Леонид Иванов – Жизнь – река (страница 6)

Поэтому мы будем учиться и строить, чтобы машина при школе стала нашим верным помощником в хозяйстве. А есть бог или нет – это уже ваше личное дело.

– Объём работ здесь кажется внушительным, но машина проста в использовании и обслуживании, а тем более в ремонте. Её грузоподъёмность составляет 1,5 тонны, но мы планируем переоборудовать её для перевозки людей.

Машина имеет марку ГАЗ-АА, в народе её называют полуторкой. Почему полуторкой? Из-за её грузоподъёмности. Производство машины осуществляется на Горьковском автомобильном заводе.

Это почти копия американской машины Форд-АА, которую они сняли с производства и продали лицензию на её производство нашей стране.

Конечно, наши конструкторы адаптировали её к условиям эксплуатации в сложных погодных условиях.

Я знаю одно: на фронте эта машина была основной тягловой силой Красной армии.

– Двигатель в отличном состоянии. Всё остальное мы сможем приобрести.

Как думаете, ребята, мы справимся?

Среди ребят прокатился неуверенный, но одобрительный гул.

– Не переживайте, мы справимся. Я проехал на такой машине не одну сотню километров на фронте, и она меня ни разу не подвела.

Надеюсь на вашу помощь и поддержку.

– Поможем, – решительно ответили ребята.

– Мы не боимся трудностей.

– Вот это я понимаю, разговор.

– А теперь получаем рабочие халаты и приступаем к делу.

Халаты – это ваша рабочая форма, и стирать их придется самостоятельно. Помните, что они так же важны, как и ваша собственная одежда.

Берите щётки по металлу и драйте металл корпуса машины до блеска, чтобы вся ржавчина и грязь отлетела. Потом покрасим и будем укомплектовывать машину. – наставлял ребят Семён Фёдорович.

И работа закипела.

Работали с небольшими перекурами целый день, но результата почти не видно.

Уроки закончились, и Семён Фёдорович отпустил ребят по домам.

Два дня у ребят учёба, пусть готовятся к экзаменам, а потом снова труды.

За это время прошёл небольшой дождик, и корпус машины покрылся признаками ржавчины.

«Так не пойдёт», – подумал Фёдорович.

Сев на свой трофейный велосипед, и поехал в райцентр к своим шефам. Десять километров (расстояние между райцентром и селом) для него не проблема.

Добравшись, рассказал проблемы, которые у него появились при подготовке машины к покраске и ремонту.

Начальник подшефной организации, фронтовой друг Федоровича, вызвал к себе главного инженера предприятия, и тот решил помочь школе, выделив бригаду слесарей и необходимую технику.

Пока наши школьники грызли гранит науки, бригада за день зачистила ржавчину пескоструйной машиной для металла, заварила трещины на раме и кабине. Этим же компрессором, подсоединив краскопульт, с обеда покрасила корпус, и машина стала выглядеть как только что пригнанная для сборки на конвейер.

Прибежавший на большой перемене Казимиров с ребятами не узнал прежнюю развалюху.

– Теперь можно и собирать нашу красавицу. Запчасти тоже привезли, – сказал ребятам Федорович.

Директриса на время ремонта выделила складское помещение, чтобы пасмурная погода не мешала дальнейшему ремонту, и на следующих занятиях труда под чутким руководством Семена Федоровича началась установка недостающих запчастей. А тут еще и колхозные строители завезли материал для кузова – старая подзаборная рухлядь ожила и просилась на волю.

После тщательного ухода за автомобилем, включающего замену масла в двигателе и заправку полного бака бензина благодаря щедрости районных шефов, которые привезли 200-литровую бочку топлива, машина была готова к новому этапу своей жизни. Учитель труда, с любовью и заботой смазав подшипники солидолом, совершил пробный выезд, хотя и ограничился территорией школьного двора.

Отсутствие документов и государственных номеров на автомобиле делало его эксплуатацию незаконной, но в этом уединённом селе, где редко можно встретить работника ГАИ, это казалось маловероятным.

Когда машина преобразилась, приобретя ухоженный и готовый к новым свершениям вид, с помощью районных руководителей была создана комиссия для официального принятия автомобиля в эксплуатацию. Были подготовлены все необходимые документы, и после успешного прохождения технического осмотра машина получила государственный регистрационный номер, а Семён Фёдорович обновил свои водительские права, получив профессиональное удостоверение вместо старых, полученных в годы боевых действий на фронте.

Теперь ученики могут отправиться в увлекательное путешествие за пределы школьного двора, где, под чутким руководством наставников, они будут оттачивать мастерство управления автомобилем. Только после успешного завершения этого этапа и сдачи экзамена они смогут обрести заветные водительские права. Но даже после этого, до наступления восемнадцатилетия, им придется терпеливо ждать, чтобы впервые ощутить свободу и независимость, которую даруют эти права.

Автомобиль ГАЗ-АА

Время пролетело незаметно, особенно в годы школьных занятий.

Многие выпускники нашли своё место в родном колхозе, начав трудовую жизнь с простых, но важных задач.

Девушки продолжили своё образование, стремясь к новым вершинам знаний.

Соколов и Панкеев, полные энтузиазма и стремления к профессиональному росту, отправились в ФЗУ, чтобы освоить благородную и востребованную профессию автослесаря.

Городская жизнь для юношей из сельской местности, привыкших к свободе и простору, оказалась непростой. Общежитие стало для них новым домом, к которому нужно было привыкнуть.

Но постепенно они освоились. Государство предоставляет стипендию, есть место для сна, а главное – здесь много свободного времени.

Учебный процесс организован так, что акцент сделан на практические занятия, а не на теорию.

Время пролетело незаметно. Только устроились на работу автослесарями, как пришло время отдать долг Родине.

Ивану повезло. Он получил водительские права ещё в школе, что помогло ему попасть в отдельный инженерный полк, в автобатальон.

Петра определили в железнодорожные войска, где тоже было много интересных задач.

Оба они участвовали в строительстве Каховского каскада, одного из последних каскадов на Днепре.

Иван занимался возведением левобережной части дамб-заграждений, которые должны были предотвратить затопление пахотных земель сверх запланированного. Левый берег был более пологим, и во время весенних разливов пахотные поля могли быть затоплены до мая. Протяженность этих защитных дамб составляла почти сотню километров.

Правда, железнодорожные войска, в которые попал служить Петро, не участвовали в строительстве конкретного участка. Его часть бросалась на самые сложные участки по всему СССР, и друзья потеряли связь.

Вернувшись после службы в родное село, Иван ощутил, как мир вокруг изменился. Время, словно искусный скульптор, внесло свои штрихи в облик его села. Однако, несмотря на все перемены, в воздухе витала особая магия, которая напоминала ему о юности и беззаботных днях. Сердце Ивана наполнилось теплом, когда он осознал, что расстояние лишь укрепило его связь с этим уголком земли.

Каховское водохранилище

До возведения Каховской гидроэлектростанции, в конце марта, когда природа пробуждалась от зимнего сна, вода с Чекановой горы стремительно неслась по узким улочкам, устремляясь к плавням. В селе начиналось весеннее половодье, которое длилось до самого начала лета, и плавни почти полностью погружались в воду.

Жизнь в селе текла размеренно, но весной и осенью превращалась в ежедневную битву с водной стихией. После ухода воды, когда природа возвращалась к своей обычной красоте, жителям приходилось преодолевать непролазную грязь, оставшуюся после паводка.

В низинах улиц ещё долго витал аромат цветущих луж, покрытых изумрудной тиной. С утра до вечера в этих лужах наслаждались жизнью лягушки, наполняя воздух чарующим хором. Такая же картина разыгрывалась и у реки Конки и её многочисленных притоков.

Не вся рыба могла спастись из этих водных ловушек с уходящей водой, становясь лёгкой добычей для местных жителей. До того как была построена Каховская гидроэлектростанция, в конце марта, когда начинался активный процесс таяния снега, вода с Чекановой горы стремительно неслась по всем переулкам в сторону плавней. В селе начиналось наводнение до самого начала лета, а сами плавни становились почти полностью затопленными.

В селе жизнь текла размеренно, но по весне и осени превращалась в ежедневную борьбу с водной стихией. А когда вода уходила, приходилось преодолевать непролазную грязь, которая образовывалась после ухода воды.

В низинах улиц ещё долго стоял запах от цветущих луж, покрытых зелёной тиной. В них с утра до вечера блаженствовали лягушки, наполняя воздух своим хором. Такая же картина наблюдалась и у реки Конки и её многочисленных притоков.

Не вся рыба, обитающая в водоёмах, могла выбраться из этих ям с уходящей водой и становилась лёгкой добычей для жителей села или погибала.

Мазанки, традиционные жилища села, стены которых сплетены из веток и обмазаны глиной, смешанной с соломой, были простыми, но тёплыми и уютными. Их крыши, покрытые соломой из вымолоченных снопов ржи или камыша, напоминали мягкие, заботливые одеяла, защищающие от холодного степного, пронизывающего насквозь ветра, дующего порой неделями с востока. Под стрехой этих крыш ютились воробьи, находя в них безопасное убежище в холодные, долгие ночи.