Леонид Клешня – Разговор. Игра внутри (страница 2)

Вадиму было совсем непонятно его присутствие на собрании, поскольку говорили здесь об энергетике и ресурсах, о том, какие новшества ввели в государствах по рекомендациям последнего собрания. Вадиму все это было неинтересно.

Вадим отметил вторую часть выступления первого спикера, которая явно критиковала недоработку правительства в Берлине, и допустили показ одной малоэффективной модели «вечного двигателя», которую показали на центральном телевидении и даже разместили в одном из государственных зданий.

– Это весьма опрометчиво, – слушал Вадим перевод в ухе, – проблема заключается в том, что данные действия могут быть расценены как популяризация этой идеи со стороны Государства, что само по себе является абсурдом и может привести к необратимым последствиям…

Дальше шёл разговор о том, что данная информация опровергнута и даны дополнительные пояснения по этим вопросам и рекомендации в дальнейшем сдерживании подобной информации и недопущения появления данных материалов в массовых средствах информации оказания содействия в популяризации недостоверных образцов, эффективность которых не поддается критике и легко разоблачима.

Мужской голос затих, замолчал и переводчик, следующий спикер приятно удивил Вадима. Во-первых, его доклад был на русском языке, а во-вторых, тема.

– Мне хотелось бы отметить другую проблему. Она не столь значима, как озвученная до нее, но хочу отметить, что в промежутке между этим и следующим советом мы не раз проведем собрания по ее решению и выслушаем ваши мнения, поэтому отнеситесь к ней серьезно, особенно те, кто работает в данной сфере. Итак, к самой проблеме. Она заключается в криосне. В то время, как некоторые из нас работают над проблемой кристаллизации в момент заморозки и как обойти момент разрушения тканей, как, например, Нью-Йоркская академия наук уже имеет определенные успехи с кратковременным анабиозом, и в лаборатории «Параллели» неустанно двигаются к вопросу о долгосрочной заморозке, используя множество вариантов консервации, находится все больше и больше предприимчивых людей, которые оказывают данные услуги на платной основе, заливая тела и мозги в бочках азотом и складируя это на складах. Конечно, все присутствующие понимают, каков результат у данной заморозки и какова вероятность извлечь что-либо из того пюре, которое получится после разморозки. И, казалось бы, какая угроза возникает перед обществом? Самая непосредственная – то что эти предприниматели замораживают трупы и человеческие мозги для нас не беда, ведь люди сами на это соглашаются. Многие прекрасно отдают себе отчет и понимают перспективы. Проблема же заключена в том, какой пиар они избирают для этого. Продвигают свой бизнес под эгидой того, что их заморозка поможет в дальнейшем оцифровать содержимое сознание и загрузить его в симулированный мир, тем самым данная теория неустанно набирает популярность. И в это пора вмешаться. На сегодняшний день бесспорным лидером в данной сфере является «Параллель», но она не вызывает опасений, так как ее исследования содержатся в полной конфиденциальности, они предоставляют полученные материалы и, судя по тому, на каком они этапе с другими нашими коллегами, мы можем смело заверить, что возможность оцифровать сознания будет достигнута либо быстрее, чем долгосрочный анабиоз, либо эти открытия произойдут одновременно, но нам всем крайне невыгодна ситуация, если теория симуляции обретет статус религии, как и множество законсервированных трупов по всему миру, на это пора начать воздействовать…

Вадим слушал доклад, и ему становилось не по себе оттого, на каком этапе находятся его исследования. Пара тысяч человек с разных концов планеты осведомлены лучше, чем он сам. Факт того, что всем известно, сторонником какой теории является Вадим, его не удивляло, ведь он этого и не скрывал.

«Только вы все думаете, что я верю в теорию симуляции, а суть в том, что мне известна правда. И я в это не верю – я это знаю», – сказал про себя Вадим.

Он прослушал следующего докладчика, который говорил о недропользовании, но ему это было неинтересно. Он понимал, что это тематика Николай Борисовича, так что погрузился в раздумья в отношении речи второго спикера.

Когда третий спикер закончил доклад, всем было объявлено, что материалы предоставлены сопровождающим, и люди, сидевшие во главе стола, поднялись и покинули зал. Когда распахнулись центральные двери, в зале снова стало светло.

Вадим продолжал молча сидеть за столом, откинувшись на спинку стула, пока не почувствовал, как ему на плечо положили руку. Он обернулся и увидел, что Николай Борисович кивком показывает в сторону выхода.

Едва выйдя за пределы территории, Николай, подойдя к машине взял свой телефон и принялся докладывать итоги совета, Вадим на это никак не отреагировал, молча сел в машину и сказал водителю, чтобы тот двигался в аэропорт, как только вернется Николай.

Спустя час Вадим и Николай летели чартерным рейсом домой. Николай, положив полученную папку на совете на стол, начал изучать ее содержимое. Вадим усмехнулся надписи на папке «72 съезд библиотекарей». Николай передал один файл Вадиму со словами:

– Вот поэтому наше сотрудничество просто идеально. – Это был материал по выступлению второго спикера. – Поскольку тебе интересен только этот вопрос, а нам как раз, наоборот, первое и третье заявления учитывая, что последнее полностью касается нас.

– Как так получается, что Совет в курсе дел, происходящих в моей скрытой лаборатории, и основных направлений?

– Вадим, когда ты провел первую конференцию, на которой присутствовали мировые светилы науки и крупнейшие бизнесмены, за тобой началось доскональное наблюдение. Сразу, как только ты об этом объявил. А ситуация с вирусом показала, на что ты способен, естественно, тебя никто не прекращает вести и сейчас. И для твоей же безопасности в том числе многие из твоих спонсоров являются участниками Совета ученых, которых ты удачно подбираешь, и тебе якобы удается их убедить работать на тебя. Это лишь самомнение, они командированы к тебе Советом на полставки, но, заметь, никто по настоящее время ни разу тебе не помешал.

– Согласен, были только локальные конфликты.

– Ну, а теперь нет и мелких. По второму вопросу не переживай – мы его тоже на контроль возьмем, устроим сейчас пару саботажей в этих фирмах, цистерну с телами перевернем или еще чего. В общем, им не до пиара будет, а в части исследований продолжай, тем более раз Совет вывел этот вопрос, значит теория, сторонником которой ты выступаешь, может быть весьма перспективной. Не стесняйся с опытами, делай что надо и проводи над чем считаешь нужным. Тебе мешать не будут, пользуйся, в общем, ты делай свое, мы делаем свое, а по итогу общее дело.

Вадим не стал отвечать, лишь согласно кивнул. Взял стакан с водой и, начав его цедить, уставился в иллюминатор, а Николай вернулся к изучению материалов.

Прилетев домой, Вадим и Николай расселись по разным автомобилям. Вадима немного клонило в сон, но он все же планировал отправиться в офис.

– Вадим Николаевич, вам Максим наяривает, поговорите с ним? – спросил охранник с переднего сиденья, показывая экран телефона, где видно имя контакта.

– Да, Антон, давай.

Вадим взял телефон и принял вызов.

– Привет, Макс. Я только прилетел с Норвегии. Со вчера ждет? И что, он крупный инвестор? Больше ярда пожертвований? Пусть выходит из апартаментов, буду через двадцать минут, и мы переговорим в ресторане.

Вадим выключил телефон, вернул его Антону.

– Доберемся за пару минут к главному зданию?

– Конечно, – заверил водитель и прибавил газу.

Спустя пятнадцать минут они были у «Параллели». Вадим спешно направился в ресторан на первом этаже. По количеству охраны в ресторане стало понятно, что гость уже ожидает его.

– Доброе утро, Мохаммед! – поприветствовал Вадим с улыбкой, протягивая руку старичку. – Вы без предупреждения, а я только с самолета.

– Здравствуйте, Вадим, – спокойно поздоровался тот и, дождавшись, когда Вадим усядется, продолжил: – дело неотложное и возникло спонтанно, как и мое решение встретиться с вами, хотя мне известно, что вы не ведете приемов. Я понимаю, что единственная причина, по которой вы согласились со мной встретиться, – это мои пожертвования в ваше предприятие, так что можете не утруждаться и не разыгрывать радость встречи, вы меня даже не знаете.

– Хорошо, чем я могу быть вам полезен? – уже без вежливой улыбки спросил Вадим.

– Я умираю, и этот факт необратим. Мои регулярные обследования упустили вялотекущий рак желудочно-кишечного тракта, и он показал симптомы, когда метастазы пошли уже по всему организму.

– Я вам сочувствую, – искренне произнес Вадим. – Но чем я могу вам помочь?

– Вадим, когда вы только начинали строить свой комплекс, основатель данного центра влил сумасшедшие средства в него и пригласил других людей, которые последовали его примеру, а эти люди подтянули следующих, включая и меня, и, как вы думаете, почему мы вкладываем такие деньги, не получая ничего взамен?

– Я думаю, будет более логично сначала услышать ваш вариант ответа.

– Да, соглашусь с вами, Вадим, отдать вам большие деньги вызывает вера в еще более крупные деньги. Когда в самом начале мы видим, как один затворник отдает половину своего одного из самых крупных капиталов в начало строительства места, где должны, вывести человека на новый уровень, лишить его столь бренной несовершенной оболочки и освободить от мирских проблем, мы все задумываемся. Но, когда видим, что его примеру следуют и другие, то раздумья перерастают в веру, вот и я поверил в вас, как в спасательный круг, и просто отдавал средства в надежде, что, когда придет мое время, я не отправлюсь в пустоту, а перейду на новый уровень, но судьба распорядилась по-другому, лишив меня надежды и прекратив мой путь раньше, чем вы успели чего-либо достичь. И вот теперь я остался один на один со своим страхом неизбежного, а принять это не могу, так что готов поверить сейчас во что угодно. Один из моих товарищей порекомендовал мне криосон, располагаемый в Альпах, но, как я ни пытался, не смог разобраться, каковы перспективы, и с этим вопросом отправился к вам.