Леонид Карпов – Впечатлительная Грета – 3: Принц где-то рядом. Романоподобный продукт (страница 13)
Изящный шаг группы мгновенно превратился в коллективное крушение домино. Глядя на кучу-малу из запутавшихся в шелке тел, Грета лишь томно вздохнула:
– Ах, этот танец забирает пленных без разбора!
И, не оборачиваясь на хаос, который она только что сотворила, мадемуазель Грета покинула зал, неся свою драму дальше – туда, где ее еще не успели забыть.
Мадемуазель, бинокль и драма
Глазами мадемуазели Греты – особы впечатлительной и слегка истеричной – мир виделся исключительно как подмостки. Жизнь не была для нее просто чередой будней; это был непрекращающийся спектакль, где любая мелочь раздувалась до драмы или комедии, достойной оваций. У Греты был редкий дар: превращать повседневность в яркое, гротескное представление.
Стоило ей услышать шорох за окном, как она, словно по команде, хваталась за сердце и с придыханием восклицала: «О боже, что это?!», будто в это мгновение вся вселенная сжалась до размеров одной подозрительной тени. В такие минуты она неизменно призывала на помощь кошку Кики – вдвоем ужас казался не таким одиноким, а тревога обретала черты светского приключения.
Как страстная театралка, Грета не пропускала ни одной премьеры, особенно если давали истории о любви – они заставляли ее сердце биться в унисон с оркестром. Театр был для нее не досугом, а порталом в мир страстей.
Женщина бывала в этом здании сотни раз, но сегодня оно, не менявшееся два столетия, предстало будто в новом обличье – самоуверенного гранд-сеньора, не скрывающего своих намерений. Припорошенное снегом здание замерло, выставив вперед вызывающе пышную колоннаду – белоснежный ряд тугих коринфских бедер, на которых едва удерживался тяжелый фронтон, точно наспех наброшенная после бурной ночи простыня.
Грета нервно поправила перчатку: архитектурный бесстыдник разглядывал ее сотнями глубоко посаженных окон, суливших нечто куда более интимное, чем затертая классическая пьеса. Вход – огромный полукруглый зев портала – так бесцеремонно манил в свое бархатное алое нутро, что у Греты перехватило дыхание. Казалось, сделай она шаг, и здание поглотит ее, предварительно расстегнув все пуговицы на ее благопристойности.
Купол же нагло поблескивал в сумерках, напоминая не то шлем героя, не то нечто совершенно неприличное – из тех вещей, о которых порядочные дамы размышляют лишь при потушенных свечах, крепко сжимая флакон с нюхательной солью.
Заняв место в первом ряду, Грета замерла в ожидании. В этот зимний вечер она и сама выглядела так, словно только что сошла с подмостков самого роскошного театра в мире.
Во-первых, на ней был корсет, который она неизменно затягивала перед выходом в свет – исключительно «ради драматургии момента». Платье же являло собой подлинный триумф театрального вкуса. Тяжелый пурпурный атлас переливался в лучах люстр, играя всполохами фиолетового и багряного, точно живое пламя.
Широкие рукава, расшитые золотом в духе великих примадонн прошлого, казалось, дышали историей. При каждом движении они едва слышно шептали: «Мы созданы для главной роли! Мы затмим любую приму!»
Алый бархатный пояс хищно обвивал талию, а вниз покорно стекали волны прозрачного шифона. Они напоминали театральные занавесы, замершие в ожидании мига, когда им позволят приоткрыть зрителю мир, полный тайн и искушений.
Ножки мадемуазели Греты венчали изящные туфли в тон платью. Стразы на них вспыхивали при каждом шаге, точно крошечные рампы, освещающие путь к подмосткам. В прическу была игриво вплетена яркая лента, а в руках Грета сжимала верный бинокль. «Смотри внимательнее, я не упущу ни одной детали!» – подмигивала ей оптика.
На коленях же пристроился миниатюрный клатч в форме театральной маски, чей пустой прищуренный взгляд красноречиво намекал: «Я знаю все интриги этого вечера».
– Театр – он как мущина, – авторитетно заявила Грета случайному соседу, обдав того ароматом духов и экзальтации. – Требует тебя всю, без остатка!
Занавес медленно пополз вверх. На сцене появились актеры в вызывающе откровенных нарядах; их тела сплетались в страстных и пылких мизансценах, оживляя самые сокровенные фантазии зала. Мадемуазель Грета в первом ряду заметно заерзала. Подавшись вперед и нервно ткнув соседа локтем, она прошептала с лихорадочным блеском в глазах:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.