Леонид Ангарин – Неандерталец. Книги 1–2 (страница 57)
— Хмм, — девочка вопросительно приподняла вверх бровь, но больше ничего не сказала. И даже не удивилась вдруг проявившейся активности вялого с утра Эссу.
Андрей сразу же отправился к Младшей, чтобы заказать форму для диадемы из двух соединенных тонких полос металла, к которой должны были быть прикреплены полированные лепестки бронзы и бусинки. Еще вылепили форму для тонкого кинжала, не такого грубого как их обычные мачете. Теперь к мастерам.
Эрру с Упеша не понимали, зачем полировать капельки пролившейся бронзы, а затем еще и дырявить их, но решили не спорить. На счет ожерелий им уже сообщила Старшая, ну, уж тут они расстараются, тем более делают они эти украшения в числе прочих и для своих новых женщин тоже. Заказал у них же широкий пояс из кожи, к которому должны были крепиться ножны с кинжалом. Вроде все, подарки для Эсики готовы. Пусть это и выглядело по ребячьи, но объявить всем о том, что она стала его женщиной он решил именно на сходе. А до того пусть это событие останется тайной.
— Ду-дуу-дуууууу…
Рог Рэту. Всего неделя прошла, как от них ушел Эпей, который привел свою сестру для Эрру, и теперь он звучит опять. Белогорцы проявляли какую-то нездоровую активность. Неужели сам рыжий пожаловал, вот уж кому он с удовольствием начистил бы лицо.
Нет, не рискнул предатель явиться лично, отправил вместо себя авторитетного Эрита. Отец Эсики не стал утруждать себя политесами и сразу же заговорил о деле.
— Нам стало известно, что Гррх и семьи длинноногих хотят прогнать девятиглавое племя, как его ты называешь Эссу, с большой равнины и поделить между собой принадлежащие им охотничьи угодья. Семья из под Белой горы тоже хотела бы получить часть степи, которая примыкает к «Трем зубам» и дальше на восход.
Андрей задумался. Будь это Рэту, он бы ответил ясным отказом и еще бы подтвердил свое это решение зуботычиной, но перед ним стоял все-таки отец его женщины. Эрит по-своему интерпретировал его долгое молчание.
— Наши охотники готовы отправиться вместе с вами.
Ага, все-таки не хотят выглядеть совсем уж нахлебниками, но гонору им поубавить надо. Пусть почувствуют вину за содеянное.
— Вы предали нас, забрали всю еду, оружие и бросили в тот момент, когда я умирал от болезни.
— Это было сделано ради благополучия семьи из под Белой горы, все считали тебя мертвым, а всем остальным мы предлагали пойти с собой. Они сами решили остаться. А еда нам была нужнее, у нас много детей и женщин, ты хорошо позаботился о них, Эссу, — чего совсем не было в голосе Эрита, так это раскаяния. Похоже, забота о семье оправдывает в это время все.
А вот про эпизод с приглашением жить с белогорцами члены его семьи не рассказали, неужели из-за него обрекли себя на жизнь в маленькой семье, которая толком не может ни защититься, ни прокормить своих членов.
— Согласно правилам нашей жизни предложение белогорцев мы должны обсудить на сходе семьи Гррх, оно назначено на завтра. Эрит тоже будет присутствовать.
Авторитетный охотник кивнул в знак согласия(и он перенял этот жест) и ушел искать собственную дочь, оставив Андрея в раздумьях. Нет, с одной стороны сильные мужчины для их летнего похода совсем не помешают, их присутствие хоть и немного, но повышает шансы на общий успех. С другой — белогорцы проявили себя ненадежными союзниками, и это при том, что семья Гррх кровно с ними связана. К тому же расположена Белая гора далековато от предложенного им места сбора у Болота. Это придется белогорцам пересечь всю равнину, чтобы соединиться с основными силами, чтобы затем с общим отрядом идти обратно к «Трем зубам», или же добираться до каньона и уже отсюда вместе семье Гррх идти к Болоту.
Из кустов неожиданно появился Лэпу. Вот не было никого и через секунду стоит прямо перед ним. Полезный навык у лесовиков выработался по маскировке среди деревьев. Стоит теперь, мнется с ноги на ногу.
— Я видел оружие Эсики для метания тонких копий, хромой длинноногий менял на нем сломанную изогнутую палку. Эрру использует неправильное дерево, поэтому оно и треснуло. В семье Гррх плохо разбираются в деревьях, я могу найти в лесу подходящую прочную палку. Но мне нужен большой крепкий нож семьи Гррх, чтобы правильно ее обработать.
И этот хочет оружие из растаявшего камня. Андрей отдал ему свое мачете, ножи у него почему-то не задерживались, и отпустил без сопровождающих в одиночную прогулку вверх по ущелью, куда они практически и не ходили. Если Лэпу не захочет, то в лесу его никто не увидит.
В дыму и копоти мастера напоминали богов огня. Андрей заинтересовался непонятной конструкцией у первой камеры печи, где горели дрова. Это был большой сломанный кувшин, трещины которого заново замазали глиной, с длинным носиком, который был направлен к огню. Из него торчала палка, привязанная к лучковой дрели. Упеша заметил его интерес к конструкции и несколько раз повел смычком. Пламя стало заметно ярче. Это же поддув! Внутри виднелись широкие пластины коры, собранные в виде пропеллера, которые при движении дрели крутились и подавали воздух к носику. Андрей признался себе, что до такой конструкции он, пожалуй, не додумался бы. Ему в голову пришли только кузнечные меха, но как их делать он не знал. А тут пожалуйста — примитивно и эффективно. Изобретение выросло из практики людей, которые часто работают с тающими камнями. Вонючий дым из печи на этот раз повалил быстрее, чем в прошлый раз — время плавки заметно сократилось. Интересно, можно ли железо расплавить с помощью этого механизма, хватит ли температуры. Но где его возьмешь, это железо.
К моменту разливки металла по формам собралось много людей, зрелище, когда в дыму и в искрах из печи вытекает блестящий металл, любили все. Появился и Эрит, настороженно смотревший на жидкий горящий камень — для него это все в диковинку.
«…и обманул Колобок злого темнокожего и ушел по своим делам…», — его сказку перед сном детям прочитала Старшая в Доме Гррх. Андрей вместе со всеми дослушал историю, улыбнулся и безмятежно уснул. Произведение зажило своей отдельной жизнью, но он был не против этого, такая концовка даже лучше оригинала.
Вокруг черепа медведя царила характерная для дня схода племени суета: бегали дети вокруг костров, чтобы утащить кусок жарящегося мяса или рыбы, женщины разливали по чашкам суп, Энку громко кого-то отчитывал за то, что тот не уследил за мясом, и оно подгорело. Все как всегда. Наконец люди расселись полукругом.
Делу — начало! Андрей вытолкнул в центр Эрита и объявил всем, что он принес с собой послание от семьи с Белой горы. Такого подвоха от него седобородый охотник не ожидал и замешкался, но к его чести быстро овладел собой. В итоге быстро в нескольких фразах предложил помощь четырем семьям в походе на темнокожих.
— Что вы за это хотите? — Энку в безвозмездную помощь не верил.
— То же, что и остальные семьи — оружия из растаявшего камня для охотников и равнину у «Трех зубов».
Раздался недовольный гул. Андрей испугался, что члены семьи, недолюбливающие белогорцев, еще чего доброго откажутся от их помощи. Это в его планы не входило, пора брать все в свои руки.
— От белогорцев придут к нам две руки охотников, а за это мы им ничего не дадим, только острия, ножи, и равнину у «Трех зубов», до которой всем нашим четырем семьям так далеко, что охотиться мы там все равно не сможем. Эссу считает, что Эрит принес нам хорошую весть. Гул приутих — переваривают сказанное.
— Мой план таков — через семь закатов Эхоут и Лэпу вернутся в свои семьи, а еще два раза через семь закатов мы вместе с белогорцами уйдем к Болоту и начнем освобождать нашу равнину от девятиглавого племени.
Нехотя согласились, что Эссу прав и белогорские охотники им не помешают. Андрей заметил, что Эрит облегченно выдохнул, уж седобородый то понимает, что если поход окончится неудачей, то им только и останется, что бежать на Закат.
После пира началось принятие в семью сразу четырех женщин охотников.
— Да живет семья Гррх, — этот клич звучал каждый раз, когда Старшая вручала женщине ожерелье в знак принадлежности к семье. Но она почему-то осталась стоять в центре полукруга и после окончания церемонии и теперь выразительно смотрела на него и Эсику. Сюрприза не получилось, разве что для Эрита, который странно смотрел, когда он с Эсикой вышли к той, которая говорит женщинам и детям семьи что им делать.
— Эсика становится отныне женщиной Эссу и ей полагается ожерелье в знак того, что она та, кто она есть, — Старшая как-то буднично вручила покрасневшей девушке такое же ожерелье, как и другим женщинам.
— Эссу вручает Эсике в знак того, что она стала его женщиной этот головной убор и нож с поясом, — женская часть семьи охнула, когда он надел ей на голову диадему с висюльками. Кажется, от мастеров семьи теперь не отстанут, пока каждая из них не будет обладать такой же.
Завершился сход семьи уже в сумерках пением «Битвы» под музыку ленмены Упеши. Завтра начнется подготовка к походу, что принесет семье Гррх?