Леонид Демиров – Очень плохие игрушки. Том 1 (страница 44)
Заклинатель перелистнул страницы гримуара и из-под земли стали вырываться длинные гибкие ленты, напоминающие гигантских червей. Они путались под ногами и пытались обвить меня со всех сторон, а когда я пытался разрубить хоть одну из них, то меч просто отскакивал, как от резиновых жгутов.
— Харука, нужен лед! — выпалил я, понимая, что скоро совсем не смогу двигаться.
Журавль-шикигами послушно принялся обстреливать сковывающее заклинание ледяными снарядами, а я с облегчением понял, что замерзшая резина легко рассыпается под ударами моего меча.
— Атакуй его, мне нельзя никого убивать, это должна сделать ты! — выкрикнул я напарнице, сокращая дистанцию и пытаясь схватить проклятого мага голыми руками.
— Но я… — Харуке такой поворот явно пришелся не по душе — сомневаюсь, что ей хоть раз в жизни доводилось убивать человека, не говоря уже о ее любимом учителе.
А вот мне было совсем не до ее моральных терзаний. Камень под моими ногами внезапно стал мягким, как глина, и я понял, что мои ноги увязают в нем, будто в болоте. Не найдя ничего лучшего, я выполнил кувырок, от души надеясь, что мне удастся вовремя схватить Ингмара, который до сих пор спокойно стоял на месте. Но не тут-то было: заклинатель просто взмыл в воздух, словно за его спиной включился реактивный ранец, и оттуда стал готовить очередное мощное заклинание.
— Амидамару, лови! — гаркнул я, бросая напарнику свой щит.
Очень вовремя — ворох синих снарядов вырвался из гримуара заклинателя, на ходу превратив журавля в горстку пепла, и если бы не огромный колпак, которым богомол накрыл и себя, и Харуку, то их обоих ждала бы точно такая же судьба. Одна беда — щит сразу стал уменьшаться, адаптируясь под габариты шикигами. Второй раз защититься им от подобной атаки будет уже невозможно.
На лице оммёдзи промелькнул ужас, который тут же сменился гневом. Кажется до нее, наконец, дошло, что это не учебный спарринг, а самое настоящее сражение насмерть.
— Никто не смеет трогать моих детей, — процедила она сквозь зубы, собирая энергию для атаки. — Мурасаки, вперед!
Из ее гримуара вылетел еще один фамильяр — на сей раз это была большая бабочка. Она быстро увеличилась в размерах, превзойдя и богомола и журавля, а затем распахнула свои крылья за спиной девочки. Я не сразу понял, что она была сделана не из бумаги, а из какой-то блестящей фольги.
— Удивите меня, мисс Игараси-Арквейн, — Ингмар театрально развел руками и создал что-то вроде множественного защитного барьера.
Бабочка засветилась и взмахнула крыльями, но ничего так и не произошло.
— Эй, ты атакуешь, или как? — возмутился я, оглядываясь на союзницу.
Но девочке и не пришлось ничего объяснять: заклинатель, висевший в воздухе, покачнулся и рухнул на землю. Его мышцы сводили судороги, а из глаз и ушей потекла кровь. От тела шел пар, как будто его вынули из печи. Он что, мертв? Что это было вообще? Какой-нибудь микроволновой удар? Жуть какая!
— П-простите, учитель, я… я… — Харука снова прикрыла рот ладошкой, а потом и вовсе потеряла сознание.
Я поднялся на ноги, переключая внимание на бой Элизы и Ноктюрн. Там все было совсем не так радужно. Девочка-лиса яростно атаковала черного лебедя всем своим арсеналом — с помощью хвостов и ледяных снарядов. Однако крылья ее противницы с легкостью отражали все удары, испуская разрушительную ауру, которая попросту растворяла все вокруг. Ноктюрн медленно теснила девочку, загоняя ее в угол. Не помогла даже мощная световая атака, повредившая руку Пожирателя, — девушка-фамильяр окружила себя крыльями, словно коконом, и они с легкостью рассеяли энергию импульса, разбив поток света на множество тонких лучей, прорезавших все пространство подземелья.
«Как с гуся вода» — невольно пробормотал я, наблюдая за этой картиной. Скорее всего, тут сработала бы моя невидимая атака, которую Ноктюрн не смогла бы вовремя парировать, но как назло, проклятый доспех не дает мне использовать вообще никакую магию.
— Элиза, тебе нужно бежать! — выкрикнул я, набирая разгон, чтобы рубануть Ноктюрн мечом. — Войска императора наверняка уже близко!
Очередной взмах черного крыла отправил меня самого в полет, так что я снова оказался на противоположной стороне амфитеатра.
Внезапно в коридоре, ведущем наверх, раздался шум. Через несколько секунд в подвал вбежало уже знакомое нам существо — гибрид волка и ворона. Разве что, его чёрная окраска была здорово разбавлена рыжими полосами.
— Тетя Грета? — удивилась Элиза.
Не долго думая, волк набросился на девушку-лебедя, вцепившись в нее острыми зубами и когтями. Физические атаки действовали на лидера Отступников гораздо лучше — во все стороны стали разлетаться брызги крови и перья. Пользуясь этой передышкой Элиза стала заряжать свою самую мощную атаку — ту, что Марта получила на дуэли с теневиком.
— В сторону! — крикнула девочка, направляя поток красного света прямо в Ноктюрн.
Раздался взрыв. На этот раз удар достиг цели. Раненная девушка-лебедь взмахнула потрепанными крыльями, и нырнула в коридор, ведущий наверх.
— Сбежала, — щелкнула зубами волчица. — Догнать ее?
— Не надо, — отмахнулась Элиза, отделяясь от своего фамильяра. — Лучше помогите нам с Ноктисом сбежать. Тут есть какой-нибудь потайной выход?
— Есть, конечно, — подтвердила Грета, принимая человеческий облик. — Если только он не обрушился после всех этих лет. Но почему ты хочешь сбежать? Что вы тут вообще натворили?
— Долго объяснять, — покачала головой девочка. — Расскажу по дороге. Вы же нам поможете, тетя Грета? Это очень важно!
— Ладно, ладно, — согласилась она. — Но когда все закончится, ты должна будешь вернуться к дедушке Герману и все ему рассказать, ясно?
— Обязательно, — Элиза кивнула. — Но нефритовые доспехи нужно спрятать в надежном месте. Потом просто скажем, что их украли культисты.
— Эм-м-м, а ничего что они сами по себе ходят? — удивилась Грета, уставившись на меня.
— Там внутри мой фамильяр, — фыркнула девочка. — Просто он как всегда забыл невидимость отключить.
— Спасибо, что спасли Элизу, госпожа Грета, — поклонился я. — Но давайте поспешим, пока сюда не пришли люди императора.
— Идем, идем, — покачала головой женщина, ведя нас к стене. — Кажется, потайной ход находится здесь, прямо за этой плитой. Нужно только нажать на вот этот… Эй, Элиза, что с тобой, ты в порядке?
Девочка покачнулась, едва не потеряв равновесие. Я с ужасом почувствовал, что у меня тоже кружится голова, а перед глазами маячат темные круги.
Нет, нет, нет, только не сейчас!
— Бегите!!! — заорал я, изо всех сил пытаясь удержаться в сознании. — Хватайте девочку и бегите! Пожиратель вот-вот вырвется на свободу!
— Чего? — растерялась Грета, переводя взгляд то на меня, то на Элизу. — Что происхо…
Когда я пришел в сознание все уже было плохо. Максимально плохо!
Обезглавленное тело Греты лежало на полу, извиваясь в конвульсиях. Ее грозный фамильяр исчез, а отрубленная голова смотрела на меня с ужасом, застывшим в стекленеющих глазах.
Ну и самое страшное — мой меч… Дурацкий цветок, который мы опрометчиво перековали в оружие. Он торчал из груди Элизы, загнанный туда почти по самую рукоятку, которую сжимала моя рука. Девочка все еще была жива и судорожно хватала ртом воздух, не спуская с меня изумленного и испуганного взгляда.
— Почему? — с трудом прочитал я по губам ее последние слова.
— Нет, нет, Элиза, только не это!
Я с ужасом подхватил на руки умирающую девочку, не зная, что предпринять. По моим щекам текли слезы — самые настоящие. Не думал, что фамильяры вообще так умеют.
— Прости, прости меня пожалуйста, я ничего не мог сделать!
Со мной происходило что-то кошмарное и невероятное одновременно. Я чувствовал, как мои легкие заполняются воздухом, а в груди начинает биться сердце. Вполне живое, но при этом абсолютно раздавленное осознанием того, что пока мое тело напитывается жизнью, эта самая жизнь покидает тело единственного человека, который был мне по-настоящему дорог в этом мире.
Фамильяр, убивший своего хозяина, сам становится человеком, — так, кажется, говорил мне еще старина Оскар в первые часы моей жизни.
Ну почему это должно было случиться именно так, именно с нами? Да, я хотел нормальной жизни и свободы, это чистая правда. Но не такой же ценой!
Наверху послышался шум и крики. Не помня себя от горя и отчаянья, я стал без разбору бить кулаком по всем камням, что окружали плиту, служившую потайной дверью. Скрытый механизм натужно загудел, открывая мне дорогу к полной свободе и безнаказанности, будь она неладна.
Бросив последний взгляд на мертвенно бледное лицо девочки, что даровала мне жизнь, во всех возможных смыслах, я побрел вперед, не разбирая дороги…
Эпилог
Ноктюрн
— Вы звали меня, владыка?
Ноктюрн прошла сквозь открытый специально для нее портал и очутилась в уютной детской комнате, заваленной игрушками. Сложенные книги и вещи, аккуратно заправленная постель, — все выглядело так невинно, что это казалось почти подозрительным. Будь на то ее воля, она бы добавила немного здорового хаоса в эту идеальную картину, но ее повелителю, конечно же, виднее.
За широким рабочим столом сидела рыжеволосая девочка лет десяти-двенадцати. Её огромные глаза сверкали от восторга, а длинные косички и широкая улыбка придавали ей вид настоящего малолетнего чудовища. Под ее пристальным надзором десятки фамильяров-портных трудились над созданием новых и новых кукольных тел, которые напоминали мотыльков. Работа явно была поставлена на поток, так что малышке лишь оставалось взмахом ладони создавать новую душу и помещать ее в оболочку будущего фамильяра. А затем эти несчастные сразу отправлялись в недра странной пространственной сумки, края которой были безжалостно прибиты гвоздями к обычной деревянной урне.