Леонид Ангарин – Неандерталец: Навстречу солнцу (страница 63)

— А зачем ты показываешь мне пальцы?

— Это не тебе, а детям. А ты иди собери широкие листья для шалаша.

Эду показал детям три пальца, они послушно сказали «три», за что получили по три кусочка рыбы.

Урок завершился, когда у Эду иссяк запас еды. Теперь он вбивал в землю колья, и связывал их между собой ветвями. Когда Эна принесет листья, останется только накрыть ими получившееся сооружение, и шалаш готов.

Последние несколько месяцев они шли вверх по течению большой реки, которая текла по широкой равнине между двумя вытянутыми с востока на запад хребтами. Иногда горы настолько сближались, что течение реки начинало бурлить, огибая большие валуны, а порой противоположный южный хребет и вовсе не был виден, и тогда водоток почти замирал, петляя по плоской равнине. Вот в таком месте и решил Эду остановиться на несколько дней, чему Эна была несказанно рада.

— Там дерево, оно двигается, — Эна принесла наконец листья, но вид у нее был потрясенный. Опять что-то ей почудилось.

— Деревья не умеют двигаться, может там в кроне спрятался хвостатый человек, которого ты не заметила. Или ветер дунул.

— Не было там хвостатого человека. Я сорвала желтый плод и дерево укрыло остальные своими листьями. А если оно ударит меня ветвью?

Продолговатый плод отличался четкими гранями и формой напоминал морское животное, которые он во множестве собирал, когда «белогорцы» двигались вдоль моря. Эду захрустел плодом прямо с кожурой. Вкусный. Одновременно и сладкий и освежающий.

— Покажи-ка где это дерево.

Средней высоты дерево укрылось в тени более крупных. На ветвях одновременно и небольшие синие цветы, и уже спелые плоды. Эду сорвал несколько и тут листья опали, словно дерево изнывало от жажды. Не обманула, Эна.

— Не бойся, дерево не ударит тебя, оно просто хочет защититься от тех, кто поедает листья, — успокоил он молодую женщину.

Некоторые деревья в лесу сбросили листву, а другие зеленели как ни в чем не бывало. Стало прохладнее. Эду решил, что уже наступила глубокая осень, если не зима. Эна намекнула, что ей надоела рыба из большой реки и он отправился на один холмов. Хорошо бы птицу добыть, а если повезет, то и оленя с опущенной головой.

Лес закончился, сразу за ним внезапно начинался большой луг, упиравшийся в скалы. Эду заметил отдыхающее стадо небольших оленей, причем не привычных уже с опущенной головой, а каких-то других, с острыми тонкими рогами. Далеко они, не подползти незаметно, с сожалением подумал Эду. Вдруг их что-то спугнуло, и олени понеслись прямо в его сторону. Долговязый метнул свое копье. Мимо!

Эду уже не прятался и запрыгал с досады на месте. Не таясь пошел подобрать копье.

— Гррх…

На луг вылез небольшой лохматый медведь. Лениво покатался по траве, помахав лапами, и так же не спеша отправился дальше. Эду отметил его морду без шерсти и вытянутые губы, зачем ему такие? Гррх, тем временем, обнаружил муравьиную кучу, разорил ее ударами лапы, вытянул свои большие губы и с громким свистом всосал в себя растревоженных обитателей муравейника. Совсем не похож он на грозного гррх. Ленивый медведь, между тем, явно не наелся. И неожиданно ловко для такого неуклюжего создания полез на высокое дерево. Любопытный Эду стал прям под ним. Под развесистой кроной увидел большое гнездо Жжж. Рядом еще несколько. Раскачавшись на ветке гррх ловко сбил сразу два из них. Никогда не видел Эду такого количества еды Жжж, которую он очень любил. Хватит и странному гррх, и ему. А Эне сегодня придется опять есть рыбу.

Эна доела запеченную рыбу и со злорадством смотрела на лежащих на траве Эду и детей, которые последние два дня объедались едой Жжж, а теперь им стало плохо. Лежат все трое, на коже высыпали покраснения. Она поила их водой, но только к ночи им полегчало. А утром Эду как ни в чем ни бывало набрал горсть еды Жжж, облизал пальцы и сказал, что они идут дальше.

Река спряталась среди скал, вода в ней стала прозрачной.

— Река горит, Эду, — Эна показала на показавшийся впереди туман.

— Это вода падает с горы.

Грохот воды оглушал, а ветер доносил до них водяную пыль, Эна вся промокла, а Эду все смотрел на белые буруны падающей воды, которую разделила надвое крепкая скала. Она тронула его плечо, пора отправляться дальше. Показались белые скалы, которые прорезала на своем пути река.

— Хвостатые люди!

С привычным им уже визгом мохнатые люди метались по краю обрыва, а затем, найдя самое узкое место одним прыжком перепрыгнули на другой берег.

Местность поменялась. За белыми скалами река запетляла между каменистыми холмами, которые становились все выше. И с каждым днем Эне все тяжелее заставлять себя передвигать ногами. В один из дней они взобрались на плоское плато, которое река окружила с трех сторон.

— Я не могу больше идти, Эду, — Эна уселась под деревом показывая, что не сдвинется с места.

Эду почесал затылок.

— Нам нужно догнать Рэту, мы и так потеряли много времени, пока шел дождь. Скоро мы достигнем начала реки. Горы, между которыми она течет, почти соединились.

— И почему ты решил, что после этого найдешь Рэту.

— Эссу и Старшая говорили, что нужно всегда идти на восход, и тогда, рано или поздно, ты достигнешь Восточных земель. А Рэту ведет «белогорцев» туда же.

— Мы уже ждали их у этой же реки много лун назад.

— Значит они пошли другим путем, — Эду засмеялся, словно речь шла о какой-то малости. — Поднимайся, мы идем дальше.

Эна обиженно молчала, но шла за долговязым, который, казалось никогда не уставал, еще и утомившихся детей время от времени несет на руках.

— Смотри, здесь были люди, — им повстречалась брошенная стоянка, которая успела зарасти кустарником, — Эду обошел ее. Здесь жила небольшая семья, и если бы не следы костров, то и не сразу и поймешь, что здесь обитали люди. Шалаши быстро разрушаются.

— Как думаешь, почему они ушли отсюда. Здесь много зверей и птицы, — Эна на всякий случай прижала к себе детей.

— Перебрались на лучшее место, — предположил Эду.

За несколько дней, за которое они пересекли плато, им попались еще несколько брошенных стоянок. А одну и вовсе прежде чем покинуть ее обитатели предпочли сжечь.

Эна с утра опять капризничала. Отказалась от запеченной вчера птицы с большим хвостом и захотела рыбу. Эду спустился с плато к реке по крутому спуску, пробираясь между камнями. Рыба не шла в руки, сколько он не водил ими у берега. Течение очень быстрое, надо найти подходящее для ловли рыбы место. Эду прошел довольно далеко вверх по течению, прежде чем обнаружил каменистую заводь, у врезающегося в нагорье ущелья, из которого вытекал полноводный ручей. Здесь, в спокойной прозрачной воде, удалось добыть копьем одну большую рыбину. Хватит Эне, и так солнце успело пройти половину неба, пока он ищет ей еду. Еще и обратно нужно вернуться по незнакомому каньону.

Ущелье оказалось неожиданно длинными извилистым. С отвесными скалами и широкими карманами, где тесно росли деревья. Эду уже раздумывал над тем, не повернуть ли обратно, когда нашел тропу, ведущую наверх. Осмотрел ее, не проложит такую кабан или олень, очень уж крут подъем, это под силу разве что криворогу, но криворогов он не видел давным-давно. Но если цепляться руками за ветви, то можно и подняться. Только скользкая рыба мешает.

— Ууууу…

Эду отпрыгнул и выставил вперед копье. Темнокожая женщина, растеряно смотрит на него из кустов, видны только лицо и прижатые к груди руки, в которых она держит плоды. Эду разглядывает ее широкое лицо, крупный валик над глазами, черные слежавшиеся волосы и длинные пальцы на руках. Женщина очнулась, бросила плоды на землю и побежала вглубь ущелья, высоко поднимая ноги. Она оказалась совершенно голой. Эду быстро полез вверх по тропе.

Вскарабкавшись на плато, прошел вдоль ущелья, пытаясь разглядеть, что там находится внизу. Ничего не видно, деревья мешают. Если там и прячется какая-то семья, то ему нет до этого никакого дела, с восходом они пойдут навстречу солнцу. И он понес дальше свою извалявшуюся в земле добычу.

Эна все так же сидит под деревом, ждет его.

— Вкусная еда, — Эду выложил на широкие листья запеченную целиком рыбу.

— Нет, я съем птицу, — Энас аппетитом набросилась на уже подванивающую тушку.

Эду подавил в себе сильное желание стукнуть ее по спине древком копья.

Горные хребты слились в одно целое, и чем дальше, тем меньше становился поток воды. Иногда он совсем терялся под скалами. Но стоило пройти чуть дальше, как вновь проявлял себя вновь приятным журчанием.

— Снова вода падает, Эду, — Эна показала на две тоненькие струйки воды, падающие со скалы. Между тем валяющиеся внизу крупные стволы деревьев указывали, что не так давно, в дождливую пору, здесь бушевал бурный поток.

Эду решил, что этот водопад и есть исток большой реки, но нет, наверху ручей вывел их к небольшому озеру, из которого он, собственно, и вытекал. Их длинный путь вверх по реке завершен.

Как хорошо. Эна окунулась в озеро и выбралась на берег. Прохладная вода освежила ее. Укусила красный плод. Эду как всегда где-то ходит, все ищет следы «белогорцев», которые, как он думает, не могли пройти мимо этого места, потому что к нему ведут все горные хребты. А вот и он появился. Как всегда, довольный:

— Я нашел исток еще одной реки, и она течет на восход.