает, да таких мест в прудах и большей части травянистых озер очень мало. Однако замечено, что если насыпать на илистое дно слой песка, то ловля становится более добычливою. Это, по моему мнению, зависит от того, что на черном иле обычная насадка для линей – червь – менее заметна, чем на светлом песке. Здесь опять-таки нелишне напомнить, что рыболовы слишком мало соображают с цветом дна как свои насадки, так и цвет поводка, который, напротив, должен вполне соответствовать цвету почвы.

Погода имеет довольно сильное влияние на клев линя. Эта рыба, покрытая толстым слоем слизи, весьма чувствительная к холоду и имеющая мягкое небо, подобно карпу, обладает отличным осязанием, обонянием, развитым вкусом и хорошим слухом; она не отличается только зоркостью и при отыскивании пищи едва ли не более руководствуется обонянием, чем зрением. Перед переменой погоды, то есть при падении барометра, клев линя всегда ухудшается или даже временно прекращается. Этим объясняется, почему иногда линь не берет, например, в хороший, тихий вечер и, наоборот, отлично берет в очень дурную погоду – накануне перемены ее к лучшему. Лучшей погодой для ужения линя считается теплая, пасмурная с накрапывающим дождем. После дождя лини часто всплывают на поверхность; тоже в очень жаркую погоду они любят подниматься кверху, и на этой привычке основана почти неизвестная у нас ловля их в траве почти поверху.

Если рыболов хорошо знает, каким путем ходят лини весной и в начале лета, то нет необходимости прибегать к прикормке. Но позднее, когда лини перестают кочевать и ведут почти оседлую жизнь, трудно обойтись без прикормки, наконец, летом не стоит и ловить без нее. Так как линь растительную пищу употребляет только в крайних случаях, то лучшей прикормкой для него считаются черви, особенно выползки, нарезанные на куски для того, чтобы они не зарывались в землю. Затем отлично приманивает линей хорошо отжатый творог в мешке из рединки. Линь охотно сосет творог, да и запах его слышит издалека, особенно если к творогу прибавлено конопляное или льняное масло, распаренный колоб или дуранда, то есть конопляные и льняные выжимки. Некоторые добавляют к творогу (или заменяют его) тесто из распаренных ржаных корок, а также квасную гущу или солод в мешке. Разумеется, прикормку опускают на дно с камнем и большей частью на бечевке с незаметным наплавом. Некоторые советуют (но вряд ли сами применяют) добавлять и вонючую assa foetida. По Эренкрейцу, линей будет можно прикармливать зерном, но у нас никто еще такой прикормки не применял и действительность ее подлежит сильному сомнению.

Точно так же мне неизвестно, чтобы при ужении линей когда и где-либо у нас употреблялась растительная насадка, хотя я и не могу отрицать, чтобы линь отказывался брать такую соблазнительную приманку, как, например, тесто с медом, которое рекомендуют (только в жаркое время?) Alquen и La Blanchere. Вряд ли только мед можно заменять дегтем, как полагают эти иностранные авторы. Обычная у нас насадка – черви, большой земляной или несколько красных навозных. Последние, по моему мнению, предпочтительнее, так как они виднее и линь скорее забирает их в рот, чем крупного выползка. Впрочем, молодой выползок, без узла, мало уступает навозному. Насаживают червей петлями, оставляя короткие хвостики, так как длинные лини часто безнаказанно обрывают или объедают. Кроме того, выползок с длинным хвостом непременно зароется в вязкий ил, если лежит на дне. Весьма удачно ловят на железняка (очень темного и крепкого червя, живущего в глинистой почве), вероятно, потому, что он представляет более прочную насадку. Линь превосходно берет на мотыля, который едва ли не составляет, по крайней мере во многих прудах, его главную пищу, но, к сожалению, эта насадка неудобна потому, что требует очень мелкого крючка, а так как линя приходится всегда ловить в траве и водить круто, то он с мелкого крючка часто срывается. Отличной насадкой служат также раковые шейки; даже в тех водах, где раков нет вовсе, можно скоро приучить линей брать на них, если бросать вместо прикормки ободранных раков. Я полагаю, что лини хорошо берут на шейку главным образом потому, что она резко выделяется своей белизной на черном иле. В Западной Европе изредка в качестве насадки употребляют опарышей, и теоретически эти последние должны составлять для линей очень лакомую и заметную приманку, а если почти не используются у нас, то по той же причине, как и мотыль. Во Франции довольно успешно ловят линей на улиток и светлых слизней, пуская эту насадку очень мелко между листьями кувшинок и других подводных растений и вываживая рыбу очень круто. Так ловят большей частью в жаркие дни, около полудня, когда лини стоят около поверхности воды. Наконец, мне известно несколько случаев, что лини попадались (именно на озере Белом, близ с. Косина Московского уезда) на малявку (верховку – Leucaspius delineatus), предназначавшуюся для окуня. Надо, впрочем, заметить, что озеро это, очень глубокое (до 20 и более аршин), не принадлежит к числу кормных вод и рыба в нем растет очень медленно. Впрочем, вряд ли найдется рыба, которая при известных условиях не становилась бы хищной. Даже крошечные карасики очень хорошо ели у меня в аквариуме молодь других рыб.