Леонид Каганов – Команда Д (страница 44)

Зеф понял что хочет есть. Он пошевелился, с трудом нащупал под головой мешок и залез в него, ощупывая содержимое в поисках белкового печенья. Он нашёл его, пальцами разорвал упаковку, достал шершавый диск печенья и начал жевать. Мгновенно в рот набились металлические крошки – Зеф долго отплёвывался и в конце-концов поранил язык. Печенье поесть не удалось. Тут захотелось пить – Зеф вспомнил что у него нет ни капли воды. «Надо было набрать в ручье в пластиковую флягу!» – подумал он, но тут же понял, что пластиковая фляга давно бы уже пропоролась стружками и растеклась. Зеф полежал ещё полчаса, стараясь уснуть. К ночи сильно холодало, металлическая стружка будто специально отнимала тепло от тела и отдавала его атмосфере.

И тут наконец вдали послышался шум и через некоторое время подъехало несколько машин. Судя по звуку – грузовиков. Послышался топот, лязганье затворов, кто-то резко отдавал команды. Наверно светили прожекторами или фарами, но Зеф этого не видел – глаза его были плотно закрыты, а сверху на лице лежала кепка Гнильца – иначе стружка разрезала бы веки.

– Дверь открыта! – крикнул кто-то, – Он ушёл в тайгу!

Послышался лай собак. Ого, ещё и собак привезли. Только бы не догадались пустить их в кузов. Впрочем не догадаются.

– Ага, вот следы!

– Вы двое, посмотрите в кузове!

Чёрт! Этого ещё не хватало.

Что-то зашуршало о борта кузова, доски заскрипели.

– Нет там никого!

– Все в лес, рассыпаемся цепью. Никуда он от нас не уйдёт.

Ага, «он» – значит нашли труп Петра и Гнильца, иначе решили бы что сбежали двое с Петром. Хотя нет, может майор сказал?

Около машины оставили нескольких часовых – судя по звукам, двое забрались кабину, а двое ходили вокруг. Наконец послышался скрежет и мат, и Зеф понял что кто-то лезет в кузов. Оказалось, часовым надоело слоняться у машины. Они долго матерились, спотыкаясь о штабели вёдер, жгли спички, и наконец увидели контейнеры со стружкой.

– Васька, лезь сюда, садись.

– Блин, чо охерел – на стружке сидеть, у меня задница не казённая.

– Дурак что ли? Ветошь подстелем.

Проклятье, неужели они выберут именно мой ящик? Голоса раздавались казалось над самой головой. Наконец послышалось шуршание и Зеф понял, что садятся прямо на него. И тут его сдавило казалось со всех сторон, стало нечем дышать, в спину и живот вонзились сотни металлических игл.

– И ничего не колет, а ты говорил! Садись.

Тяжесть резко удвоилась. Если бы вокруг было светло, то у Зефа наверняка бы потемнело в глазах. Наверху поворочались, устраиваясь поудобнее.

– Так чего произошло-то?

– А хер его знает. Какой-то зек сбежал говорят, прибил шофёра и своего напарника-зэка.

«Вот подонки!» – возмутился Зеф.

– Вот подонок. – произнёс голос наверху. – Убил бы гада если бы поймал.

– Не боись, без тебя поймают – видал как полковник носится? Да и куда он денется-то? Далеко не уйдёт ночью-то по тайге.

– Ещё как денется! Вылезет к железной дороге и уедет.

– Да куда он уедет? Его на первом же перегоне поймают.

– Да как его поймаешь?

– А как всех ловят? Это ты, салага, здесь первый месяц служишь, а я уже почти полтора года. Знаешь сколько переловили за это время? Они обычно по весне бегут. Как помню – шесть побегов было за это время, нас по тревоге всё поднимали. И чего? Всех поймали.

– Серьёзно что ли?

– А ты как думал? Это с зоны уйти просто, а дальше им куда? Весь район оцепляют, кругом патрули, ну и куда он из тайги выберется? Железная дорога одна, на каждом полустанке проверка.

– И чего, так никто и не сбежал?

– А фиг знает. При мне ни один не сбежал. А этот и тем более не уйдёт – его сразу хватились. Он шофёра пришил, поменялся с ним одеждой и лицо изуродовал – так сразу и поняли что это он специально. Ну и вроде татуировку на шофёре опознали.

Затем часовые заговорили о своих делах – ругали какого-то местного прапорщика, какого-то старшину, затем один стал рассказывать какая у него невеста осталась в Ростове – рассказывал долго, смакуя интимные подробности.

Так прошло полчаса, потом ещё бегали какие-то люди, подъехали какие-то машины, часовые как по команде вскочили и выпрыгнули из кузова – сразу стало легко и свободно, Зефу показалось, что он лежит на мягкой постели. И он уснул.

Проснулся Зеф от тряски – машина ехала. Кругом было светло – свет пробивался в ящик со всех сторон. Значит уже наступило утро. Зеф жутко замёрз, ноги и руки затекли, он их почти не чувствовал. Весь кузов ходил ходуном и трясся, стружка почти не амортизировала качки, зато ещё сильнее впивалась в тело. Ужасно хотелось пить. В конце концов Зеф потерял счёт времени – прошло много часов, машина почти не останавливалась, иногда замедляясь и даже пробуксовывая – дорога была жуткая, заболоченная. Наконец «Урал» пошёл ровно – началась хорошая грунтовка, затем шоссе. Иногда мимо проносились другие машины – Зеф понял, что подъезжает к Сковородино – маленькому городку. Наконец «Урал» стал кружить и поворачиваться из стороны в сторону, и в конце-концов остановился. Хлопнула дверь.

– Распишитесь, привёз. – раздался голос. – Гнильцова нету.

– Нам уже звонили. – ответил кто-то. – Зэки пришили?

– Да вроде того.

– Ну Гнильцов и сам-то хорош был.

– Не надо, братан, о мёртвых либо хорошо, либо ничего.

– Ладно, солдатик, пойдём – нальём тебе с дороги.

Голоса удалились. Ужасно хотелось вылезти из ящика, но Зеф понимал, что этого сейчас делать нельзя. Интересно, когда будут разгружать машину? Когда будут снимать ящик, наверняка всё откроется. Только бы до утра машину не трогали. И Зеф незаметно снова заснул.

Когда он проснулся, вокруг было темно и холод стоял жуткий. Зеф долго вслушивался в темноту – никого не было слышно, только где-то далеко-далеко в стылом октябрьском воздухе пьяно пели нестройные голоса – мужские и женские. И где-то вдали лаяла собака – глухо, с подвываниями.

Зеф приподнял фанеру, и морщась от боли сел. Но тут же пригнулся – в нескольких шагах от кузова светилось окно кирпичного дома. Затем Зеф сообразил, что из окна он как раз не виден в темноте. Перекатился за край контейнера на пол кузова и прислонился к ящику спиной, глубоко дыша мокрым ночным воздухом. Посидел так немного и стал растирать онемевшие руки и выдёргивать металлические занозы. Через некоторое время руки вновь обрели чувствительность. Затем ноги. Зеф огляделся. Вокруг был пустырь, обнесённый забором, в отдалении стоял ещё один «Урал» и легковушка.

Зеф взял мешок Янга Вая и, стараясь не шуметь, выбрался из кузова. Вдали виднелись ворота, но они, судя по всему, были заперты. Пошатываясь, Зеф подошёл к забору – он был сложен из бетонных блоков, но колючей проволоки наверху не было. Зеф перекинул мешок – тот шлёпнулся по другую сторону ворот. Как же перелезть забор? Вдруг совсем рядом послышалось глухое рычанье и звяканье железа. Зеф обернулся и остолбенел – он стоял рядом с конурой, из которой вылезала громадная сторожевая собака. Собака тоже остолбенело глянула на Зефа, затем присела на задние лапы и с оглушительным рёвом бросилась на него. Что было в следующий миг Зеф не помнил, но когда он пришёл в себя, то понял, что стоит по ту сторону забора, а за забором заливается собака. Никаких укусов на нём не было, только руки были разодраны в кровь о бетон забора. «Надо же, вот что делает с людьми необходимость. Так бы я этот забор перелезал до утра.»

Хлопнула дверь и раздался окрик:

– Жум! На место! Что случилось?

– Кто-то ходит по территории? – спросил чей-то голос.

– Да что-то Жум последнее время каждую ночь срывается. Может медведя чует или волка. Пойдём в дом, сам успокоится.

Дверь закрылась. Вот ещё только медведя или волка не хватало! Зеф ещё раз оглянулся, взял мешок и заковылял по дороге прочь. Отойдя на приличное расстояние, первыми делом он помочился – терпеть пришлось почти сутки, правда ни воды, ни еды тоже не было. Есть не хотелось – хотелось только пить. Сначала дорога была пустынная, затем по бокам медленно поплыли бревенчатые дома, наконец Зеф увидел колодец. Он вынул пластиковую капсулу фляги, развернул её и надул – получился бурдук вполне внушительных размеров с узкой длинной горловиной. Зеф подошёл к колодцу, набрал воды стараясь не греметь и долго и жадно пил прямо из ведра. Выпил чуть ли не половину ведра, остальное слил во флягу и завязал горловину узлом. Затем подумал и достал вторую флягу – наполнил и её, мало ли сколько придётся жить без воды? Сразу захотелось есть – Зеф сел у колодца, вынул печенье и жадно съел несколько штук. Теперь надо было сделать много дел – вымыться, переодеться, побриться, загриммироваться, выпотрошить мешок и переложить всё в рюкзак, который валялся где-то там свёрнутый. А затем осталось пойти на станцию и купить билет до Читы. Или не до Читы? Проклятье, нет карты. Знал бы – вызубрил в своё время географию дальнего востока наизусть. Настроение быстро поднималось, возвращались силы. «Классное печенье у Янга Вая!» – смекнул Зеф.

Вдруг вдалеке послышался рокот мотора. Зеф бросился к колодцу и присел, укрывшись за ним. Вскоре появился свет фар – машина ехала сюда. Зеф оглянулся – улица была совершенно пустой и дикой – здоровенная голая площадка между домами, спрятаться негде. А спрятаться надо – поздно ночью шатающийся человек всегда подозрителен. Машина пророкотала и остановилась за колодцем. Незаметно выглянув, Зеф увидел краем глаза что это милицейский коробок. Вот только этого ещё не хватало!