Леонид Резник – Последний Еврей (страница 17)
Веред пожала плечами.
– Наши люди прибыли в другое будущее. Совершенно другое! Там даже никто не знал о нашем существовании. Оказывается, преступники нас перехитрили. Они отправились не в 1990-ый год, а в следующее одиннадцатилетие, в 2001-ый. Там они сумели организовать атомную атаку на Израиль и бактериологическую войну против развитых и не очень стран Запада. Сама понимаешь, после мировой войны наступил жуткий регресс. И преступники, вернувшиеся в свое время со своими научными знаниями, оказались, как зрячие в стране слепых. Ну, а для общего развития могу добавить, что в мире будущего, в большой его части, царит ислам. Сама понимаешь, что когда там узнали о нашем существовании, то решили нас уничтожить. Ведь если мы доживем до 2001-го года, то можем попытаться помешать им. Или попробуем сделать это раньше. Они могут попасть в 2001-ый год так же, как и мы, – только через семь лет. Вопросами безопасности там занимается так называемая Исламская стража…
При этих словах публика наконец-то начала переводить дыхание. Подумали, наверное, что я проскочил самый опасный момент. Дай-то Бог!
– Во время своего визита нашим друзьям удалось ускользнуть. Но их нашли и уничтожили уже в этом времени. А потом напали на нас, ты ведь помнишь простреленную машину? Именно тогда, во время аварии, ты потеряла память, но я считаю, что не только авария тому виной. Понимаешь… эти известия об уничтожении Израиля, о другом мире – они очень плохо на тебя подействовали. Ты была близка к шоковому состоянию. А тут авария, удар по голове…, вот какой-то предохранитель в мозгу и сработал. Именно из-за твоего предыдущего состояния я молчал. Мне бы очень не хотелось, чтобы ты опять так же разнервничалась.
Все. Я был выжат, выкручен и вывернут наизнанку. За считанные секунды придумать такой сюжет! Назовем его «Терминатор-2 1/2». В роли Шварценеггера Элиас Муков. Или это Веред Фридман у нас Терминатор?
Сплотившаяся вокруг новой легенды команда дружно жевала и прихлебывала кофе. Только мы с Веред сидели и теребили свои чашки. Каждый по своей причине.
– Итак, – сказала Веред, – я все поняла и запомнила. Спасибо за заботу. Не волнуйтесь, я очень далека от шока.
«Зато близка к истерике», – подумал я.
– Но кто мне объяснит тогда, откуда взялись Сара и Моше? Что у вас было в 2001-ом году, ребята?
Моше с Сарой переглянулись, но ответить не успели. Я перехватил инициативу.
– Начинаем обсуждение! Все слышали вопрос Веред? Я уже ломал над ним голову. Я даже не хотел никому верить, пока не допросил Адамса на приборе. Его… ваш мир действительно существует. Наверное, этот мир во многом был похож на наш первый, нетронутый («И придуманный мной» – добавил я мысленно). Я считаю, раз он существовал – моя с Веред миссия удалась. Мы спасем Израиль и человечество в 2001-ом году, а может быть, и раньше.
– Браво! – ехидно влез Адамс. – Ходите смело, не бойтесь Стражи, а нас предъявляйте, как доказательство своей победы. Но откуда тогда взялся мир с Российской Империей?
– А вот об этом надо спросит одного энергичного сотрудника АНБ, – я подстроился под тон американца. – Этот сотрудник влез за несколько часов до одной из моих важнейших операций. Я не знаю, каким боком это задело Россию, но, очевидно, задело.
– Наши ученые засекли источник возмущений тут, на Севере Израиля, – сказал Каплински, – а из объяснений Эли становится понятно, что именно мы сами таким объектом оказались. Как это тебе нравится, Адамс? Нас отправили ловить преступников, а преступниками оказались мы. Почти самообслуживание.
– Мне это не нравится, – сказал Адамс. – Но какую такую операцию задумал Эли? Может быть, мы осуществим ее сейчас?
Я почувствовал, что опять попадаю на зыбкую почву вранья, связанного с Веред. Именно ее я собирался использовать!
– Ничего не получится. Моя станция прыгала на 132 года вперед. Ваша так не может?
Каплински грустно покачал головой, потом оживился:
– Мы вместе можем ее переделать. Если ты в одиночку…
– Нет-нет, дело даже не в станции. Не знаю, почему я ее приплел. Дело в другом. Тут такая путаница… Давайте еще раз пройдемся по цепочке. Был мой мир – стал мусульманский. Был мусульманский – стал мир… Адамса. Был Адамса стал русским. Ну, не русским, просто попали с Российской Империей. Но ведь моя операция была нацелена против Стражи и планировалась в 2126-ом году!
– И сорвав ее, мы никак не могли повлиять на настоящее, сегодняшнее время, – Адамс довел мою мысль до конца.
– Послушайте, так теперь я могу забыть о своем страхе перед Стражей!? – до меня наконец-то дошло. Кошмар, не отпускавший меня в течение четырех лет и ставший реальностью вчера, развеялся, как туман. Какое облегчение! Честно говоря, с трудом верится.
– Рано радуешься, Эли, – «успокоил» меня Каплински, – представь эту вашу Стражу и ваших ученых. Ученые, как и мы, засекают вероятностную волну из прошлого, из Израиля. Вот-вот их мир может исчезнуть вместе с ними. Они связываются со Стражей, Стража уже знает, что вы здесь, и отправляет сюда свою группу. Получается парадоксальная ситуация: исламского мира уже нет, а их убийцы где-то тут.
Я подумал, что людям свойственно вытеснять из сознания самые худшие допущения. Ведь мир Каплинского тоже исчез (скорее всего), а его бригада в абсолютном здравии сидит передо мной и распутывает временные головоломки. Но черт с ним, с Каплинским. Если, как он говорит, в Институте Времени сумели засечь угрозу из прошлого и испугались, то все чудовищные ресурсы Стражи должны быть приведены в действие, и сейчас в Израиле… Сколько стражников может быть сейчас в Израиле? Если поначалу из-за моей жалкой персоны было задействовано двадцать с лишним человек, то сейчас счет может пойти на сотни.
– В том автобусе, который мы взорвали в Хайфе, было примерно двадцать человек, – сказал я. – Сейчас против нас могут бросить сотню-другую. Они наладят настоящий временной мост, будут гонять темпо-станции туда и обратно. Могу я ожидать, что вы мне поможете?
Тихо почему-то. Где добровольцы с горящими глазами, готовые своими телами защитить меня от исламских убийц?
Вместо добровольцев выступил Адамс.
– Мы естественные союзники, у нас практически одна и та же цель. Но у нашей группы, в отличие от тебя, есть конкретное задание. И если мы привлечем к этому заданию тебя, то сами подвергнемся громадному риску. Мне очень жаль, но интересы истории, интересы нашего человечества перевешивают эмоции. Мне кажется, наша группа должна пойти своим путем, а вы с Веред – вашим.
Я искоса глянул на Моше с Сарой. Что-то братья-евреи (ах, да, и сестры тоже) не рвутся на этот раз в бой. Они видели в деле одну стражницу со стертой памятью, представили еще сотню таких же в хорошей спортивной форме и… боевой дух куда-то испарился. М-да, слабовато у израильских солдат будущего с боевым духом.
Я потянулся, зевнул.
– Ну, что же, Адамс, давайте, двигайтесь. Я запру за вами дверь. Кстати, без темпо-генератора рядом с домом я усну намного спокойнее. Я не знаю, как вы будете выполнять ваше задание, не буду лезть в ваши секреты, но желаю удачи в любом случае. И еще… Я бы хотел получить какую-то компенсацию за взорванную вами темпо-станцию.
Адамс заерзал.
– Сиди спокойно, Адамс. Об этом в другой раз. Давай пока порешаем задачки. На сообразительность. И поговорим о том, что вам ближе. О вашем мире. Он возник, как результат того, что Израиль уцелел и бактериологическая война не состоялась. Раньше все события, происходившие в Израиле до 2001-го года не имели никакого значения, атомные бомбы вычеркнули их из истории. Но теперь… теперь все играет.
– К чему ты клонишь?
– К тому, о чем сам подумал всего минуту назад. Вы наводились на место высадки, стараясь максимально приблизиться к эпицентру возмущения?
– Да.
– И где вас выбросило в нашем времени?
– На каком-то перекрестке. Голан? Голон?
– Цомет Голани, – вмешался молчавший до сих пор Моше.
– Что там было рядом?
– Ничего особенного. Несколько арабских деревень.
– Что вы сделали после высадки?
– Включили детектор, запеленговали два темпо-генератора. Первый двигался, второй – нет. Мы поехали в Цфат. Но к чему этот допрос?
Я проигнорировал Адамса и обратился к Каплински.
– Как ты думаешь, Джоф, почему вас выбросило у Цомет Голани?
– Наверное, это примерно в середине между двумя темпо-генераторами. Так я тогда подумал.
– Подумай теперь. Темпо-станция в Цфате – моя. Как мы недавно разобрались, я не мог посадить на престол русского царя. Вторая темпо-станция – у стражников. Им на судьбе было написано погибнуть от наших с Веред рук. (Я специально акцентировал участие Веред, чтобы у девушки возникало как можно меньше крамольных мыслей). Итак, обе темпо-станции никак не могли повлиять на мировую историю. Адамс, Каплински, остальные! Что из этого следует?
Додумались не члены экспедиции из будущего «плюс 55». Додумалась Веред.
– Причина изменения истории находилась рядом с Цомет Голани. Вы были рядом с ней, но поехали по ложному следу. В результате нежелательное для вас событие произошло. Так вы проворонили свой мир.
Какая она грубая, эта Веред. Разве можно подавать такие плохие новости в такой жестокой форме? И тем более, у самой Веред не полный порядок с биографией. Очевидно, девушка поняла свою оплошность и после секундной заминки добавила: