Леонид Гурченко – Всему свету голова (страница 4)

Человек, созданный Марксом и Ницше, – это дьявол. Сакрализованное зло. Поэтому социальная группа безумия в борьбе за потенциальный мир сущего, или единственного, как они говорят, материального мира, треокаянная интеллигенция не в счёт. У неё отсутствует чувство реальности, её ощущения оказываются сами по себе, свои настроения она принимает за реальность – шизофрения, болезнь неандертальцев, они вдвойне лживы. Интеллигенция опаснее «извивающихся змей и крадущихся волков».

Притягательность мира в его случайности. На почве мышления мы прозреваем реальную бесконечность, необходимое, Бога. «Нас всех подстерегает случай, / Над нами сумрак неминучий / Иль ясность Божьего лица» (из Блока). Духовное есть идейное, идеология, мысленное, наконец – правила для обязательного исполнения, чтобы чувствовали. Чувствовали обязанность и ответственность за возделывание жизни, потому что жизнь – для всех нас. Разве не поэтому случайное, как то, что кажется нам просто невозможным, реализуется. Недаром даже чудовищные проповедники материализма незаконно привились к идеальному, к мысли Гегеля: «случайность – непознанная необходимость», то есть сверхъестественный порядок. Выходит, что это процесс познания необходимого, а на самом деле – Бога.

2014–2017 гг.

Глава 6

Понимание тесноты

Теснота давно раздражала как непонятное явление русского быта: широкое пространство жизни, могучие леса с множеством медведей (так было!), широкие реки с обильной рыбой, бобрами и выдрами (так было!), поля и степи чернозёма (съедобного даже!), а куда ни кинь – теснота проклятая! Тем более что было это в той жизни ещё и тогда, когда у дел оказалась околдованная большевиками пролетария всех стран (космополиты), нелюдимый сброд. По всей поверхности России в разных НИИ «застряли, как блохи на войне» (из А.Н. Островского), слабоголовые инженерно-технические работники! Ну что это за машины были – недородившиеся до звания «машина» «Запорожец», «Ока», «Москвич»?! А табуретки, столы, стулья, тумбочки и шкафы, что «чуть дышат»?! А тесный ум строителей, не обеспеченный запретом на однокомнатные и двухкомнатные квартиры в домах-«хрущобах» – без приказа строить дома только из трёх и четырёх комнат из расчёта на прирост семьи?! Унизительная бедность – несчастье, беда! Куда девались люди просторные духом?! Что поделаешь, без Бога ни до порога! Дай дураку простор, наплачешься! И наплакались за атеистами. А сам на простор запросишься – попадёшь к волкам.

Сармато-азиатские обликом и нравом этнические украинцы ищут и никак не нападут на корень своего дерева, поэтому по дальнему расовому естеству к нашей маслине прицепились[5]. И так вышло, что сюжет анекдота о них задевает и нас темой тесноты. Чумак в широкой степи расположился на ночлег, отпряг волов, залез под телегу варить кашу. Разжёг костерок, поставил котелок, но тут неловко повернулся и котелок вверх дном. Хлопнул себя хохол по ляжке: «Тьфу ты, говорит, теснота проклятая!» Дело за малым оказалось – всё дело в масштабе разума, стремящегося к самосознанию, но не способного мыслить в духе и силе правды. Так что за решением обременительного противоречия – простор и теснота – можно обратиться к диалектике Гегеля, он знал об этом противоречии.

Из всеобщего природного духа выделяются многообразные, местные или национальные, духи. Телесное развитее, образ жизни, занятия, одним словом природный дух, обусловливает особые направления ума и воли нации – прочное национальное различие, столь же прочное, как и расовое различие людей. Люди обнаруживают на себе резкую противоположность возвышенного, необъятного, с одной стороны, а с другой – склонность тесниться на просторе; действительность видится только в сфере покорности природе.

И только в христианстве противоположность мысли и наличного бытия, выраженная с наибольшей резкостью, сведена была к единству. В практической сфере установилось единство между собой и внешним миром[6].

Но чтобы не оставаться во власти диалектики Гегеля, лучше обратиться к народной философии простора и тесноты. В этой философии есть «удобный случай» считать хохлов вполне свободными от обвинений в тесноте – простор давит на человека. У Даля есть другой вариант анекдота о чумаке в просторной степи. «О – уж я терпеть не могу этой тесноты! сказал чумак, доставая огню на люльку среди голой степи и опрокинув котелок». Чумак сам не знает из-за чего в степи ему тесно. Оказывается, «в тесноте люди песни поют, на просторе волки воют». Тело тянет в тесноту, простор – давит. «Тело в тесноту, а душу на простор». «Телу простор – душе теснота», и наоборот: «Телу теснота – душе простор». Таким образом, настоящая русская жизнь – это крепко скрученная, тесная связь простора и тесноты, Бога и «наличного бытия». Но действительного бытия, а не такого, как сейчас на самом деле.

А когда безумные сказали от лица государства: «Бога нет», но сказали так впервые на свете, угнездилась языческая теснота треклятая, советская «скромность», простота хуже воровства. Индустриальный подъём на фоне упадка народного духа стал создаваться через внешние инвестиции, коллективизацию, голодомор и ГУЛАГ. Потомки безумных, вторая волна, нечестивые и заносчивые ленинградцы, глупая и слабая порода необогащённых русским духом интеллектуалов отставной столицы, для которых всё существует в представлении и противостоит жизни, – опять-таки вся эта пролетария всех стран, в том числе украинские поселенцы в Петербурге, начиная с XVIII в., – опять «уклонились от расстрела», увернулись от внутренних инвестиций, нацеленных на характер автаркии реформ сельского хозяйства, финансов и промышленности. Но без понижения уровня жизни народа. И таким образом привели нас на позицию колониальной готовности перед натренированной «железной волей» Запада. Но Бог за русских всегда наказывает. И сказала об этом не пролетария всех стран, интернационалы-международники, например, историки, природоведы, астрофизики, сказал Лесков.

19.01.2015 г.

Глава 7

Поле истины – бездыханные идеи

Многие по отдельности и вместе злятся, когда либералы сравнивают СССР и Третий рейх как два отрицательных феномена, и сердито протестуют энти, злые большевики – «голос дикий, взгляд свирепый», – так о злых варварах Овидий. Да, идеи не тождественны у большевиков и фашистов. Поэтому вызываемые словами «свой» и «чужой» крики и оскорбления большевиков: сам дурак! – уместны. Однако фундаментальный закон математики – «плюс» на «минус» даёт знак «минус» – удаляет разногласия большевиков и либералов, – оба два явления в минусе!

Если зайти в победивший Россию СССР спереди – «плюс», а если сзади – «минус», да какой, подумать невозможно! Так ведь и картина Третьего рейха, продолжателя германских империй, также страшна: бесконечный предел достижений на всех уровнях общества, а с заднего входа – беспредел зла, «злозвучные убийства»! В результате тут и там – чингисхань! Если не прикреплять к ним аксиому треклятых гностиков: хочешь добра – делай зло. Так, сяк, а состояния этих обществ, ставшие очевидным злом, удалены подлой природой действующих в теперешнем мире вещей.

А что же бездыханные идеи?! И вообще, что понимать под абстрактным обозначением «бездыханные идеи»? Дело в том, что тот, кто назван большевиком или фашистом, «несёт на себе настоящее пятно», и мы обязаны их избегать. Их идеи – бездыханные. Поражает факт, что третий оказался до поры до времени лишним – либерал, который также «несёт на себе настоящее пятно», сакральное, тёмное, его глобальные идеи повсюду дышат преисподней.

«Бездыханная, по словам Гераклита, была чем-то настолько удивительным, что могла сохранить тело бездыханным, но не разлагающимся в течение тридцати дней». Другие античные авторы сообщают, что случаи с бездыханной лечил Эмпедокл, специалист по реанимации. Оживлял организм человека. Лукреций сказал о нём в сочинении «О природе вещей», 1, 714 сл.:

В этой стране… посещенья достойной, ………………………………………….. Не было в ней ничего, что достойнее этого мужа И драгоценней… [1].

Теперь нужно вспомнить бездыханную идею «драгоценного» Эмпедокла о том, что «более всего мыслят кровью». И хорошо будет, если появится специалист по реанимации, выберет это положительное направление и оживит бездыханную идею крови. Отношение между кровью и мышлением позволяет нам лучше понять «священное» у наших предков и его связь с патриотизмом. Кровь наших предков говорит о том, что их кровь мыслила кровью Христа. Поэтому социально-политическое устройство государства может быть выражено отношениями: Соборно-православный социализм во главе с единым, то есть во главе с монархом, а мы – его отражения.

Образцовое определение истинного человека заключено в Палее, книге Бытия небеси и земли: «Прежде всех сущих всяких – вместо всех [их] подобает истинному человеку знать, что есть Бог…» (пер. наш). [2]. В сочинении «Государство» Платон определяет истинного человека как эллина с хорошей душой. Истинный эллин – человек с хорошей душой, знающий Бога (Resp., 409c; 415b,c). У национал-социалистов истинный человек совпадает с определением «истинный ариец». Но те сорвались с цепи, они – не те, а энти.

Конечно, подобает также знать, что определения: «истинный человек знает, что есть Бог», [истинный человек] «человек с хорошей душой, знающий Бога», – помечены в контекстах знаком «разумный человек», «человек духовный».