Леонид Могилев – Век Зверева (страница 50)
— Вы-то большую Звезду хапнули.
— Что значит «хапнул»?
— Виноват.
— То-то же. И вот, впереди роты идет как бы Алехин, Таманцев рядом, а потом они скрытно проникают, ну, где-нибудь, где будто бы все шпионы заседают. Отчитываются перед Всемирным Банком реконструкции и развития. Ну, к примеру, во Дворце съездов.
— Скорее, на правительственной даче.
— В Ново-Огарево.
— Вот. Годится. Или в Барвихе. Будто бы на праздник этот ряженый приехали эмиссары и принимают отчет.
— И дальше что?
— А дальше молниеносная операция захвата.
— Так там же охрана. Все по высшему классу.
— А Таманцев с Алехиным — это не высший класс?
— И что? Они правительственную охрану снимут?
— А почему нет?
— Не смешите меня. Если только им не помогут…
— А кто может помочь? Вот ты бы взялся?
— Сложный вопрос. Подумать нужно.
— Думать не нужно. Нужно наливать и пить. Вот и пельменчики поспели.
Старик оказался парнем веселым и невредным. Его бы со Зверевым Юрием Ивановичем посадить за один стол. Они бы пришли к консенсусу.
— Так ведь там еще американская охрана будет. Два кольца.
— Американцы против наших — никто. На Эльбе били их лопатками и прикладами. И на Кубе били.
— Про Кубу откуда знаете?
— Куба — это самая большая головная боль временного оккупационного режима.
— И вы знаете почему?
— А как же? Сказать?
— Да я и так знаю. Дальше-то что? С Таманцевым?
— Ну, все взяты. Все. И рыжий, и толстый, и мальчиш-кибальчиш.
— Плохиш.
— Ну да. И их увозят.
— Куда и как? В бронетранспортерах?
— В голубом фургоне.
— Может, в зеленом?
— Нет, в голубом.
— Да что за фургон еще такой?
— Специальный фургон.
— Так ведь если выехать дадут, так и досматривать станут.
— Ты про роту забыл? Она обеспечит путь отхода. К коридору во времени.
— Так. А она разве не перебита?
— Где?
— При штурме правительственной дачи.
— Нет. Ты думаешь, какой должен быть процент потерь?
— Восемьдесят пять.
— Ну, это ты маханул. У меня бы было — сорок.
— Ну пусть сорок. Коридор-то далеко?
— В том-то и дело, что нет. И все генеральные шпионы с кляпами во ртах и веревкой на запястьях.
— А потом?
— В городе паника. Кое-кто вообразил мятеж в дивизии Дзержинского и двинул в Шереметьево.
— А фургон?
— А волшебная дверка скрипнула и пропустила его. А те, кто обеспечивал отход, рассредоточились по городу и автономно ложатся на дно. Потом — ждут наших.
— Наши, это кто?
— Красная Армия.
— Хорошо. Откуда она возьмется?
— Из регионов. Двинет из Приморья и сломает геополитическую игру.
— Газету «Завтра» любите читать?
— Я вообще газет не читаю.
— Не верю. У вас подшивки на антресолях.
— Ах да, ты же обыск проводил. Ну, было дело, покупал. Теперь — нет.
— Почему?
— Ошибаются часто. Народ спровоцировали в девяносто третьем.
— А тогда что произошло? Кто был человеком Президента в Белом доме? Который из двух? Или оба?
— Поболе.
— То-то же. Это вам не кубинские секреты. А Кастро если привлечь? Получилось бы?
— Кастро — человек умный. Встревать не станет. Отсидится.
— Так. А с фургоном-то что?
— Фургон прямо в Москву, в Кремль. К товарищу Сталину. Лично допросит.
— А потом?