Леонид Млечин – Семь жизней за императора. Война приходит с Востока (страница 2)
Нам только кажется, что мы хорошо знаем события августа 1945 года, когда в войну вступил Советский Союз, когда на Японию были сброшены две первые атомные бомбы и империя капитулировала. На самом деле многое в тех августовских событиях по-прежнему остается загадкой. Главное – решения, которые принимал Хирохито.
Его отец император Тайсё, рожденный императорской наложницей, страдал от множества заболеваний. В раннем детстве он переболел менингитом и страдал от отравления свинцом. Причиной была косметика, изготовленная на основе свинца, которую использовала его кормилица. Вел он себя странно. На открытии сессии имперского парламента в 1913 году – один из тех редких случаев, когда императора видели на публике, – он свернул подготовленную ему речь и рассматривал депутатов как в подзорную трубу. Он не мог исполнять свои обязанности, поэтому Хирохито в двадцать лет стал регентом, фактически заменив отца. Когда же в декабре 1926 года тот скончался от сердечного приступа после тяжелой пневмонии, Хирохито занял императорский трон. Началась эпоха Сёва – в переводе на русский «Просвещенный мир».
Императора дважды пытались убить. 27 декабря 1923 года в него стрелял коммунист Дайсукэ Намба. А 9 января 1932 года у ворот императорского дворца в него бросил ручную гранату Ли Бончанг, борец за независимость Кореи, которую японцы превратили в свою колонию. Так что Хирохито исходил из того, что врагов нужно уничтожать.
После Второй мировой одни станут изображать его как безвластную фигуру, чья роль была чисто ритуальной. Другие уверены: именно Хирохито виновен в зверствах, совершенных имперскими войсками во время войны в Китае и на Тихом океане.
В 1989 году мэр Нагасаки Хитоси Мотосима прямо сказал:
– Хирохито несет ответственность за Вторую мировую, и Хиросима с Нагасаки остались бы целы, если бы император раньше прекратил войну.
Эти слова дорого обошлись мэру. В ответ он получил пулю от члена ультранационалистической группы с экстравагантным названием Сэйкидзюку («Школа здравомыслия»).
Созданный в стране миф изображает императора мудрым дипломатом, который, конечно же, всегда стремился к миру, да беда в том, что милитаристы засели в правительстве. Вот они-то и привели Японию к войне…
В ту пору иностранные аналитики полагали, что император «обеспокоен скатыванием Японии к войне», но считали Хирохито «слишком слабым, чтобы изменить ход событий». Если бы он противился военным, его бы убили и заменили другим членом императорской семьи, более покладистым.
А как все обстояло в реальности?
В Конституции, принятой 11 февраля 1889 года, сказано:
«Статья 1. Японская империя управляется непрерывной на вечные времена императорской династией. […]
Статья 3. Особа императора священна.
Статья 4. Император – глава государства, он обладает верховной властью. […]
Статья 11. Император является верховным командующим армией и флотом».
Иначе говоря, император обладал полной властью над страной. Определял ее политику. И он решал: война или мир.
Хирохито предупреждал своих генералов:
– Если начал войну, ее на середине не остановишь. Поэтому следует быть осторожным. Но если решился, нужно идти до конца.
Главный вопрос: зачем Япония вообще ввязалась во Вторую мировую? На Японию со времен Хубилая – китайского богдыхана из Монгольской династии (ХIII век) – никто не нападал. Так что это была захватническая война.
Население Японии за полвека увеличилось вдвое. Примитивное сельское хозяйство не могло прокормить страну. Идея территориальных приобретений становилась все популярнее в Токио. Начали с того, что Корею превратили в колонию. В 1930-е годы Китай казался очевидной целью – огромная и плохо управляемая территория.
7 июля 1937 года японцы развязали полномасштабную войну с Китаем, в которой не соблюдались никакие даже умозрительные правила.
Хирохито одобрил тактику выжженной земли: императорская армия сжигала целые деревни, если командование считало, что там укрылись партизаны. Так погибли миллионы мирных жителей.
Армейский командир объяснил брату императора, принцу Микаса, который отправился в Китай, чтобы посмотреть, как героически сражается японская армия:
– Наш принцип таков: сжигать каждый дом врага, на который натыкается наш авангард. Поэтому мы всегда знаем, где находятся наши части. Если бы нам запретили это делать, мы бы даже не смогли определить местонахождение передовых частей.
С разрешения императора взятых в плен китайцев не считали военнопленными, их не кормили, их просто убивали. Хирохито особым распоряжением санкционировал применение химического оружия против китайцев.
Британские дипломаты докладывали в Лондон: «По характеру и темпераменту Хирохито плохо подходит для роли, отведенной ему судьбой. В Токио жаждали видеть на троне харизматичного воина. Вместо этого императором оказался погруженный в себя молодой человек, который чувствовал себя как дома в научной лаборатории, а не на военном плацу».
Британцы ошибались. Император внимательно следил за ходом боевых действий и вмешивался в ход военных операций. Он раздраженно распекал начальника Генерального штаба сухопутных войск генерала Хадзимэ Сугияма:
– Армия обещала мне, что в Китае мы можем добиться мира сразу после нанесения им одного удара тремя дивизиями. Но вы никак не можете победить Чан Кайши!
Генерал начал оправдываться:
– Китай – это обширная территория, и мы неожиданно столкнулись с большими трудностями…
Император взорвался:
– И вы мне говорите, что у Китая большая территория? Разве я не предупреждал вас об этом? Мы мне лжете!
Начальник Генерального штаба военно-морского флота адмирал Осами Нагано вспоминал: «Я никогда не видел, чтобы император делал нам выговор таким образом. Его лицо покраснело, и он повысил голос».
Разрешая убивать, причем самыми варварскими способами – с помощью отравляющих газов, император Японии, похоже, смотрел на живых людей как на водоросли, которые в свободное время изучал в своей лаборатории.
Лорд – хранитель печати Коити Кидо, который отвечал за подготовку документов и решал, кто будет допущен к императору, говорил в своем кругу о Хирохито:
– Иногда мне приходится останавливать его. Решимость императора, похоже, зашла слишком далеко.
Премьер-министр генерал Хидэки Тодзё вспоминал разговор с императором накануне атаки на американскую военно-морскую базу в Пёрл-Харборе:
– Император спокоен и непоколебим, он принял решение. Учитывая нынешнюю ситуацию, я могу сказать, что мы практически уже победили.
А если бы Хирохито сказал тогда «нет», война на Тихом океане не началась бы.
На своей первой в истории пресс-конференции в Токио в 1975 году, когда его спросили о ядерных бомбардировках, император коротко ответил:
– Очень жаль, что были сброшены ядерные бомбы, и мне жаль жителей Хиросимы, но была война.
И дальше он произнес: «Сиката га най» – «Ничего не поделаешь».
Но это не так! Именно он и мог спасти своих людей. Император Хирохито благословил захватническую и преступную войну. И прекрасно знал, что его войска совершают чудовищные преступления.
Один из царедворцев рассказывал потом:
– Никогда еще в истории Японии не было кабинета, в котором премьер-министр и все министры так часто отчитывались перед троном. Чтобы снять беспокойство императора, министры докладывали обо всех вопросах, входящих в сферу их обязанностей. Напечатанные на машинке черновики документов представлялись императору с исправлениями, выделенными красным цветом. Первый проект, второй проект, окончательный проект… Все документы были санкционированы императором…
Японская империя уже давно пыталась захватить полмира.
Часть первая
Цель № 1 – Россия
Неизвестная война. Поражения и победы
В 1895 году император Всероссийский Николай II говорил:
– Я, посвящая все свои силы благу народному, буду охранять начало самодержавия так же твердо и неуклонно, как охранял его мой незабвенный покойный родитель.
А Лев Николаевич Толстой ответил Николаю II, что тот задался «невозможной целью – не только остановить жизнь народа, но вернуть его к прежнему, пережитому состоянию».
Царствование императора Николая II, отмечают сегодня многие историки, рисовалось как нечто несовременное, безнадежно отстававшее от стремительно развивавшегося мира, как эпоха упадка, как карикатура на самодержавие. Так закладывалось представление о том, что режим должен рухнуть. Над императором и его окружением издевались: они хотят править по-старому, но это конец эпохи: престолы одряхлели, их власть выродилась – это призрачный, умирающий мир.
Общество жаждало обновления. Европейские революции стучались в двери – император Александр II впустил их в Россию. Сменивший его на троне Александр III объявляет этим угрозам войну. Он – не рядовой сменщик на троне, а сознательный борец за монархический принцип. Его цель – не просто убрать террористов (и террор как таковой), но вычистить из России саму тему потрясений (нейтрализовать их источник). Александра III числят по разряду реакционеров, а он – социальный миротворец, идеалист-утопист.
Поразительным образом практически в одно и то же время происходит целый ряд исторических движений, которые меняют мировую карту, географическую и цивилизационную. Европа устремляется на запад, через Атлантику, Московская Русь – через Евразийский континент, к Тихому океану.