(7) Запас русских свойств хранится у людей Северной Руси и в Белоруссии – словене и кривичи участвовали в создании начальной Руси. Сказано о посольстве к варягам: «Реша русь, чудь, словене, кривичи… земля наша велика и обильна, а наряда в ней нету; да поидите княжить и владеть нами». Таково содержание этого текста с точки зрения пяти летописей: Лаврентьевской, Ипатьевской, Хлебниковской, Троицкой и Летописца Переяславля Суздальского. И только в двух – Радзивиловской и Московско-Академической летописях представлена форма не русь, а руси (Шахматов, 1916. С. 19, примечание № 13). Поэтому A.A. Шахматов реконструировал текст, по замечанию Л. Мюллера, «не по свидетельствам, а «по смыслу» (.Мюллер, 2004. С. 52). Выходит, что около озера Ильмень существовала Русская земля и к варягам обратились с призывом идти княжить в их землю русь, чудь, словене и кривичи. Такой взгляд как будто находит подтверждение в высказывании 2-й редакции Повести временных лет, если поставить соответствующие акценты: «И от тех варяг прозъвася Руськая земля Новъгород, ти суть людие Новъгордьстии от рода Варяжьска, преже бо беша Словене» (Шахматов, 1916. С. 20). – И от тех варягов прозвалась Русская земля «Новгород» (после прихода Рюрика Holgardr получил славянское название – Новгород), те по сути люди новгородские от рода варяжского [так прозвались], а прежде были словене». Еще точнее сказано в Лаврентьевской летописи, если только не ошибочно слово «новгородцы» повторено дважды. Но если не идти следом за переводами-толкованиями, то высказывание о приильменской Русской земле до варягов получает еще более определенное содержание. «И от тех варяг прозвася Руская земля новугородыди, ти суть людье ноугородьци от рода варяжьска, преже бо беша словени» – И от тех варягов прозвалась Русская земля – «новгородцы», те по сути люди «новгородцы» от рода варяжского [так прозвались], а прежде были словени.
(8) Слово русъ всегда имело отношение к ситуации, в которой оно произносилось – полноту царского значения. Послы, придя к варягам, сказали: «Земля наша велика и обильна, а наряда в ней нету; да поидите княжить и владеть нами». – Тогда ильменские философы в своих логико-философских трактатах разумно признавали, что значение отнюдь не атмосфера, которая присутствует при каждом произнесении слова. Это может быть и отсутствием значения, если произнесение слова не служит никакой цели, как в повседневной речи. И все-таки значение определяется обстоятельствами произнесения слова. Поэтому, дескать, если послы ильменской Русской земли сказали варягам: «Земля наша велика и обильна, а наряда в ней нету, да поидите княжить и владеть нами», – это значит, что они сказали не в смысле «порядка нет, все безобразничают», а изложили существо дела языком юридических документов того времени. Наряд – система центрального государственного управления. Правда – кодифицированный свод законов, например, Русская правда. Володеть – чисто юридический термин, вне контекста договоров в летописях не встречается (учтен текстологический анализ В.А. Мельниковой и В.Я. Петрухина, изложенный В. Егоровым). Вот и оказалось, что в Русской земле нужно не создавать новое государственное управление, человеку это невозможно, народ не примет это за свое, а восстановить все как было. Потому что мягкая система – демократия, как начальное условие власти, привела к хаотической социальной динамике. И что для великой и обильной земли необходимо сочетание жесткой, монархической, и мягкой, демократической, системы. Поэтому послы призвали вождя-монарха, окруженного атмосферой династического значения, связанного с властью римских цезарей.
(9) Геракл по пути за поясом царицы амазонок Ипполиты прибыл в Мисию к Лику. И был там радушно принят фракийцами. В то время там происходила борьба с царем бебриков-фракийцев, Геракл помог Лику и многих перебил: в их числе был Мигдон, брат Амика, правителя бебриков, сына Посейдона и Вифинской нимфы. Геракл отделил от государства бебриков часть земли и отдал ее Лику, и тот всю эту землю назвал Гераклеей.
У нас есть определенный интерес к этой Гераклее. Поиски проявления культа Геракла у восточных славян приводят к фракийцам Гераклеи и к скифам Южной России, потому что причиной появления имени божества в форме Семаргл / Симаргл в пантеоне Владимира и в письменных памятниках В. Ягич называет влияние Гераклеи и греко-египетской формулы Sem Herakl– «Святой Геракл» (Jagic, 1881. Bd. 5). А фигура усатого богатыря в нижнем ярусе Збручского идола, на наш взгляд, представляет Геракла, державшего небесный свод, пока Атлант добывал для него яблоки Гесперид. Это событие было известно не только славянам, но и кельтам, и служит предметом нашего повествования.
Еще скажу так: мне до сих пор кажется, что если мне доведется лечь спать пораньше и, таким образом, встать рано, и при этом никуда не нужно будет торопиться, однако при условии, что я просто пойду куда-нибудь и буду дышать свежим воздухом, тогда я обязательно сформулирую то, о чем думаю: что есть что. Возможно, что это чувство родилось при воспоминании об Академии перипатетиков, сферой интересов которых были только те их мысли, которые родились при ходьбе и на свежем воздухе, – этим мыслям они доверяли.
Пусть, однако, не думают, будто мы не знаем, высказывание В. Хлебникова о том, что есть что, и сказал он хорошо:
Свобода приходит нагая,
Бросая на сердце цветы,
И мы, с нею в ногу шагая,
Беседуем с небом на «ты».
Мы, воины, строго ударим
Рукой по суровым щитам:
Да будет народ государем
Всегда, навсегда, здесь и там!
Пусть девы споют у оконца,
Меж песен о древнем походе,
О верноподданном Солнца —
Самодержавном народе.
Не надо вести никаких исследований, чтобы утверждать, что беседовать с небом на «ты» удалось одному только Гераклу, когда он, сжигаемый лучами солнца в Северо-Западной Африке, направил свой лук в сторону бога солнца Гелиоса и хотел выстрелить в него, но Гелиос вступил с ним в диалог и отговорил от этого дерзкого поступка; после чего Геракл получил от Гелиоса его золотой кубок и переплыл на нем океан.
(10) Нельзя пренебречь фракийским именем Лик, которое в виде первой части в имени Ликаон встречается у пелазгов и троянцев. Первый – это Ликаон, сын Пелазга, который породил от различных женщин пятьдесят сыновей, в числе их был и сын Ликей.
Но тут проявляется одно обстоятельство и просит, чтобы обратили на него внимание – это двойственное значение в греческом имен Лик, Ликаон и Ликей, которые связаны со словами «волк» и «свет». Ликос «волк»; ликавос «год, путь солнца» от слова лике; Ликеиос «Ликейский или Ликеец», эпитет Аполлона от лике «светлый», бог света. Но производили его от ликос «волчий» (Вейсман, 1991. Стплб. 770, 771).
КРАСОТА В ДЕЙСТВИИ
1
Кочевники ищут пастбищ и счастья,
Но кормятся они только крамолой,
Беспорядками там, где бы порядок —
Внутри, в своей стихии – должен быть.
И когда: как нам быть? – размыслишь,
Перемещаясь в духе от чувства
Жизни и красоты у одних, дальше,
К тому народу, у которого красота —
Римляне лишь нашли этому чувству
Сверхприменение, ближе к нам немцы —
Крики команд, эстетика знамен и боя, —
Не актуальна и не энергична
Красота без Империи – не вечна!
2
Но не возникайте с мыслью: а греки? —
Да, братья! О, как я хотел и это
Сказать, скажу: красен ужас жара
Страстей Земли – Элевсин, Элевсин! —
С мертвым живого связь, ужас Деметры
Губастой. Безжалостные, что цвело
В поступках тогда живых людей,
При Эмпедокле? – Что у отца, схватившего сына,
Чей образ как у слетевшего с ума, —
С молитвой его закалывает и готовит в доме
Жертвенный пир, свою плоть пожирая?
Мысли? Так это ведь дух мирозданья.
И, должно быть, стихия, погода действий.
А дар богов у них был – камень канонов.
Красота – Аполлон, безжалостный волк.
3
Да, мы спасем себя, нет здесь вопросов.
Кочуем по своей наживе, корчуя
Благополучие своих, – Россия!
Добыть бы нам, чуждым, сродные формы
В эстетике, верней – красоты в делах.
Нам отбирать воздух от этого мира,
И вывести его из аморализма,
Из мертвой точки, не ссылаясь на рынок.
Себя опознать в героях. Хотеть бы нам так,
Чтобы истинное создать давление
В системе мир-спасет-красота, – братья!
О, разрушающее давление на 
