Леонид Гайдай – Кавказская пленница (страница 9)
– Молодая еще, капризная, – пытается утешить его Джабраил.
– Что значит капризная?.. Хулиганка!.. В общем, так, – резюмирует Саахов, немного успокоившись. – У меня теперь только два выхода: или я ее поведу в загс, или она меня поведет к прокурору…
– Не надо, – пугается Джабраил.
– Сам не хочу…
Бывалый, Балбес и Трус выстроились перед начальством. Саахов и Джабраил направляются к «Волге».
– Ну ничего… Через день она проголодается. Через неделю тосковать будет, а через месяц умной станет. Ничего, будем ждать, – говорит Саахов, садясь в машину.
– Будем ждать, – подтверждает Джабраил и, вернувшись, дает последнее указание: – Помните, товарищи, вы наконец должны оправдать оказанное вам высокое доверие. А за нее отвечаете головой.
– Будем стараться, дорогой товарищ Джабраил! – дружно рапортует троица.
Глухой высокой стеной окружен сад спецдиспансера для алкоголиков. Встревоженный и печальный Шурик исследует ее в поисках какой-нибудь лазейки для бегства.
Стена слишком высока. Шурик решает преодолеть ее, воспользовавшись растущим рядом деревом. Он пытается залезть на него, но раздается звонок.
Шурик подходит к следующему дереву, дотрагивается до него, слышен другой сигнал – зуммер…
Два меланхолически настроенных пациента сидят на скамеечке. У каждого тюльпан в руке.
Они нюхают цветы, затем форма цветка навевает на них воспоминания, и они с печальной улыбкой чокаются тюльпанами, как рюмками. К ним подходит Шурик.
– Сообразим на троих? – предлагает он.
– Грешно смеяться над больными людьми…
– Серьезно, я сбегаю, а?
– Отсюда не убежишь…
– Есть один способ.
Шурик шепотом излагает им свой план.
И вот уже этот план в действии. Партнеры влезли на толстую ветку дерева и изготовились к прыжку. Сам Шурик стоит внизу на одном конце подкидной доски, сооруженной из скамейки.
– Ап! – командует Шурик.
Партнеры прыгают на другой конец доски – и Шурик взвивается в небо, словно ракета. По точно рассчитанной траектории он перелетает через стену и… попадает в кузов грузовой машины, доверху нагруженной матрацами, которая случайно проезжала мимо.
Шурик удовлетворенно оглядывается. Наконец он на свободе! Внезапно машина, свернув за угол, останавливается у закрытых ворот. Шурик видит… табличку с надписью:
ПСИХИАТРИЧЕСКАЯ БОЛЬНИЦА № 1
Распахнулись ворота, машина двинулась. Шурик успевает соскочить на землю и, перебегая дорогу, чуть не попадает под колеса старенького санитарного газика.
Шурик отскакивает и замечает красный крест на машине. Он пускается бежать вдоль улицы.
– Стой! Псих! – слышен за его спиной голос.
Старенький газик мгновенно разворачивается и пускается в погоню.
Шурик оглядывается, видит преследующую машину, прибавляет ходу.
Машина нагоняет его, из кабины высовывается Эдик – молодой шофер, с которым Шурик делил дорожные трудности в начале своей фольклорной экспедиции.
– Что ты бежишь как сумасшедший? – говорит водитель. – Где твой ишак?
Этот неожиданный вопрос заставляет Шурика остановиться.
– А-а, здравствуй, – тяжело дыша, слабо улыбается Шурик.
– Что случилось? Куда торопишься?
– Туда! – неопределенно машет Шурик рукой.
– Садись!
Шурик колеблется. Но симпатичный горец располагает к себе. И Шурик решается.
– Спасибо! – говорит он и садится в кабину.
– Куда тебя везти? – спрашивает Эдик.
– Вот что… Я тебе все расскажу, а ты сам решишь, куда меня везти… Только давай поскорее! – Шурик нервно оглядывается.
– Машина – зверь! – гордо бросает водитель и нажимает на стартер. «Зверь» воет, но не заводится. Водитель мрачнеет. – Будь проклят тот день, когда я сел за баранку этого пылесоса! – начинает Эдик свое привычное проклятие, но в этот момент одумавшийся «зверь», взревев, срывается с места.
У телохранителей в «Орлином гнезде» только что закончилась обильная трапеза. Балбес и Трус составляют отчет шефу.
– Пиши с новой строчки, – лениво диктует Балбес, лежа под пледом и поглядывая на остатки пиршества: – «Обед» подчеркни… Значит, так. «От супа отказалась». В скобках: «суп харчо». Дальше… «Три порции шашлыка выбросила в пропасть». Теперь вино… «Разбила две бутылки»…
– Три, – поправляет Трус, показывая на откатившуюся пустую бутылку.
– Пиши «три»…
К воротам «Орлиного гнезда» подъезжает машина Эдика, настойчиво сигналя. Прибегает Балбес и распахивает ворота.
– Дача товарища Саахова? – спрашивает шофер.
– Ага…
– Санэпидемстанция…
Из машины выходят Шурик и Эдик. Впрочем, узнать их невозможно, так как на них белые халаты, медицинские шапочки, а лица до глаз закрыты марлевыми масками. Они входят в дом. На лестнице стоят Бывалый и Трус.
– Вам кого? – спрашивает Бывалый.
– В районе – эпидемия. Поголовные прививки. Ящур! Распишитесь! – протягивает Эдик книгу. – Обязательное постановление…
Троица переглядывается и решает не сопротивляться, идя на все, лишь бы поскорее сплавить непрошеных гостей.
– Рубашки снимать? – с готовностью спрашивает Балбес.
– Как раз рубашки не обязательно… Ложитесь на живот…
«Пациенты» укладываются и готовят плацдармы для уколов.
В стороне Шурик разламывает ампулы со снотворным и приготавливает шприцы. Эдик приступает к вакцинации.
Все три «пациента» лежат рядом на животах. Мы видим только их лица, но по выражению этих лиц догадываемся, что происходит в тылу.
К Трусу подходит Эдик со шприцем.
– Ой! – взвизгивает Трус.
– Спокойно. Я еще не колю.
– Ах, нет еще? Скажите, а это не больно?
– Все зависит от диаметра иглы.
– Скажите, а у вас диаметр?.. Ай!
Это укол умерил любознательность Труса.