Леонид Ангарин – Неандерталец. Книги 1–2 (страница 51)

Разбив тонкий наст льда закинули в полынью корзину из прутьев на длинных ремнях и сели ждать. Примерно через час вытянули ее обратно. Пусто. Рыбалка не задавалась. То ли рыба вялая и парит у дна, то ли ее вообще в этом месте ее нет. Если и в третий раз ничего не получится, то придется спуститься ниже по вытекающему из нее ручью к большой реке, несущей свои воды в земли длинноногих.

— Большая рыба, — Узуту поднял копье и стал у самого края разбитой ими полыньи, напряженно всматриваясь в воду. — У нас на реке без берегов тоже водилась похожая.

Что он там углядел в тонких пластинках поломанного льда? С другой стороны — они с отцом всегда жили на побережье моря и в повадках рыбы должны разбираться. Андрей напряженно всматривался в воду, показалось, что медленно проплыла синеватая спина с легким золотистым отливом. Или это были отражения солнца в чистой воде?

Узуту резким движением запустил свое копье в воду и разочарованно всплеснул руками — промазал. Потом долго пытался достать оружие из воды. Ну, в следующий раз попадет, а еще лучше сеть закинуть, шансов, что кто-то туда попадется больше, чем в корзину. В корзину с третьего раза попались с десяток костистых рыб, ну хоть что-то. Хватит на сегодня, Андрея недолгий поход измотал. Надо озадачить мастеров сетью, раз уж другой еды у них не осталось, то придется в какое-то время всерьез взяться за рыбную ловлю. Охота дело непредсказуемое.

На стоянке кипел котел, Энзи принес облезлого зайца, к сожалению только одного. Призрак голода на время отошел на второй план. Жалко, что ушастого не хватит, чтобы все наелись. Досыта накормили только детей, это правило в семье Гррх укоренилось крепко, никто уже не ворчал по поводу вопиющего нарушения традиций. Энку и Эхекке тоже нужно что-то оставить, вдруг не встретят подходящего зверя. Так оно, в итоге, и вышло.

— Пусто кругом, Эссу, все обошли в сторону «Трех зубов», так даже следов свежих не нашли. Скоро потеплеть должно, ушел весь зверь, — Энку посмотрел на обгрызенную заячью лопатку и отшвырнул ее и тут же захрустел печеной рыбой, которую съел прямо с косточками.

Это что, весна скоро? Не быстро ли, и зима за исключением появления Белого зверя в самом ее начале была довольно бесснежной и относительно теплой.

— Старшая, какой сегодня день по календарю?

— Второе марта первого года по календарю семьи Гррх.

Тогда все правильно, весной и должно теплеть. Не в этом ли и причина внезапного исчезновения добычи на равнине. Откочевала туда, где уже тепло и травка начала зеленеть. В этом случае сети им нужны как можно быстрее.

В последующие два дня вопрос с пропитанием стал уже во весь рост. Каменный век во всей красе — то густо, то пусто. Охотники опять пришли без ничего, а с озера принесли две жалкие рыбки размером чуть больше его ладони — по глупости случайно залезли в корзину. Женщины ушли в лес поискать хоть что-то съедобное, но в итоге принесли пучок желтоватых сморщенных кореньев. Решили сварить из них суп, добавив туда же две рыбки на всех.

Долго так не протянуть. Нужна им эта сеть и срочно. А дело с ней между тем продвигалось неспешно. Не хватало веревок — хорошо еще, что Эрру приноровился использовать волокна из высохших стеблей крапивы. Мастер долго вымачивал стебли растения в ручье, затем давил их камнем и вычесывал волокна. Они оказались и длиннее и прочнее сосновых.

Через день сеть была готова, на вкус Андрея ячейки ее были слишком уж большие, а веревки толстоваты. А длина всего метров пять.

Полынья за прошедшие дни так и не замерзла. Энку с Эхеккой ворчали, что он не отпустил их на охоту, а забрал с собой. Но Андрей рассудил, что бегать по равнине в поисках отсутствующей дичи занятие малопродуктивное, пусть лучше сеть помогают тащить. Первый блин получился комом, не хотела сеть погружаться в воду и все тут, болталась себе на поверхности. Грузила нужны, как он мог забыть. Привязали камни по одному краю и к каждой стороне привязали по длинной крепкой веревке из скрученных кожаных ремней.

— Может, в другом месте закинем твою ловушку для рыб, — Энку надоело бесцельно ходить вокруг полыньи, прошло уже достаточно времени, а в сеть так никто и не угодил. Неужели ячейки сети слишком большие и мелкая рыба свободно проходит сквозь них, а крупная здесь и не водится. Но он видел эту огромную синеватую спину, не почудилось же.

Подождем, не сможем мы такую полынью в другом месте разбить, до вечера будем возиться.

Словно подтверждая его слова сеть, наконец-то, задергалась. Быстро вытянули ее наружу. Есть, небольшая рыба похожая на карася застряла в самом нижнем ряду ячеек. Может просто ниже ее спустить, потому и нет рыбы, что ловушка их слишком уж близко к поверхности? Добавили грузил и длину веревок. Дело пошло веселее — на льду лежала куча карасей и другой добычи. Даже скучающий Энку с азартом начал тянуть сеть. Отправили пойманную добычу на стоянку с сыном Иквы, пусть женщины начнут готовить. Сегодня они точно не лягут спать голодными.

— Опустим еще глубже? — средиземноморцы опытные рыбаки, заметили закономерность, чем глубже погружается их сеть, тем крупнее добыча.

Рыба попадаться перестала. Ну что же, придется доставать сеть, собрать улов и продолжить уже завтра. Ремень медленно выскользнул из рук расслабленно державшего сеть Упеши. Он подхватил его и потянул на себя. Не идет. Зацепилась за что-то? Внезапно веревка рывком ушел под воду, утянув пожилого средиземноморца за собой. Энку едва успел схватить его за ноги, не дав полностью погрузиться вод воду и начал вытягивать из полыньи. Упешу мотало как маятник часов. Молодой средиземноморец и Эхекка упиралась ногами в лед, не давая вырваться второму ремню из рук. Что за чудовище угодило им в сети? Потихоньку, рывками, они подтягивали свою добычу к поверхности. С треском лопнул ремень в руках у Упеши и он на пару с большеносым упал на лед. К счастью, Эхекка успел вцепиться показавшуюся над поверхностью сеть в которой бешено билось бревно синеватого света. Промокший Упеша тыкал в нее длинным копьем с черным острием, пока, наконец, не попал. Рывки разом ослабли, а на воде появились черные пятна. Да что же это такое. Добыча с трудом помещалась в полынье и ее вытянули на лед всеобщими усилиями хвостом вперед. Андрей не мог поверить своим глазам. Это был осетр, но насколько же он был огромный, с полтонны весом, не меньше. На льду кучей лежала черная игра, которая выливалась из распоротого копьем Упеши брюха.

— Это же за санями нужно будет пойти, пораженный Энку попытался обхватить рыбу посередине туловища и не смог этого сделать.

Андрей отослал Упешу в каньон, пусть переоденется и позовет женщин и детей на подмогу. И горшки для икры пусть не забудут. А сам стал рассматривать необычную рыбу. Чем-то она была похожа на классического осетра, только больше, да и окрас какой-то странный — оливковый. Костяные бляшки у нее были, пожалуй, крупнее обычных, усы без бахромы, а глаза красивого золотистого цвета. И что она здесь делает, ранней весной, вроде на нерест осетры должны летом из моря в реки подниматься, или зимует эта рыба здесь, метает икру, а весной уходит в море? Как бы то ни было, им крупно повезло, проблема еды на ближайшее время решена. А там, возможно, и звери вернутся на равнину. Семья Гррх обязательно еще о себе заявит.

Глава двадцать шестая. Горшки и невесты

Андрею на нос упала большая капля подтаявшего инея. Утро, лучи солнца проникли в каньон и осветили вершины деревьев. Весна пришла как-то неожиданно быстро, еще вчера все было покрыто тонким одеялом снега, а уже сегодня задувший с юго-западный ветер слизал его буквально в течение нескольких часов. Пожалуй, придется отказаться от подледной рыбалки, которая так выручила их в самое голодное время, скоро и звери вернутся на равнину и они перейдут от поднадоевшей ежедневной ухи и поджаренных на углях кусков благородной рыбы на мясо оленей и быков. Хорошо еще, что догадался занести последний снег и лед в кладовку, где оборудовали угол для ледника. Жирного осетра лучше хранить в холоде.

— Энзи и Эхекке нужно найти женщин, они бросают взгляды в мою сторону, хотя мне еще нет 14 зим. — Старшая прервала ленивое течение его мыслей.

Пожалуй, она права, поднимать количество членов семьи жизненно необходимо, пусть даже и таким экстенсивным способом. Но легко сказать, найди им женщин, а где их взять. С белогорцами они нехорошо расстались, а теперь получается, что кроме как у длинноногих и взять то их и негде. Не только молодым охотникам, но еще и Эрру с Упешой женщины нужны, ну и что, что один из них хромой, а второй совсем седой — мужчины они очень крепкие. И совсем будет хорошо, если женщин им найдут с детьми — сразу жизнь забьет в каньоне ключом, как ту пору, когда у них прятались белогорские женщины и дети. Решено, завтра же отправятся к длинноногим, а Энку пусть остается приглядывать за хозяйством, вряд ли в ближайшее время у темнокожих даже мысль возникнет повторить свое нападение на семью Гррх.

Пора, наверное, колесо изобретать и тележку. Поразмыслив, Андрей взял собой в качестве подарков для длинноногих несколько горшков и чашек Младшей, ножи из растаявшего камня, несколько наконечников для копий из того же металла и трофейную одежду. С длинноногими нужны хорошие отношения, надо показать им, что с семьей Гррх стоит дружить и тогда у них всегда можно будет приобрести что-то полезное. И охотнее на предложенный им осенний базар придут, в надежде обменять на свои поделки полезные в хозяйстве вещи. Вот только весь этот негабаритный груз сильно сдерживал их продвижение. И еще, Эрру отказался идти в родную семью за невестой, туманно объяснив, что у них не принято брать женщин из своей же семьи, кроме каких-то особых случаев. Всезнающая Старшая намекнула, что у него что-то намечалось с женщиной разбившегося на охоте Эрука, но она так и не успела с ним сойтись, поскольку белогорцы неожиданно ушли. Надеется, наверное, еще раз встретить ее. Зато вместо хромого мастера в их компанию затесалась Эсика, не умевший отбиваться от настойчивых женских просьб Андрей переложил решение брать ее с собой или нет на Старшую, но та, к его удивлению, синеглазую поддержала. Теперь топает по подсохшей сухой траве и пыхтит под тяжестью горшков. За спиной у нее виднелся лук и перевязанные ремешком пучки стрел в колчане. Ни дать, ни взять амазонка.